Денис Гавчук – Вкус будущего (страница 4)

– О, вероятно, менеджер зала подумал, что вы предпочтёте, чтобы вас обслужил кто-нибудь из естественных ребят вроде меня, – Евгений улыбнулся уже не уголками губ, а шире, что показывало, как он смущён.

– Нет, мы не против попробовать ваш новый сервис, – сказала спутница «капитана», элегантная дама с причёской Маргарет Тэтчер. Что-то в ней было от «железной леди», может быть, пристальный, не злой, но чуть колючий взгляд?

– Но так уж и быть, не сегодня, – сказал мужчина, отхлебнув хересу и откинувшись на спинку стула. – Займитесь нами вы этим вечером, – и мужчина открыл папку меню. Евгений поклонился и отошел от столика.

Я попросил менеджера зала показать мне карточку этих посетителей. Действительно, ИИ рекомендовал для них «живого» официанта, даже конкретно – Евгения. Я посчитал это проколом искусственного интеллекта – если бы они хотели, чтобы их обслужили как обычно, они бы не пришли в наш новый зал с роботами, это же понятно. Явно они хотели испытать что-то новое, необычное, посмотреть на роботов, оценить новый способ обслуживания. Я рекомендовал менеджеру в следующий раз отправить к ним АРТ-8 и VIKI-Q в сопровождении того же Евгения – так, на всякий случай, если капитан Титаника и премьер-министр Великобритании не найдут общего языка с роботами.

* * *

Когда я мечтал о собственном ресторане, я еще и думал о людях, которые будут приходить в моё заведение. Разные люди с разными судьбами. Ведь ресторан – это не только про еду. Это встречи, ожидание встречи, это общение или напротив – час уединения. В ресторане люди проводят очень важную часть своей жизни, правда, каждый по-своему понимает и оценивает эту важность, и спектр здесь очень широкий: кто-то отдыхает после напряженного рабочего дня, кто-то наоборот – приходит ради важной деловой встречи. Для кого-то это может быть и случайным времяпровождением – зашел перекусить и пропустить рюмку-другую, и не так уж важно, куда, в этот ресторан или в кафе на другой стороне улицы; а для кого-то посещение именно моего ресторана станет традицией, уютной и приятной привычкой. Подумать только – для кого-то мой ресторан станет практически вторым домом! В юности я много читал, отмечая про себя различные моменты, связанные с кафе и ресторанами. Например, Хемингуэй, один из моих любимых писателей, часто в кафе работал – писал свои рассказы, статьи и романы. У него и в книгах часто герои ходят по ресторанам и кафе, очень часто… Чего стоит только упоминание ресторана, где официантами работали боксёры! Нет, они никого не вырубали, не поигрывали бицепсами перед посетителями, а честно и аккуратно их обслуживали, но это такой шарм! Так и представляю какого-нибудь Роя Джонса-младшего в кителе официанта (под которым всё же видны крепкие бицепсы), с ручником, перекинутым через полусогнутую руку и с предупредительной, сдержанной улыбкой на губах. Так вот, у старины Хэма не только герои постоянно ходили по ресторанам, он и себя описывал, работающим за ресторанным столиком: заказывает бокал коньяку, открывает блокнот и пишет, время от времени отхлёбывая маленькими глотками. Пишет так час или даже три, и непременно заканчивает, пока ещё знает, что у него там будет дальше, чтобы вернуться к рассказу на следующий день в этом же кафе…

Красивую молодую парочку, повадившуюся в наш новый зал, я заприметил не сразу. Наверное, не сразу. Потому что, когда я обратил на них внимание, они уже освоились у нас и чувствовали себя как дома. Они приходили к нам почти каждый день перед вечером – видимо, где-то встречались, потом прогуливались и заходили перекусить, посидеть в прохладе и тишине (посетителей в этот час всегда было не много). Очень красивые молодые люди. Бывают такие – и одеты вроде неброско, и ведут себя достаточно неприметно и очень сдержано, но, если заметишь таких, начнешь их потом невольно искать глазами, чтобы взглянуть на них ещё разок. Внешне – по одежде, аксессуарам, прическам и всему такому – походили на типичных хипстеров, но мне не хотелось их так называть, что-то мешало. Как будто они были больше, чем хипстеры, серьёзней, что ли… если честно, я больше обращал внимания на девушку, у нее был такой прямой и внимательный взгляд – куда бы и на кого бы она ни смотрела. Про таких, наверное, говорят «открытое лицо», но мне хотелось бы прибавить «умное лицо», «честное лицо»… В общем, интересная девушка. Парень тоже был ничего, нормальный, но до времени я его не рассматривал – наверное, его спутница затмевала парня.

Они заходили, садились за свободный столик – чаще всего у окна, ну или у стены напротив входной двери, – заказывали овощные салаты, потом десерты, и никогда не брали алкоголь, только зелёный чай. Не помню, сколько это продолжалось, я уже давно привык к ним. Но потом, через какое-то время, парень стал приходить один: садился за столик у окна и почти всё время в это окно и смотрел. Я понял, что он ждёт свою девушку. Не факт, что верит в то, что она пройдет мимо окна или зайдет в ресторан, но надеется. А может быть, даже ждёт без надежды – такое ведь тоже бывает. И привычки у него изменились: теперь он первым делом брал бокал белого сухого вина, выпивал его и заказывал салат с морепродуктами и ещё бокал белого сухого. И никакого десерта, никакого зелёного чая. Вот что делает с людьми разлука.

Теперь я получше разглядел парня: лет двадцать пять, не больше, и, кажется, близорукий, но очков не носит, как и контактных линз. Нравится ему, что ли, видеть всё размытым вдали? Я почему-то решил, что он поэт, хотя, конечно, не был в этом уверен. Просто знал я одного поэта, учился он со мной на экономическом, у него взгляд был похожий – не всегда, а временами, – будто он видит что-то каким-то внутренним взором и в то же время так ясно, как мы, обычные люди, видим предметы перед собой. Короче, особенный, «поэтический» взгляд был у парня.

Нашим роботам-официантам, точнее, ИИ на сервере, запретили «лезть в душу» клиентам, то есть проявлять эмоции сочувствия и сопереживания, кроме, разве, случаев, когда это было совсем необходимо по соображениям элементарной вежливости. А ещё точнее, у ИИ просто не было в базе моделей такого поведения – спрашивать: «Чего это вы грустите?» Или: «У вас сегодня плохое настроение, хотите, я вас попробую развеселить?». Но тут наша команда айтишников под руководством Татьяны подключила к базе ИИ модуль шуток, комплиментов и смешных советов. Прописали в программу категории ситуаций, когда можно применять шутки, поставили ограничения, чтобы роботы не доставали гостей своим «искристым» юмором, и в путь!

В тот день я был в зале и стал свидетелем разговора АРТ-8 с одиноким парнем, ждущим свою девушку за столиком у окна. Это произошло еще во времена до робота в образе Джона Свифтблада. АРТ-8 и VIKI-Q приблизились к столику, и «протокольный» робот сказал, отвесив уважительный поклон парню:

– Рады снова видеть вас! Желаете что-нибудь заказать?

Парень вздрогнул и повернулся к официантам.

– Здрасте… – проговорил он.

VIKI-Q выдал трель свистящих звуков, видимо, здороваясь, и повертел круглой головой. АРТ-8 снова поклонился:

– Здравствуйте! Рады снова видеть вас! Желаете что-нибудь заказать?

– Сухой Токай, – сказал парень и снова отвернулся к окну.

АРТ-8 мог уточнить, какое именно из токайских вин принести клиенту, но не стал – ИИ нашел у себя в базе информацию, какое вино пил молодой человек в прошлый раз и в позапрошлый, и в позапозапрошлый, и отправил роботов за тем же самым вином.

Когда парень допивал свой первый бокал белого сухого, АРТ-8 с VIKI-Q снова подошли к его столику.

– Сделаете ваш заказ? – и АРТ-8 зачем-то развёл руками, словно сомневаясь в своей способности выполнить просьбу клиента, если, конечно, она воспоследует.

– Салат с морепродуктами, – сказал парень.

В этот раз АРТ-8 почему-то не отчалил за тем же самым салатом, что привозил парню вчера. Может быть, что-то в меню изменилось…

– У нас сегодня богатый выбор салатов с морепродуктами, – АРТ-8 два раза развёл руками и для убедительности кивнул. – Хотите выбрать что-то из меню?

Парень нехотя открыл меню и уставился в него, вряд ли понимая, что там читает.

– Салаты на странице три, – подсказал АРТ-8, а VIKI-Q протяжно присвистнул, подтверждая правоту коллеги.

– Ну, не знаю, что выбрать… – проговорил парень.

– Если вы не можете решить, какой салат заказать, просто закройте глаза и укажите на меню. Так вы выберете случайный салат! – АРТ-8 задействовал модуль шуточек. И подействовало! Парень закрыл глаза и ткнул пальцем в меню.

– Салат каталана с крабом, – зачитал он роботу.

АРТ-8 поклонился.

– И бокал сухого Токая? – уточнил он.

– Да… Подождите! – парень остановил официанта. – Не хочу краба. Вот, принесите этот: «Салат из помидоров с креветками».

– О, вы выбрали салат из помидоров с креветками! – выдал АРТ-8 вторую подряд шуточку из нового модуля. А где же, блин, ограничитель на количество шуток? – Что там у нас? Очищенные креветки, помидоры, сыр пармезан, майонез, чеснок… Вы точно знаете, как порадовать свои вкусовые рецепторы!

Парень скривился, как от зубной боли. Кажется, шутка ему не зашла. Надо будет сказать Татьяне, чтобы еще раз посмотрели, что там с ограничителями, и стоит ли хвалить вкусовые рецепторы клиента, если он выбирает самое незатейливое блюдо с помидорами, майонезом и чесноком? Так можно ведь дойти и до того, что вкусовые рецепторы у нас будут радоваться и от стакана минералки. Это как-то неумно.