Ххать!
И дыхыть не судьба.
Спать. Бай.
А да-да-да-да-да-да!
Ой, подвоет те гуда,
Ой, освоят ту, губан,
Города-д, города-д!!
А ду-ду-ду-ду-ду-ду!
Потерял кузнец дуду
К своему, сказать, стыду,
– В этом, нынешнем году.
Что ж? Сыграть не на чём?
Спи. Спи. Спи. Молчи.
Что же? Умирать зря-почём?
Ббба! – живём кузнецы!
Шахтёрская – не наша
– русский пересказ П. И. Новицкому
Эххх, лежи тут без народа,
Эххх, говори, да сам с собой.
Эххх, долби киркой породу,
Эххх, забой, забой, забой!!!
Эх, пою тебе я, шахта,
Мамка чёрная твоя.
От меня родился, ах ты!
Ртом цынготным взвою я.
– Эххх, взвою я!!
Эххх, двое – ты, я.
– «Д, шахта, – бай меня!»
Тую, тую, тую. Раз, раз, раз.
Эххх!! ветер, убирайсь!
Тую
– Так.
Тую
– Так.
Так.
Эй, лежи тут без народа,
Да стучи в мою породу
Шахта – я, ты – без дня,
Плахта дыбом у меня!
Тую
– Так.
Тую
– Так.
Раз,
Раз,
Раз!
Эй, лежи тут, безобраз!
«Двадцать пять китайских коммунистов…»
Проф. А.А. Ивину
(1 мая 1932 г. в Нанкине были казнены двадцать пять китайских коммунистов.
Двадцать пять китайских коммунистов —
Двадцать пять, да! двадцать пять, да, двадцать пять!
Все висят на ночи, как манисто,
Чёрно-синие и голые до пят.
– Двадцать пять, да! двадцать пять, да! двадцать пять.
Ма-ли, женщина, качаясь, даспевает,
Чёрно-синяя и голая, до пят
И над нею ворон распевает
Песню, хриплую и страшную до пят
Это гроздь китайских коммунистов
Двадцать пять, да, двадцать пять, да, двадцать пять
Зреет ночью бледно-водянистой.
Зреет в солнце, пурпурном с утра
Это гроздь, молчащая речисто,
Все сегодня, завтра и вчера 
