Денис Атякин – Ублюдок (страница 42)

— Хорошо, — кивнул капитан. — Я хочу пообщаться с ними лично. Сейчас. Прямо перед выходом.

— Не проблема, — расплылся в подобострастной улыбке староста. — Идемте.

Киро остался висеть один. Вокруг абсолютно никого не было. Солдаты собирали свои вещи и укладывали их в повозки. Разбирали шатер капитана. Суетились и хлопотали по мелким бытовым делам.

Солнце вышло из-за горизонта. Из домов потянулись деревенские. И все как один с интересом смотрели на сооружение в центре площади. Подходили, смотрели. Обнаружив там Киро, бросали презрительные и осудительные взгляды. Шли по своим делам.

«Осуждайте, — думал подросток. — Мне плевать. Дети некоторых из вас тоже служат захватчикам».

Киро понимал, почему его всегда презирали и презирают сейчас. У него нет родителей. Он безродный. А фамилия, принадлежность к роду, любому, значила в этом мире многое. Конечно, чем сильнее и могущественнее род, тем лучше. Тем больше уважения к его членам. Тем больше дорог им открыто. Но даже в таких деревнях как эта род значил многое. Путь тут не было знатных, богатых или ахиро. Но все же. Дядя Шамир рассказывал ему об этом. В селениях покрупнее это было выражено еще ярче. А в больших города и вовсе существовали родовые кланы. Киро смутно представлял себе, что это такое, а дядя не вдавался в детали. Откладывал этот разговор на потом. Не вышло. Шамир погиб. И подросток остался без учителя, без информации.

Так же деревенские ненавидели его за то, что он странный. Не нужны им были странности. Всякие непонятные штуковины. Да, Киро был необычный. Непонятный им. Опасный. А то, что люди не могли понять, объяснить — ненавидели. Для них существовал только привычный уклад жизни. И молитвы Богам. Все странности не для них. Они лишь раздражают, приводят в ярость.

Киро понимал это. Но простить не мог. И забыть.

Тем временем солдаты закончили сборы. Потянулись к повозками и начали выстраиваться в походные ряды. Вернулся капитан Отакаши, а вместе с ним — староста и двое проводников.

— Выдвигаемся! — рявкнул капитан. — В путь!

Первым пошел большой отряда авангарда. Следом телеги с провиантом. С боков — прикрывают лучники и тяжеловооруженные воины. Следом походная кухня, отряды охотников и остальных, кто поддерживал быт во взводах.

Сержант приказал нести раму с распятым на ней Киро его сверстникам. Подростки не роптали подхватили деревянную конструкцию и двинулись следом за походной кухней. Киро посмотрел на подростков и не увидел в их лицах и следа недовольства. Наоборот. Они улыбались. Сверстники были полны сил и бодры.

Зелья! Ну конечно. У них же были ампулы с зельями усиления, ускорения и восстановления. Киро лично раздавал их подросткам. И теперь они пригодились как нельзя кстати.

Юноши-новобранцы без устали тащили распятие практически до самого полудня и лишь чуть-чуть взмокли. Потом сменились. Однако Киро понимал, что это лишь сегодня все так гладко идет. Скоро зелья кончатся, и им придется туго. А тащить нужно сегодня до вечера и еще два дня. Боги, лишь бы сверстники экономно расходовали зелья. Подросток думал лишь об этом.

Отряд двигался по проторенной дороге. Ее набили деревенские. Слева и справа — поля. За ними, уже близко, лес. Но пока шли быстро. Тракт был широкий. Накатанный сотнями колес, не одну тысячу раз проехавшими тут. По этой дороге селяне подвозили урожай. Тянули заготовленный на зиму лес.

После полудня войско миновало поля. И остановилось на привал у самой кромки леса. Сверстники поставили рамку с распятым на ней Киро и повалились отдыхать. А юноша держался. Не смотря на затекшие уже руки и ноги. Усталость еще не подобралась. Солнце не напекло голову. Сказывался уровень Развития подростка. Он легче остальных переносил нагрузки. Легче тех, кто не имел таланта.

Подошел капитан Отакаши. Осмотрел юношу. Покачал головой и скомандовал:

— Розг ему! Пока одного удара хватит. Ты, да-да, здоровяк, ударь!

Отакаши выбрал дюжего солдата, выдал ему розгу и отошел в сторону. Здоровяк несмело осмотрелся, виновато гляну на Киро, мол, это лишь приказ, и зашел за спину. Замахнулся.

— Бей что есть силы! — скомандовал капитан. — Если схалтуришь, то и сам получишь. Лично бить буду!

Солдат вздрогнул, сжался от страха. Ему не хотелось получать взбучку от мощного ахиро. Тогда он размахнулся и от души ударил Киро по спине. Рассек легкую рубаху. И оставил глубокий кровавый след на плоти.

Киро даже не дернулся. Не вскрикнул Ни один мускул не дрогнул на его лице. Юноша давным-давно привык к розгам. Да и уровень Развития помогал быть более стойким к боли.

Капитан Отакаши удивленно посмотрел на Киро. Подошел сзади и осмотрел рану от розги. Потом разорвал рубаху на спине. Присвистнул и сказал:

— Да у него тут целый рисунок из шрамов. Видимо, тебе часто приходилось получать нагоняй, а, Киро Ублюдок?

— Так точно! — браво гаркнул Киро. Он специально это сделал. Голос бодрый и услужливый.

Отакаши гневно сверкнул глазами и приказал:

— Еще удар! Не халтурь!

Солдат хлестнул еще раз. Вложил в удар всю свою силу. И Киро почувствовал боль. Но сдержался, снова не подал вида.

— Хорошо, — кивнул капитан. Видно было, что он не удовлетворен этим, но сдерживается. — Так будет каждый день твоего наказания.

И ушел. Солдаты отдохнули и подкрепились. Быстро снялись с места и отправились дальше. Киро никто не накормил. Не принес воды.

Вскоре войско вошло в лес и снова замедлилось. Тут дорога была намного уже. Продвижению так же мешали ветки, кусты и низкие лапы елей. К вечеру они продвинулись в глубь лишь на пять лиг. Совсем немного. Однако Киро был доволен. В лесу было прохладнее. Солнце не так пекло. Его лучи с трудом пробивались сквозь густые кроны деревьев. Благодать.

— Остановка! — скомандовал капитан Отакаши. — Лагерь разобьем здесь.

И принялся раздавать приказы. Солдаты засуетились. Принялись налаживать временный быт. Всего на одну ночь. Палатки не выставляли. Лишь шатер для капитана организовали. В остальном уже как обычно. Костры, полевая кухня, охранение, дозорные патрули. Лишь рама с распятием выделялась на общем фоне привычных вещей.

К вечеру Киро покормили. Дали кусок вяленого мяса, корень соченя и кружку воды. Подросток съел все, что дали. Энергия сейчас нужна. Любая. Для тела — особенно. Ведь для Источника ее было с избытком. Пока.

А ночью, когда все уснули, к Киро украдкой пришли сверстники. Они подгадали, когда дозорный патруль уйдет, и выбрались из густых кустов. Выстроились перед ним и сказали:

— Ублюдок, мы тебе зелье принесли. Восстанови силы.

Киро с удивлением посмотрел на подростков. Те искренне улыбались ему.

— Спасибо, парни, но не нужно, — сказал Киро. — Я пока хорошо себя чувствую. Приберегите зелье для себя. Вам еще два дня меня тащить. Каждая ампула пригодится.

— Ты точно нормально? — спросил один из сверстников.

— Точно, — ответил Киро. — Спасибо. Идите спать, пока не застукали.

И тут произошло вовсе нечто необычное. Подростки, улыбаясь, хлопали Киро по ногам, рукам. Кто до чего мог дотянуться.

— Молодец!

— Спасибо тебе за сержанта Нуратаси!

— Круто ты ему руку сломал!

— Киро Ублюдок…

— Крутой!

— Уделал этого сержанта, как сопляка.

Да, видимо не только Киро не любил сержанта.

Сверстники наперебой высказывали благодарности Киро. А он не знал, что ответить. Да, наверное, ничего отвечать и не надо было. Что он и сделал. Просто промолчал.

Ребята быстро ушли. Так же незаметно, как и проникли к распятию. Киро улыбнулся своим мыслям: план сработал. Он смог расположить сверстников к себе. Хорошо. И с этими мыслями юноша уснул. А в эту ночь ему приснился сон.

Лес. Вытоптанная солдатами поляна. Шатер капитана Отакаши. Рама с распятием, к которой он был привязан. И кто-то ходит вокруг. Фигура будто бы знакомая. Черный плащ поверх. Очень странный плащ. Он будто бы жил своей жизнью. Плавно перетекал, изменялся и сливался с окружающей ночью. Незнакомец ходил вокруг, и, казалось, смотрел — все ли в порядке. Он ловко обходил дозорные патрули, прятался во тьме. К Киро он близко не подходил. Наблюдал со стороны. И подросток не смог увидеть его лицо.

Глава 18

Тонкая грань

— Как скоро? — спросил сержант Нарикато и сбился. Дыхание перехватило. — Как скоро они будут здесь? По вашим оценкам.

Разведчик задумался. Поскреб заросшее черной щетиной лицо. Пошевелил губами, прикидывая что-то в уме, и сказал:

— Часов через пять. Не позже. Но и не раньше. Отряд у них большой. Скорее даже небольшая армия. Двести человек. Они идут не быстро. Слишком неповоротливы. Не мобильны. Не то, что мы.

— Не переоценивай, — отрезал Нарикато. — Ни нас, ни их. Ты не знаешь врага. Ни разу с ним не сражался.

— По нашим наблюдениям их командиры не слишком опытны, — возразил разведчик. — Слишком долго проводят построение и расстановку отрядов в боевой порядок. Поэтому я и говорю, что они медлительны и неповоротливы. Если бы иначе, то они добрались бы до нас часа за два-три.

— Я тебя услышал, — кивнул сержант Нарикато и устало откинулся на щербатую стену аванпоста. Прикрыл глаза, задумался.

В ночной схватке он потерял десятерых бойцов. Их трупы лежат недалеко отсюда. В общей куче. Еще один — бесследно пропал. Мибаро. Но от него и толку как от бойца было не много. Так что не страшно. Не такая важная единица в отряде.