Денис Бабич – Багровая Луна (страница 3)

– Где эпинефрин? – спросил Колчин, со звоном разбрасывая содержимое шкафа.

– У нас нет его! – испугалась старшая медсестра.

– Как это нет?! – взвизгнул Мининзон.

– Вы же сами приказали его убрать! – возмутилась старшая медсестра.

– Но он должен быть по инструкции! – крикнул Колчин. – Есть хотя бы хлорид натрия?

– Вам здесь не аптека! – обиделся Мининзон.

Пациент затрясся в агонии и захрипел.

– Он сейчас скопытится! – заорала Леночка.

– Всё из-за Вашей тупости, Семен Борисович, – неодобрительно заметил Колчин.

– Так сделайте уже хоть что-то! Кто из нас врач, я или вы? – произнес судьбоносную для самого себя фразу Мининзон и выбежал из смотровой.

Колчин подошел к умирающему. Из того с хрипами выходили последние вздохи дыхания. Вдруг он пришел в себя и посмотрел на Колчина. Его взгляд был полон разума. Шевеля синими губами, он прошептал:

– Не смотри ей в глаза…

После этих слов его голова свалилась набок и извергнула хлопья желтой пены.

Колчин вздрогнул. Эту же фразу произнесла та самая женщина из Никитского, которую он лечил гипнозом.

«Совпадение? Или продолжение истории?» – подумал Колчин, устанавливая на часах время смерти пациента.

Через двадцать минут в смотровую вломилась реанимационная бригада забрать тело, а к концу рабочего дня в кабинет Мининзона без стука вошел мужчина в очках.

Минизон был пьян и чем-то расстроен.

– Вот здесь у меня протокол опроса сотрудников клиники, – доброжелательно произнес мужчина, поправив очки и положив на стол бумаги, – понимаю, Семён Борисович, каждый может ошибиться, но в Вашем случае я бы Вам посоветовал написать заявление по собственному желанию. Лицензии Вас, конечно, лишат, но это лучше, чем уголовное дело.

– Как заявление?! – вознёс костлявые руки к потолку Минизон. – Да вы понимаете, сколько я отдал этой клинике!

– Два года, – кивнул мужчина.

– Я двадцать пять лет в медицине! Я не смогу прожить ни дня без медицины! Я не мыслю себя ни секунды вне медицины! – выл Мининзон, ломая руки.

– Тогда могу предложить Вам почётную должность фельдшера на зоне.

После этих слов Семён Борисович осознал сущность момента и написал заявление.

На следующее утро Колчин был вызван на ковер.

– Анатолий Михайлович, – строго начал профессор и академик Войцеховский, – ситуация складывается так, что мы вынуждены принять меры. Мы пообщались с коллективом, изучили вопрос, как говорится, с ключевой стороны, рассмотрели и Ваш опыт, и Ваши составляющие, в динамике, и вот зачем я Вас вызвал… Я понимаю, что Вы очень заняты сейчас, осень, наплыв пациентов, но не могли бы Вы, если Вам конечно не трудно, в свете произошедших обстоятельств, занять место главного врача Вашей клиники?

Колчин развёл руками и сделал умное лицо.

– Ну, если надо…

– Очень надо, Анатолий Михайлович.

Колчин еще сильнее развел руками и понимающе сдвинул брови.

– Ну вот и хорошо, – нахмурился Войцеховский, – тогда идите в отдел кадров. Приказ на Вас уже подписан.

«Вот тебе и увольнение по статье, – мысленно обрадовался Колчин, – нас голыми руками не возьмешь!»

– Анатолий Михайлович, как же мы за Вас рады! – прочирикала Леночка, когда Колчин вошел в ординаторскую, – как же всех достал Пучеглазый.

– Пусть теперь охранником в Пятёрочке работает, там ему самое место, – весело добавила старшая медсестра.

Колчин сел за свой стол.

– Когда кабинет Пучеглазого займёте? – подмигнула Леночка.

– Мне и здесь хорошо, – ответил Колчин и задумался.

«Главврач – это прекрасно, но сколько прибавится забот. С другой стороны, теперь никто не будет мешать исследованиям. Займусь наукой, подтяну методику, обкатаю».

Его мысли были прерваны приоткрытой дверью. Она издала протяжный скрип, и в ординаторскую робко заглянула девушка неземной красоты.

– О, а вот и наша Настя! – вскочила старшая медсестра, я Вам говорила вчера, новенькая, вместо Орловской.

– Здрасьте, – пропищала девушка, теребя кончик толстой русой косы.

– А это Анатолий Михайлович, наш главврач, – гордо произнесла старшая медсестра.

Колчин мгновенно растерял все мысли. Настя была пределом его мечтаний, видением из его самых сладких снов.

Настя же, увидев Колчина, опустила глазки.

Старшая медсестра сияла от счастья.

Весь день Колчин строил так, чтобы быть там, где должна была появляться Настя. Он старался сохранять важный вид, но напрасно: он пока совершено не ощущал в себе состояние главного врача клиники. Местами он выглядел даже глупо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.