Денис БЕЛЫЙ – Молекулы распада (страница 3)
–
– Они вошли в радиотень, – сказал руководитель полётом.
Начальник ЦУПа сорвал наушники, со стуком швырнул их на компьютерную клавиатуру, встал и, приказав на ходу:
– Начальник инженерной группы и руководитель полёта, за мной! – зашел в кабинет руководителя полётом.
Зайдя в кабинет, начальник ЦУПа подошел к большой настенной карте, изображающей околоземное космическое пространство, и с силой ткнул пальцем в эллипсы, опоясывающие земной шар.
– Они где-то вот здесь! – возбужденно сказал он. – На третьем витке! Саша! – он отвернулся от карты и требовательно посмотрел на начальника инженерной группы. – Когда они начнут замедляться?
– Они уже начали, – устало сказал начальник инженерной группы. – Сейчас объект движется со скоростью двадцать тысяч километров в час. Для безопасной отстыковки блока этой скорости хватит. До достижения высоты ста семидесяти километров по перегею остаётся около трёх часов. И после отделения блока, корабль будет набирать скорость до первой космической и рассчитывать угол вхождения на суборбитальную траекторию, хотя я не уверен, учитывая новые условия, надо ли ее набирать, а не наоборот уменьшать, – неуверено добавил он.
– Отмеряй еще пару часов, – сказал руководитель полёта. – Виток-два, надо будет крутануть по любому! Саша, без увеличения скорости они не сойдут с орбиты.
– Твою мать! – Геннадий Викторович припечатал от всей души своим пудовым кулаком прямо по карте. – Пять часов! А у мужиков кислород на исходе. И жара как в самой раскалённой преисподней. Где гарантия, что они доживут до достижения этих чертовых координат???! Мы разве учим космонавтов выживать в пятидесяти градусной жаре на борту и сто градусном нагреве корпуса корабля??!
– Выхода нет, – твердо сказал командир отряда космонавтов, находившийся в кабинете и слушавший их разговор. – Нам нужно, во что бы то не стало, контролируемо снять «Зарю» с орбиты! Гена, ты представляешь, чем грозит всем нам ее неконтролируемый сход? И мы не можем начать отделение сейчас, на такой большой высоте, пока объект находится в таком апогее! У «Зари» нет маршевых двигателей! Блок просто закрутит и начнется неконтролируемый сход! Даже если она долетит до границы атмосферы, то свалится туда, куда Бог пошлёт! Гена, ну кому мы это объясняем!
– Да понимаю я всё, – Геннадий Викторович сел за приставной столик, вынул сигареты, чиркнул колёсиком зажигалки.
– Гена, – руководитель полёта опустился на стул напротив начальника ЦУПа и разворошил свою седую шевелюру. – Мы все были в шкуре Протонов. Мы все всё понимаем! Но! Дело нужно довести до конца!
– Высказывайте предложения, – сказал Геннадий Викторович, сбрасывая пепел в стеклянную пепельницу.
– Во-первых, – первым заговорил начальник инженерной группы. – Во избежание перегрева электронно-бортовых систем, а особенно «Курса», им нужно сейчас отключить все, что не требуется для работы корабля. Даже приборную доску перевести в аварийный режим! Освещение – в первую очередь! Если «Курс» накроется, они вообще никогда не сядут. Начнут перед спуском на суборбитальную траекторию разворачивать корабль и стабилизировать его вручную, сожгут всё топливо до донышка. И я очень сомневаюсь в том, что они смогут сорентироваться вручную – вспомните доклад Протона -1: все очень ярко освещено! Они просто не увидят где Земля, а где Солнце!
– Согласен полностью! – сказал командир отряда космонавтов. – От себя добавлю: всем колоть амнопон! Он замедляет потребление кислорода. Как только кислород в спускаемом и бытовом отсеках опустится до семи-восьми процентов, экипажу немедленно одевать «Сокол». КВО, надеюсь в рабочем состоянии…
– Они давно уже должны были быть в скафандрах, – чертыхнулся начальник ЦУПа. – Костюм водяного охлаждения хоть как-то даст возможность работать в этом пекле!
– И сжечь все оставшиеся пятьдесят процентов кислорода, – покачал головой начальник инженерной группы. – Еще до входа в условную границу атмосферы…
– Викторыч! – командир отряда космонавтов подошел к столу и шумно опустил на него обе ладони своих больших тяжелых рук. – Скафандр одевать еще рано. При входе в плотные слои атмосферы эти сто градусов за бортом покажутся мужикам детской забавой! Сам знаешь, там температура достигает не одну тысячу градусов по Цельсию! А сейчас, когда возможно еще и расширены верхние слои атмосферы, нагрев корабля вырастет еще больше! Да и КВО не сможет столько часов работать на охлаждение. И не забывай, из ста пятнадцати часов, являющихся полным временем работы скафандра, половину уже отработали, когда поднимали на станцию «Союз» с крайней экспедицией. Конкретно на спуск их хватит, ну а сейчас…нет, рисковать мы не можем.
Начальник ЦУПа затянулся сигаретой последний раз, докурив её до фильтра, с нажимом затушил в пепельнице и шумно поднялся из кресла.
– Как ни крути, – в сердцах бросил он. – Со всех сторон мужикам полная задница!..
… Корабль «Союз – МС14» уже более девяноста минут не выходил на связь. Последний сеанс связи состоялся, когда корабль пошел на четвертый виток, и больше Протон-1 на связь не выходил. Траектория движения объекта уже давно не отображалась на центральном экране СОИ, скорее всего из-за перегрева вышел из строя датчик, отвечающий за передачу телеметрических данных наземным антеннам.
Начальник ЦУПа, уже несколько раз, докладывающий лично Президенту обстановку, сложившуюся на орбите, нервно ходил из стороны в сторону перед центральным экраном. В его кабинете пепельница доверху была заполнена окурками, а стол был уставлен грязными кофейными пластиковыми стаканчиками из кофемашины.
– ЦУП Москвы кораблю «Союз – МС14»! ЦУП Москвы кораблю «Союз – МС14»! – оператор безпристанно вызывал корабль, но в ответ была только тишина.
Начальник инженерной группы держал в постоянной готовности операторов пульта интеграции и управления системы СУДН, которые должны были очень оперативно включится в работу по дистанционному управлению блоком «Заря», когда произойдет физическое отделение.
– ЦУП Москвы кораблю «Союз – МС14»! ЦУП Москвы кораблю «Союз – МС14»!
Начальник инженерной группы, отдав несколько распоряжений своим людям, подошел к Геннадию Викторовичу.
– Гена, – сказал он, поправив свои большие очки, – я боюсь если телеметрия не отображает траекторию корабля, то «Сириус» скорее всего не функционирует.
– А это значит… – мгновенно бледнея и мрачнея, выговорил начальник ЦУПа.
– А это значит, что и «Курс», не получая данные с «Сириуса», с большой долей вероятности…
– Геннадий Викторович! – закричал оператор, вызывающий корабль. – Связь с Протоном-1!
Начальник ЦУПа бросился к ближайшему пульту управления и едва только, схватив протянутые оператором наушники, услышал из их динамиков трещащий, прерывающийся, еле слышный голос:
– ЦУП Москвы, ответьте кораблю «Союз – МС14» в канале УКВ-1! Прием!
– Анатолич! – закричал начальник ЦУПа. – Слышу тебя! Приём!
– ЦУП Москвы, докладываю о приближении к заданным координатам отделения ФГБ «Заря»! Высота сто семьдесят пять километров по перигею! Скорость двадцать тысяч километров в час! Начинаю гасить боковой импульс!
– Борис Анатольевич, что с системой телеметрии? – спросил начальник инженерной группы.
– Саня, было воспламенение силового кабеля внутри обшивки спускаемого отсека, обшивку вскрыли, огонь потушили, Протон – 3 только закончил восстановление. «Сириус» функционирует.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.