Денис Белобородов – Борьба за искупление (страница 11)

– Сила во мне? – с сомнением переспросила она.

– И это странно. Обычно люди с детства ощущают необычные способности. То, чем другие не обладают. – Подняв голову, мужчина пристально посмотрел ей в глаза. – Ты не замечала ничего необычного? Может, твои сны сбывались? Или вещи, пространство подстраивались под твои желания?

– Это было бы очень странно, не находишь? – впервые за долгое время на лице Люмии появилась наивная улыбка.

– Напротив, сильные мира сего могли изменять материю одной лишь мыслью, – без тени обмана ответил чародей.

– И поэтому ты решил искать ответы в мире «Лиминэл»? Узнать, есть ли у меня магические способности? И как это связано с культом… как его…

– Пока не знаю, есть ли связь, но это единственное, что мне остаётся. – Со стуком поставив пустой бокал, он внимательно посмотрел на собеседницу. – Яркий свет, что поразил чудовище, – это «Урус Рангок», король падших эльфов и мой старый друг. Он один из немногих, кто может распознать природу скрытых способностей. – Фенакс поманил служанку, чтобы наполнить кружку.

– Значит, ты намерен использовать меня в своих целях? – немного успокоившись, задумалась девушка.

– Я вынужден просить твоей помощи. Возможно, ты моя последняя надежда. Знаю, после случившегося ты вправе мне не доверять, но…

– Мне нужно подумать, – прервала его Эстелла.

– Понимаю, это непростое решение… – кивнул чародей.

– Я устала, давай уйдём отсюда.

– Но ты ничего не съела, – удивился мужчина, глядя на поднос с жареной курицей.

– Сейчас у меня кусок в горло не полезет, – после пережитого Люмия не чувствовала голода, лишь сильную усталость.

Покинув таверну, спутники вышли за ограду и направились по пустынной ночной дороге вглубь поселения. В деревне царила ночь, прохладный ветерок с ароматом пряностей и цветов ласкал лицо девушки. Она никогда не бывала здесь раньше, но чувствовала себя спокойнее – рядом был человек, способный её защитить.

Чародей в старой и грязной мантии следовал за молодой девушкой, погружённый в собственные раздумья, а Эстел, слегка задрав голову, посмотрела на ночное небо «Аракхона». Безоблачная погода позволила в полной мере оценить место разрыва в ткани мироздания среди бесконечной россыпи ярких звезд. Главные ворота в другие измерения находились в паре часов при быстрой езде на лошади, вследствие чего вид из близлежащей деревни был просто невероятным. Вся палитра ярких красок водопадами сходила с огромной червоточины в бездонную холодную темноту; живые краски, словно под воздействием неведомой силы, острыми языками тянулись из разлома к далёким звездам во все стороны. В центре безмятежного великолепия зияла покрытая синим маревом дыра, манящая таинственной неизвестностью многих путников. Однако точку телепортации заблаговременно огородили рыцари королевства, а вход на людские земли надёжно охранялся днём и ночью несколькими гарнизонами регулярной армии. Но это не мешало небольшим группам головорезов проникать на континент через небольшие разрывы в пространстве, появляющиеся по неизвестным причинам в разных уголках обширной территории.

Она мало что знала о тёмных эльфах; злые языки пускали слухи об их кровожадности и бесцеремонности среди простонародья. Но в отличие от ящеролюдов, падшие не нападали первыми на человеческую расу – у них хватало неприятностей со своими собратьями, ныне ставшими врагами по воле судьбы.

Когда мама девушки была еще жива, она рассказывала историю самого великого и могущественного народа, судьба которого подверглась серьёзному испытанию. В эпоху «Эломеля» высшие эльфы достигли небывалого величия, изничтожив всех своих врагов, после чего раса благополучно процветала на протяжении нескольких веков. Со временем, после индустриальной революции, из-за отсутствия главного стимула развития цивилизации, бессмертные существа пустились в плотский и моральный разврат. Запредельная психическая активность и неимоверная жестокость приводили к тяге к запретным и зачастую аморальным удовольствиям, что и породило ужасную сущность – бога хаоса «Хилаша». Новорождённая сущность погрузила великий народ в тёмные времена: непомерная сила багровым туманом растекалась во все стороны и заражала тысячи эльфов неизлечимой скверной. Те, кто попал под влияние, навсегда лишались возможности уйти в вечность; отныне их души после смерти поглощались могущественным богом хаоса. Однако бедствие удалось остановить общими усилиями сплотившегося народа. Самые умелые маги эльфов сумели остановить расползавшуюся скверну, но полностью искоренить богиню разврата и наслаждений не представлялось возможным. Бессмертное существо скрылось в мире, неподвластном никому из когда-либо живущих.

Но едва беда миновала, король высших эльфов, Азарис Победоносный, объявил всех граждан, подвергшихся скверне, опасными для общества из-за угрозы нового бедствия. Началась великая чистка. Ужасы тех времен невозможно передать словами. Осквернённых определяли по цвету кожи и жестоко казнили, словно именно они, подвергшиеся изменениям, и стали виновниками катастрофы.

Эстел помнила захватывающие истории из своего детства, но сейчас она и представить не могла, откуда её маме было известно о жизни за пределами людского королевства. Женщина пропала, когда Эстел было всего семь лет, а дедушка никогда не рассказывал о ней, стараясь максимально обходить неудобную тему. Отца девушка никогда не видела; о нём вообще не было никаких воспоминаний или упоминаний. Лишь однажды последний из родственников рассказал, что папа погиб на войне с тёмными эльфами.

Бродя по ночной улице, спутники размеренным шагом добрались до большого деревянного дома, в некоторых окнах которого горели тусклые огни. Чародей поднялся по скрипучим ступенькам и постучал в дверь. На стук почти сразу откликнулись. В дверном проёме показалась бабушка преклонных лет; сгорбленная хозяйка дома недоверчиво посмотрела на мужчину. Она не разглядела его фиолетовые глаза, но очень быстро заметила несколько монет в протянутой им ладони. Хозяйка вежливо поклонилась и пропустила путников внутрь.

Фенакс оплатил две комнаты на втором этаже, чтобы девушка не испытывала дискомфорта. Эстел доковыляла до железной кровати с проминавшейся простынёй и упала лицом вниз на мягкую поверхность. Эмоционально изнурительный день для неподготовленной психики оставил её без сил, поэтому сон накатил быстро.

Утром, перед завтраком, девушка с наслаждением приняла горячую ванну, а после вернулась в комнату. Вскоре после этого, в одном лишь банном полотенце, она услышала стук в дверь. На пороге ждал Эмерил со стопкой одежды на руках. Прижав покрепче полотенце, Эстел высунулась в коридор.

– Доброе утро, – коротко бросил мужчина.

– И вам не хворать, – так же ответила Эстел.

– Я принёс тебе чистую одежду, – чародей передал стопку спутнице.

– Слава всеведущему! Спасибо! Не хотела вновь надевать это платье, – обрадовалась Эстел.

– Не за что. Спускайся, на улице обсудим дальнейшие действия.

Мужчина кивнул и, развернувшись, потопал вниз по лестнице. Эстел проводила его взглядом, а после принялась примерять новый наряд. Фасон не особо впечатлил: она никогда не носила зауженные штаны и мужские рубахи, тем более серых оттенков. Однако сапоги пришлись ей по вкусу – тонкая ножка без проблем скользнула внутрь и удобно уместилась. Поверх была надета чёрная мантия с укороченными рукавами и увесистым капюшоном, под которым можно было полностью спрятать лицо от посторонних глаз.

– Куда наш путь лежит теперь? – выйдя на свежий воздух, спросила Эстел.

– В крепость «Айгон», в часе езды отсюда, – мысленно выдохнув от облегчения, чародей продолжил. – Я рад, что вы согласились мне помочь.

– Вы дважды спасли меня от смерти; с моей стороны было бы неуважительно отказать вам. К тому же, если у меня есть магические способности, то я хочу всё об этом узнать, – твёрдо заявила девушка.

Ясная погода с распростёртыми объятиями встречала ещё сонных жителей великого королевства. Тёплое утро благотворно влияло на уже привычный быт местных обитателей этой деревни. Пение ранних пташек, как и лёгкое дуновение освежающего ветра, радовало и помогало настроиться на нужный лад.

К тому времени, как девушка вышла на улицу, чародей уже подогнал лошадей, заблаговременно купленных у местного торговца. Откуда у мужчины каждый раз находились деньги, при том что карманов на штанах или мантии не было, оставалось невероятной загадкой для Эстел.

– Надо поторапливаться, – ответил Фенакс. Он передал спутнице поводья одной из лошадей, и они направились прямо по дороге. – Чувствую некоторые изменения в воздухе, что-то надвигается на деревню, и я не хочу в этом участвовать.

– Что надвигается?

– Пока не могу сказать, возможно, что… – Эмерил не успел договорить, как мужчина в рваной одежде, шедший навстречу, столкнулся с ним плечом. Маг рефлекторно повернул накрытую капюшоном голову в сторону неожиданного раздражителя.

– Прошу прощения, милейший, – прохожий отвесил низкий поклон, после чего увидел блеск фиолетовых глаз. – Во имя многоликого! Вестник смерти! Спасайтесь, люди добрые! – пьянчуга закричал во всю глотку.

(Встревоженные голоса жителей)

– Что?

– Вестник смерти? Здесь?

– Позовите рыцарей!

– Уходим, быстро! – вскочив на скакуна, воскликнул чародей.