Денис Деев – Звоните Манькову! Том 3 (страница 14)
И это сработало на все сто. Мама Кати искренне, по-девичьи звонко рассмеялась, и первоначальный ледок в ее карих глазах окончательно растаял.
— Ох, как говорит, а? — она с улыбкой посмотрела на дочь, которая стояла рядом, чуть смущенная, но явно гордая тем, как элегантно ее парень проходит смотрины.
Эту светскую идиллию прервал телохранитель. Он бесшумной тенью проскользнул между нами, оттесняя меня на полшага в сторону, и глухо, безэмоционально бросил:
— Валентина Сергеевна, я сейчас машину подгоню.
Мама Кати водителю кивнула. А у меня камень с души упал — мама с нами не собирается. Просто вышла по своим делам.
— Ну всё, не буду вас задерживать… — Валентина Сергеевна изящно улыбнулась и попыталась попрощаться, поудобнее перехватив мой роскошный букет.
Но у меня в голове уже стремительно созрел еще один, контрольный план по окончательному охмурению потенциальной «тещи». Упускать такой шикарный момент было нельзя.
— Погодите, Валентина Сергеевна, — я мягко остановил ее жестом и повернулся к девушке, протягивая ей свой увесистый сверток. — Катюш, открывай.
— Спасибо! — Катя просияла и принялась нетерпеливо расправляться с плотной красной бумагой, пока ее мама с плохо скрываемым женским любопытством наблюдала за процессом.
Упаковка поддалась, с тихим шуршанием опадая вниз, и на свет появилась яркая, глянцевая картонная коробка с узнаваемой радужной полосой. Катя потянула за картонный язычок и осторожно извлекла на свет массивный, угловатый аппарат из черного пластика. Легендарный «Полароид». Настоящая икона девяностых, предел мечтаний и абсолютный символ красивой западной жизни.
— Ох, какая необычная штучка… — растерянно, но с явным интересом протянула Валентина Сергеевна, разглядывая диковинную технику.
Я аккуратно забрал фотоаппарат из Катиных рук, чтобы продемонстрировать его в действии.
— А эта штучка, Валентина Сергеевна, по-настоящему волшебная. Она умеет останавливать время.
Я одним движением откинул массивную вспышку вверх. Раздался фирменный щелчок, и на передней панели тут же приветливо загорелся зеленый диод готовности.
— Она ловит момент, который больше никогда не повторится, и оставляет его на долгую память, — я понизил голос, добавляя в него интригующих ноток. — Прямо здесь. Прямо сейчас. Смотрите на меня!
Я вскинул фотоаппарат, прижимая видоискатель к глазу. Катя и ее мама отреагировали с безупречным женским инстинктом — синхронно, словно по команде, они изящным движением поправили волосы и замерли, счастливо, но чуть растерянно улыбаясь прямо в объектив.
Ярко, ослепительно полыхнула вспышка, заставив их обеих зажмуриться. Внутри «Полароида» тут же натужно взвизгнул встроенный моторчик, зажужжали шестеренки механизма, и из узкой щели внизу медленно вылез плотный глянцевый квадрат карточки, распространяя вокруг легкий запах проявочной химии. Я ухватил квадратную карточку за широкую белую рамку и несколько раз энергично взмахнул ей в воздухе для того, чтобы изображение проявилось побыстрее. Как только лица стали отчетливо видны, я галантно протянул готовую фотографию Валентине Сергеевне.
Она взяла снимок двумя пальцами, с искренним, почти детским изумлением наблюдая за магией моментальной печати. Чуть склонив голову набок, придирчиво оглядела изображение. На ее лице расцвела удовлетворенная улыбка — как и любая женщина, она первым делом оценила то, как получилась в кадре. И, судя по всему, результат строгий внутренний контроль прошел успешно.
— Надо же, как замечательно вышло, — констатировала она, довольно кивнув. Щелкнув золотистым замочком своей дорогой кожаной сумочки, Валентина Сергеевна бережно, чтобы не поцарапать глянец, опустила туда фотографию. — Оставлю себе. На долгую память.
Она перевела потеплевший взгляд на нас с Катей.
— Ну что ж, молодежь, идите гуляйте. Не буду вам мешать, — она мягко улыбнулась. — Желаю вам, чтобы сегодня у вас было как можно больше счастливых и ярких моментов, которые непременно захотелось бы запечатлеть на память! Хорошего вам праздника!
— И вам того же! — крикнул я ей вслед.
Валентина Сергеевна изящно скользнула в салон роскошного черного «Мерседеса» (очевидно, областная администрация ценила комфорт немецкого автопрома куда больше номенклатурных «Волг»). Тяжелая дверца солидно и глухо захлопнулась, увозя «тещу» в закат.
Ну а мы с Катей, переглянувшись и рассмеявшись, нырнули в подогнанную скрипящую, пропахшую бензином таксишную «шестерку», где нас уже заждались Серега с Аленкой. Ничего страшного. Наше время вальяжно кататься на собственных «Мерседесах» еще обязательно придет. Я был в этом уверен на все сто процентов.
Пожелание Валентины Сергеевны сбылось в точности. Мы провели абсолютно потрясающий, яркий день. Сначала наша теплой компанией оккупировали лучшую кафешку в парке, от души наелись шашлыков и нащелкали на новый «Полароид» целую кипу глянцевых карточек, дурачась перед объективом. А вечером пошли в кинотеатр.
Крутили голливудскую «Красотку». На наших девчонок эта сказка про Золушку с бульвара Сансет подействовала как ударная доза чистого, концентрированного романтического допинга. Они вышли из зала с сияющими глазами, восторженно перешептываясь и обсуждая Ричарда Гира.
После сеанса мы распрощались с ребятами, и я пошел провожать Катю до дома пешком, наслаждаясь тихим мартовским вечером. И вот мы стоим возле ее подъезда. Как какие-то наивные малолетки, честное слово! Забыв про статус, про бизнес, про все угрозы на свете, абсолютно счастливые. Мы крепко обнимаемся в полумраке, я наклоняюсь и нежно целую ее…
— Вы бы еще на площади Ленина встали! Места другого не нашли⁈ — раздался сзади грубый голос, от которого по спине мгновенно пробежал ледяной холодок.
Мы резко обернулись. Позади нас, возвращаясь, видимо, с какого-то ресторанного банкета, стояли Евгений Владимирович и Валентина Сергеевна. Глаза Медведя, уставившегося прямо на меня, только что искры не метали. Давящий взгляд хозяина жизни, застукавшего наглого бродячего кота на своей территории.
Я мгновенно напрягся, готовый к любому развитию событий. Катя тоже испуганно вздрогнула, вцепившись в мой рукав. Воздух заискрил от напряжения.
И тут в дело вмешалась высшая дипломатия.
— Катюша, — совершенно невозмутимым тоном произнесла Валентина Сергеевна, мягко, но намертво беря своего рассвирепевшего мужа под руку. — Поднимайся домой… через полчасика. На улице всё-таки не май месяц.
И, не дав Евгению Владимировичу сказать больше ни единого слова, она увела своего грозного, пыхтящего от ярости супруга в подъезд. Железная дверь с громким лязгом закрылась за их спинами.
Я стоял, глядя на темный металл, и победно усмехался про себя.
Но додумать эту амбициозную мысль я не успел. Катя порывисто обхватила меня за шею, прижалась всем телом, и ее отчаянный, горячий поцелуй моментально вышиб из моей головы абсолютно все криминально-политические расклады.
Глава 8
Очередной, но на этот раз поистине исторический рывок наш бизнес совершил 11 марта 1992 года. Причем скачок этот произошел не только благодаря нашим титаническим стараниям, но и по прямому волеизъявлению депутатов — Верховный Совет наконец-то принял закон «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации».
То, к чему мы так тщательно, по крупицам готовились все это время, свершилось! Правовой вакуум исчез. Государство официально дало добро на вооруженную охрану частной собственности.
Мне пришлось решительно задвинуть в долгий ящик все текущие оперативные дела, договоры и суды, потому что настал день «Икс». Одновременно, день в день, стартовали сразу два наших ключевых проекта — оружейный магазин Люды и охранное агентство Степана.
Люда, к слову, проявила себя просто блестяще. Моя соседка оказалась не просто исполнительной девочкой, а настоящим бульдозером в юбке. Разрешительную систему МВД она, грамотно козыряя связями и фамилией генерала Зимова, прошла как нож сквозь масло. У ТОО «Арес» на руках был абсолютно безупречный пакет документов, необходимых для легального открытия магазина и комнаты хранения оружия.
Но на бумажках Люда не остановилась. Она пошла гораздо дальше, проявив хватку рачительной хозяйки. Когда я впервые зашел в выделенное под магазин помещение на первом этаже ДОСААФ, у меня буквально отвисла челюсть. В условиях тотального дефицита, когда большинство новых коммерсантов торговали с перевернутых картонных коробок или сколоченных из горбыля прилавков, Люда сотворила чудо.
Она где-то умудрилась по дешевке выкупить списанные музейные витрины! Это были тяжелые тумбы из полированного темного дерева с толстенным стеклом. Внутри витрин она собственноручно выстелила полки благородным темно-зеленым сукном — на таком фоне вороненая сталь пистолетов и гладкое дерево ружейных прикладов смотрелись бы просто по-королевски.
Но и это было не всё. Стены она затянула плотной тканью, а у слесарей на местном заводе за копейки заказала аккуратные, сваренные по индивидуальным чертежам оружейные пирамиды и настенные крепления. Они были идеально зачищены, выкрашены дорогой черной матовой краской и ничем не уступали фирменному западному оборудованию. Под потолком Люда развесила направленные светильники.