Денис Ган – Торианская империя. Книга 9. Альянс свободных погонщиков. (страница 3)
— Я не знаю, что ты хочешь сделать, но ты отлично знаешь: за каждым членом Самаглата стоят самые могущественные картели погонщиков. Это великая сила. Хочешь их мнение поменять? Это невозможно!
— Пока о нём не объявили — возможно.
— Пусть даже так! Но тебя сметут прежде, чем ты публично откроешь свой рот…
— Уж поверь, я не настолько глуп.
— Но и не настолько умён, чтоб в одиночку противостоять Самаглату.
— В одиночку?
— А разве нет? — насторожился Изагра. — Я думал, ты просто ищешь свои интересы в этом вопросе…
Жарказим хитро прищурился.
— Скажи мне, Изагра, ты в душе всё тот же прежний свободный погонщик или уже нет?
— Мы все уже десятки тысяч лет не те погонщики, которыми были наши предки, но я всё тот же, кого ты знал прежде и кто с тобой крепко дружил.
— Значит, ты не желаешь этого союза?
— Не желаю! Конечно нет! Но поделать ничего не могу…
— Можешь! — резко возразил Жарказим.
— Вот как!? Слишком самоуверенно ты подобное заявляешь. Значит, за тобой всё же кто-то есть…
— Есть, и сила это немалая.
— Только не говори мне, что сила — это мятежники во главе с Логазфиром! — моментально догадался Изагра.
— А хоть бы и так. Что с того?
— Вся галактика знает — он воюет на стороне пришельцев!
— Воюет… Скрывать не стану. Я бы сказал, он активно пользуется возможностью поломать Империю и уничтожить её. Но и у него совершенно точно тоже имеются свои планы.
— Планы? В тайне от союзников? Находясь в союзе, он задумал предательство? За таким никто не пойдёт, если он так легко способен предавать союзников.
— Нет, не предательство. Он не предаёт союзников, он пользуется возможностями Шан'Аркудийцев, но это не значит, что он будет вечно им служить. Как я и сказал, у него есть свои планы, и пока они сходятся с планами сил вторжения, он будет пользоваться этими силами вторжения. Шан'Аркудийцы хотят править в этой галактике, а значит, погонщики могут стать той силой, что может быть им опорой.
— Амбициозно… — медленно растянул Изагра. Он понял, к чему идёт дело. Ему нравится ход мыслей Жарказима, но Изагра осторожничал. Приятель приятелем, но своя шкура всё же важнее.
— Ты можешь помогать нам. Стать важнейшим источником информации в Альянсе.
— Помогать? Предать Самаглат? Нет!
— Предать Самаглат от тебя и не требуется! Я никогда бы не попросил тебя о таком. Нужно просто удалить из него тех, кто выступает за союз с торианцами, и это решит все наши проблемы.
— Очистить от скверны… Говоришь, решит все наши проблемы…
— Пусть будет так. Всё верно, как говорят наши верующие братья: очистить от скверны сомнений.
— Три лидера, Жарказим! Это много для провала переворота. Вместе они великая сила. Двоих я ещё даже не знаю.
— Ты, кстати, мне имя третьего так и не назвал…
— Не назвал?
— Нет, не назвал, — повторил Жарказим. Его аж распирало от любопытства.
— Да прям сейчас и назову! Это борханец.
— Жагва Сунд Аркан?
— Он самый и есть!
— За ним серьёзные кланы. Я полагал, он не любит торианцев…
— Не любит. Но Шан'Аркудийцев он ненавидит ещё больше.
— Что-то личное?
— Я не знаю, но подозреваю — да.
— Так и представляю его башку на колу, а ещё его эти большие уши и его лицевые трубки с парализатором…
— Зря ты так. Борханцы — великие воины и политики. Жагва необычно умён. Выходец из древней, известной и уважаемой семьи погонщиков. Глава дома…
— И военными талантами не обделён, — задумчиво добавил Жарказим. Он отлично знал, кто такой Жагва Сунд Аркан.
— Не обделён. Всё верно. Если ты помнишь, именно он и вёл переговоры с имперским верховным адмиралом Аргоном.
— Да… я это помню. Маленькая приграничная война, которая грозила перерасти в новый масштабный конфликт. Эти двое его тогда остановили, а зря…
— Если бы Жагва этого не сделал, то Империя смела бы нас очень легко.
— Ну не легко… — нарочито засомневался Жарказим, хотя и сам не верил в то, что говорит.
— Но очень быстро! Мы обросли системами и планетами. Осели в роскоши и живём так десятки тысяч лет и многим больше. Мы уже давно не те погонщики, которыми были наши далёкие предки. Сейчас мы просто мелкие розничные грабители, на которых, собственно, Империя не обращает даже должного внимания. Мы живём на своих территориях и кошмарим неразвитые миры. У нас, конечно, есть прежние силы, но и они закостенели. Нынешний Самаглат — одни из последних, кто ещё как-то может достойно воевать с таким противником, как Империя торианцев. Но исход подобной войны известен заранее. С другой стороны, дела у Империи сейчас идут неплохо, и они, как все мы видим, успешно противостоят Шан'Аркудийцам. Если мы открыто встанем на сторону вторжения… Ну что ж, в этом случае Торианцы точно уничтожат нас всех.
— Всё может быть и наоборот.
— Может. Этот Логазфир служит им, и если мы пойдём против него, то и он может нас уничтожить в будущем. Я знаю одно… решение Самаглата было тяжёлым, и результатом стал будущий союз с торианцами.
— Так помоги мне! Затяни переговоры и подписание договора! Дай мне действовать, мне и моим союзникам. Мы попробуем противостоять торианцам или держать заключение этого союза на расстоянии, всячески ему препятствовать и оттягивать.
Изагра задумался. В словах Жарказима много правды и много дельного. Погонщики не слуги. Они не станут служить ни торианцам, ни Шан'Аркудийцам. Рано или поздно, пускай даже через долгие столетия и тысячи лет, эта жажда свободы вырвется наружу. Торианцы требуют не становиться на сторону пришельцев и всячески вредить им или не вмешиваться, тогда как Логазфир от лица Шан'Аркудийцев требует только поставок всего необходимого его флоту и армиям и мелкие набеги на базы торианцев. Это сделают уже, так сказать, те погонщики, что независимы от основного Альянса, а им Альянс запретить не может, он может только сдерживать их ограничениями.
С другой стороны, за подобный заговор на кону стоять будет уже голова распорядителя Самаглата – Изагры. После разговора с Жарказимом соблюдать нейтралитет в Совете Изагра уже не сможет. Сам факт такого разговора уже является предательством. Если Самаглат узнает о нём — Изагре конец. Выбора не остаётся. К тому же обе воюющие стороны со временем могут поменять свои требования к погонщикам, что изменит весь нейтральный расклад.
— Ты поставил меня в тупик своим появлением, Жарказим, — тихо проговорил Изагра. — У меня есть своё мнение, и оно совпадает с твоим. Кинуть вызов Самаглату…
— Означает спасти Альянс свободных погонщиков и дать ему шанс выжить!
— Всё так. Я понимаю, союз с торианцами, скорее всего, для нас верный приговор от Шан'Аркудийцев или Логазфира, а когда он будет приведён в исполнение — это неизвестно, если вообще так будет. На это Самаглат и рассчитывал, растянуть время нашей гибели. Может, она никогда и не произойдёт… ведь имперцы способны победить.
— Может, ты и верно рассуждаешь. Но я скажу тебе кое-что, о чём ты должен знать… Силы коалиции вторжения весьма велики. Они правят не одной галактикой и способны перемещаться между ними. Великие армии летят сюда, и поток войск не прекратится, пока есть их воля и желание победы.
Эти слова возымели своё действие и подстегнули Изагру. Он понимал, что Жарказим не будет просто так болтать, он знает, о чём говорит. Врать старому приятелю он не станет и просто так такое предлагать тоже не станет. Поэтому он медленно и неохотно всё же проговорил: — Я помогу тебе. Действовать придётся тайно и осторожно. Полагаю, ты хочешь вывести одного лидера из Самаглата, который выступил за союз, и кем-то его заменить?
— Одного, двух или сразу всех трёх. Ты угадал. Наверняка надо, чтоб никто больше не мешал. Как это будет происходить, не столь важно, главное, чтоб желание Альянса пойти на союз с торианцами сошло на нет. Тех, кто не примет такого решения, ждёт только смерть.
— А если начнётся внутренний конфликт?
— Значит, пустим кровь предателям. Не впервые…
Вот тут Жарказим уже откровенно лукавил и перетасовывал понятия. Для противоположной стороны в пиратском Альянсе он, его сторонники и намерения тоже могут трактоваться как предательство. Это точно приведёт к внутреннему конфликту и возможному противоборству, но ему этого и надо. Его целью была смена нелояльных к Шан'Аркудийцам членов Самаглата и полное переподчинение Альянса погонщиков тем, кто будет держать сторону Логазфира и его мятежа, который он возглавил. Торианцы не могли не просчитать такой расклад, а значит, они будут готовы к нему. На орбите висит корабль, на котором прибыли эмиссары Логазфира. Сам Жарказим — только лишь посланник, прибывший разведать обстановку и воспользоваться прежним долгом Изагры, который сумел взлететь в Альянсе до самой вершины власти, отставая от лидерства только на один шаг. Предложение Жарказима делало этот шаг ещё короче, а амбиции Изагры — ещё больше. Старый распорядитель это отлично понимал, только старался не говорить о своём будущем, полагая, что оно и так будет ясно, если партия Логазфира одержит победу и возьмёт власть в Альянсе. Он точно получит власть в Альянсе, которую по старой доброй традиции разделит с единомышленниками. Осталось только сменить лидеров.
Одна бутылка сменила вторую, а вторая — третью… Встреча и разговор оправдали ожидания Жарказима. От выпитого он захмелел ровно, как и его собутыльник. Договорившись о деле, постепенно перешли на воспоминания прежней жизни.