Денис Атякин – Ублюдок (страница 55)

— Путница? — в голосе плескался неподдельный интерес. — С каких это пор вы, учительница, привечаете путников.

— Ни с каких. Если они не ахиро, — серьезно ответила Ирма.

— А они — ахиро? — пробасил голос из старшего Пути.

— Сам посмотри. Принюхайся. Ты же умеешь видеть и чувствовать такое.

Мужчина, находящийся в старшем пути тихо засмеялся.

— Умею. Не разучился. Поэтому и пришел. Почувствовал ее. Наш клиент!

— Наш? — недоверчиво спросила Ирма.

— Точно, — подтвердил голос из Пути. — Каждый, кто идет путем мести — наш. Рано или поздно станет нашим.

— Значит, все-таки, месть, — с сожалением протянула Ирма. — Но спасибо, Цурито. Спасибо, что у тебя есть такой дар. Чутье.

— Странно, что вы, учительница, этого не разглядели в ней. По глазам видно, — сказал мужчина.

— По ее глазам много что видно, — сказала старуха. — Может быть поэтому я и растерялась.

— М-м-м? — протянул Цурито. — Сейчас гляну. Может быть, еще что-то найду.

Из старшего Пути к голове Теккер потянулись черные корявые руки. Будто они горели в огне. Как и их владелец. И обуглились.

Следом за этим движением послышалось сопение, шипение, невнятное бормотание. А потом руки резко отдернулись. Скрылись в Пути.

— Боги, — тихо прошептал Цурито.

— Что, — встрепенулась Ирма. — Что ты увидел?

— Месть. Еще один ахиро, идущий этим путем.

— И он связана с Теккер? — с неподдельным интересом спросила старуха.

— Пока нет, — ответил Цурито. — Но в будущем — да. И я вижу в этом шанс.

— Для кого? — выдохнула старуха.

— Для всех, — раздался голос из Пути. — И для тебя, учительница, в том числе. Кстати, эта девочка предрасположена к Эральд Тэлерор.

— Старший Путь души, — прошептала Ирма. Задумалась. Надолго.

Цурито терпеливо выжидал в старшем Пути. Наконец старуха подняла голову, посмотрела на своего ученика.

— Ну что, — спросил тот, — ты решишься?

— Да, — твердо сказала Ирма. — Ты поможешь?

— Безусловно, — ответил Цурито. — Это даже не обсуждается.

— Тогда жди. Сейчас я все подготовлю, — сказала старуха.

— А ее страж не будет против? — спросил мужчина и указал на сыто щурящегося скорга.

— Нет, — сказала Ирма и погладила зверька. Тот доброжелательно потерся шерсткой об руку старухи и снова улегся на груди Теккер.

— Интересно! — вдруг воскликнул Цурито. — Этот зверек тоже обрел силу!

— Конечно, — улыбнулась старуха. — Теккер его ей наделила.

— Хм, — протянул мужчина. — Не могу определить, что это за мощь такая. Что за талант?

— Любовь, Цурито. Просто любовь. И самопожертвование. Скорг умный. Он впитал это. И ответит девчонке тем же.

Цурито ошарашено замолчал.

— Готовься к ритуалу, — строго сказала Ирма и зашаркала по комнате.

Начала подготавливать все необходимое.

Теккер Ти проснулась с первыми лучами солнца. И тут же почувствовала на своей щеке теплый носки Мокрого. Потом — влажный язык. Зверек принялся лизать девочку. Радостно запрыгал на ее груди. Восторженно запищал.

— Привет, Мокрый, — искренне улыбнулась другу Теккер. — Я тоже очень рада тебя видеть.

И стиснула зверька в объятьях.

— Проснулась? — бодро спросила Ирма. — А я твоего зверька тут покормила между делом. А то худющий. Прямо как ты. Кстати, иди завтракать. Я тут похлебку приготовила.

Девочка встала с лежанки, усадила Мокрого себе на плечо и уселась за стол. Начала есть горячий суп. И в очередной раз удивилась кулинарному мастерству Ирмы. Вроде ничего особенного. Похлебка. Овощи, кусочки мяса и приправа. Но так вкусно! И, главное, питательно. Теккер Ти прямо чувствовала, как с каждой проглоченной ложкой тело наполняется силой, бодростью. И, почему-то, энергией Ву.

Закончив с похлебкой, девочка улыбнулась. Вежливо поблагодарила Ирму. Сложила руки на столе и тихо сказала:

— Спасибо вам еще раз. За все! Но мне уже пора.

— Что ж, — всплеснула руками старуха. — Я так и подумала. Что ты уйдешь. Не задержишься тут. Поэтому собрала для тебя припасы в дорогу.

Ирма вытащила из-под стола увесистый заплечный мешок. Протянула его Теккер и напутственно сказала:

— И не убирай далеко свои кинжалы. Отцовский меч. Все держи при себе. Ты встретишь на своем пути еще много разных людей. Но большинство из них не будет дружелюбным. Хорошо, если просто безразличным. Многие из них поведут себя как те охотники. Другие — еще хуже. Запомни еще и вот что: самый опасный монстр — человек.

Теккер Ти испуганно уставилась на Ирму. Однако кивнула.

— Ну, и куда же ты пойдешь? — спросила старуха.

— А что ближе всего от вашего дома? — поинтересовалась Теккер.

— Ничего, — с легким смешком ответила Ирма. — Вокруг на многие десятки лиг бескрайняя пустыня. И ничего. Ну а если серьезно, то ближайшее поселение — Дорхейм. Точнее это город, а не поселение. Огромный город. Самый величайший из всех, что я видела.

— Я знаю, что такое Дорхейм, — с улыбкой ответила Теккер Ти. — Мама и папа рассказывали мне о нем. У них есть там друзья. Туда я и направлюсь. Разыщу их. Они мне помогут. Уверена.

— Что ж, это твое решение. Я лишь могу пожелать тебе доброго пути, — сказала старуха. — И удачи. Она тебе пригодится. Иди всегда на восток. Чтобы солнце вставало перед твоим лицом, а заходило четко позади тебя. И тогда выйдешь прямо к Дорхейму.

— Спасибо, — еще раз поблагодарила девочка.

Встала из-за стола, и направился к выходу. Ирма заковыляла следом.

Уже на улице Теккер обернулась, крикнула старухе:

— Прощайте, — и помахала рукой.

— До-свиданья, — прошептала Ирма. — До-свиданья… душа моя.

Девочка ушла в пустыню. И чем больше она отдалялась от жилья старухи, тем хуже становилось Ирме. Она прямо на глазах слабела. С каждым часом все больше сгорбливалась. Иссыхала.

А спустя три дня после ухода Теккер Ти Ирма просто умерла.

За недели пути Текке Ти снова истратила все свои запасы. Точнее те, что дала старая Ирма. И еда, и вода закончились. Быстро. Ведь теперь приходилось заботиться еще и о Мокром.

Девочка наловчилась охотится. На мелкую живность и насекомых. И этого еле-еле хватало, чтобы поддерживать быстро уходящие силы.

Через три недели пути скорг сам стал выходить на охоту. Сначала получалось плохо, но потом пошло чуточку лучше. Он ловил крупных жуков и мелких скорпионов. Иногда находил змеиные кладки в горячем песке и разорял их. Мокрый рос. И рос на удивление быстро.

По вечерам они играли. А потом ложились спасть. И уже не так часто горевали о потерянных родителях. Меньше плакали.

И все бы ничего, но запасы закончились. Ужасно хотелось пить и есть. И пить — сильнее всего на свете. Вот только Теккер Ти не унывала. Не в этот раз. Ведь она уже слышала неясный гул, мерный рокот. Громыхание. И в такт ему колотилось сердце в груди девочки.

«Дорхейм! — думала она. — Город уже близко».