Денис Атякин – Наследник шипов (страница 46)

Отто не ответил, лишь отмахнулся. Странно, но головорезы восприняли его должность наставника как кличку. Так и закрепилось, и что бы ни делал Отто, Шипы не желали звать его по–другому.

Я не реагировал на перепалку бойцов и, сконцентрировавшись на себе, медитировал. Необходимо было восстановить Чейн и энергию Воли, которую я без остатка потратил у заставы. Теперь, когда я был относительно спокоен, энергия текла в средоточие медленно. Слишком медленно, но даже это не омрачило мое настроение, ведь третья точка Воли увеличилась, засияла ярче и начала активно пульсировать. А еще народилась вторая обычная точка и даже успела чуть–чуть разрастись. Еще немного, и внутри сформируются три первых узла, необходимых для перехода на вторую ступень развития. И это воодушевляло больше всего прочего. Хотя оставленный на заставе знак и стяг клана Лэйн грел душу не меньше.

Пока все шло так, как я и задумал! Искра переродилась в пламя, и пожар, который вот–вот вспыхнет, лишь дело времени.

После захвата и разграбления заставы, мы быстро двинулись дальше и сразу после полуночи наткнулись на небольшое поселение. В этом я был согласен со Жгутом: впереди была деревня, а не очередной сторожевой аванпост. Даже отсюда при лунном свете были видны возделанные поля.

Я еще раз окинул средоточия, каналы и точки внутренним взором, и, удовлетворившись увиденным, покинул состояние медитации. Медленно открыл глаза и сказал:

— Жгут прав: впереди — деревня. И мы не пройдем мимо.

— Да! — воодушевленно вскрикнул Гок и победно воздел руки к небу. — Шип — лучший командир. Золото и припасы сами липнут к нему! Удачливый ублюдок!

— Рано радуешься, Гок, — усмехнувшись, сказал я. — Утром привала не будет. И вечером тоже. В ближайшие пару дней поспать вообще не получится.

— Ради наживы я готов на все! — сверкнул глазами головорез. — А уж если в деревне доведется оприходовать пару–тройку местных красоток, то я буду готов к любым подвигам.

— Ловлю на слове, — я щелкнул пальцами и улыбнулся Шипу.

— О, ты даже представить себе не можешь, какие бабы в этих краях, — мечтательно закатил глаза Йен Топляк. — Кровь с молоком! Ух! Бывает, и фигурка что надо, и сиськи в обе руки не уберутся.

— Не трави душу… — облизнулся Жгут. — А то не усижу на месте–то.

— Сначала — дело! — отрезал я. — Грабежи и убийства. И только потом — развлечения. Если деревня большая, баб на всех хватит.

— Командир дело говорит, — согласился со мной Дарэл. — Не вздумайте терять голову. Не хватало, чтобы глупые крестьяне проткнули кого–то из вас вилами.

— Именно, — кивнул я. — В остальном… Вы сами знаете, что делать. Забирайте все самое ценное, берите как можно больше еды. А еще нам нужны лошади или быки и повозки. Все ясно?

Шипы молча кивнули.

— Тогда — вперед! — приказал я. — И тихо. Йен Топляк и Жгут — ведущие. Гок прикрывает. Дарэл, по пятерке лучников с флангов. Остальные — в строгом порядке. Рев, прикрываешь тыл. Мы с Наставником сразу за Гоком. Выдвинулись!

Я не стал менять совсем недавно сложившуюся традицию и использовал «Наставник» в качестве клички для Отто. Тот не был против.

Мы все низко пригнулись к земле и заскользили вперед среди густой травы. Вскоре добрались до поля и, вытаптывая урожай, устремились к окраине деревни.

В поселении было тихо. Около тридцати домов, и ни в одном из них не горел свет, да и на улицах никого. По крайней мере, на подходе мы не встретили ни одной живой души. Засели в ближайших вишневых кустах и осмотрелись. Именно в этот самый момент забрехал первый деревенский пес.

— Трахни их Пустота! — пробасил Рев. — Ублюдские псины, они нам все дело испортят.

Лай донесся и из другого конца деревни. К нему подключились еще несколько собак, и уже через десяток ударов сердца брехали все деревенские псы.

Я сжал зубы и прикрыл глаза, но противиться всколыхнувшемуся гневу уже не было смысла. Я полностью отдался ему, позволил перерасти в ярость и с наслаждением почувствовал, как Чейн тугими струями потекла по энергетическим каналам к средоточию. Мой первый и пока единственный узел очистил энергию и принялся усиленно разгонять ее по телу. Напитал ей все точки, каждую клетку, каждый мускул и сустав.

— Вперед, — тихо сказал я и махнул рукой в сторону деревни.

Шипы сорвались с места и ринулись в поселение. В ближайших домах загорелся тусклый свет — зажгли лучины, свечи или масляные лампы. Неистово забрехали псы. Шипы не обращали на это внимания, не сдерживали себя. Они врывались в дома, выбивали двери амбаров, сараев, складов и каких–то хибар, похожих на подсобные помещения. Вламывались во дворы, выводили и резали скотину.

Мои головорезы действовали подобно урагану. Отточенные движения, никакой лишней суеты, все по делу. Ими двигала единственная цель и мотивация — жажда наживы. Они работали быстро и слаженно.

Я с восхищением наблюдал, как они выволакивают заспанных крестьян из домов, как вспарывают глотки сопротивляющимся мужчинам, старикам и детям, как наполняют мешки и сумки добром, как выкатывают на улицы телеги.

— Пора и нам повеселиться, — хищно ухмыльнулся я и махнул рукой Наставнику и Дарэлу. — За мной!

Те без лишних слов заспешили следом. Я не задержался на окраине, оставив ее Шипам. Метнулся дальше. На соседней улице так же орудовали мои головорезы, и я не стал мешать им. Заспешил дальше. Моей целью была рыба пожирнее. Впереди высился самый большой и богатый дом из всех. Чутье подсказывало мне, что там живет староста или кто–то вроде того. Не знаю, как заведено называть таких людей в этих землях.

Внезапная мысль пришла мне в голову, и я остановился. Оглянулся на ближайших Шипов. Увидел в руках одного из бойцов факел. Забрал его и помчался дальше.

У дома старосты уже наметилось какое–то движение. Я рыкнул и ускорился. Дарэл и Наставник не отстали: мчались рядом, прикрывая меня с флангов. Я размахнулся и закинул факела на крышу дома, стоящего рядом с домом старосты. Через десяток ударов сердца от соломенной крыши повалил дым, а потом вспыхнуло пламя.

— Поджигайте! — выкрикнул я приказ и заспешил дальше, а в следующее мгновение остановился.

Впереди показался отряд крестьян. Человек пятьдесят или около того. Вилы, серпы, косы, мотыги и лопаты. Вот и все их вооружение. Ни одного меча или копья. Ни одного воина или лучника. Возглавлял ополченцев низкорослый коренастый старик в одной рубахе и простых штанах. Рядом с ним был как две капли воды похожий парень. Видимо сын.

Я оглянулся назад, удовлетворенно отметил, что Шипы подожгли уже несколько домов, и вскинул кулак к небу. Мои головорезы замерли, не бросились в атаку на крестьян.

— Сложите оружие, — громко сказал я, обращаясь к старосте, — и уходите. Мы лишь заберем все самое ценное, а вас не будем преследовать.

Староста с вызовом посмотрел мне в глаза и яростью крикнул:

— Катитесь отсюда, Лэйновские выблядки! Это наша земля, и это наши дома, мы не отдадим вам ничего, твари!

Он харкнул себе под ноги, а я выдержал его тяжелый взгляд, поправил форму, которую мы сняли с бойцов моего папаши в том лесу и спросил:

— Ты здесь главный?

Тишина.

— Хорошо. И как твое имя?

— А кто спрашивает? — вопросом на вопрос ответил староста.

— Лэйновский выблядок, — сказал я и мерзко захохотал. Решил, что оставлю этого старикашку в живых. Он пригодится и сыграет еще свою роль. — Уходите, и останетесь живы.

Староста засмеялся. Весело и задорно, только глаза остались серьезными и цепко наблюдали за мной. Отсмеявшись, старик сказал:

— И этот ребенок вздумал угрожать нам?! А, мужики?

— Этот ребенок раздавит вас как мандавошек, — из–за спины донесся знакомый бас. — А потом скормит ваши трупы вашим же псам.

Загудел воздух от раскручиваемого молота. По выражению лиц крестьян я понял, что Рев подоспел не один. Обернулся и увидел рядом с ним Гока, Жгута и Топляка. За их спинами маячили еще несколько мечников.

— Я последний раз предлагаю вам уйти, — растягивая слова, сказал я.

— Пососи мой старый хрен, — прорычал староста и рявкнул приказ: — Вперед, мужики!

Крестьяне взревели и бросились в атаку.

Идиоты.

Техника «Глубокий порез», а следом за ней «Таранный удар» сорвались с моего меча и уничтожили разом около десятка деревенских. Взревел Гиллан и, вращая молотом, врезался в толпу крестьян. Он так же активно использовал техники, оголовок его страшного оружия сверкал золотистыми молниями, и с каждым ударом к ночному небу взмывали крики боли и ужаса.

Следом за гигантом в толпу врезались Йен, Гок и Жгут. Лучшие мечники моего отряда за пару ударов сердца выкосили первый ряд беспорядочного строя крестьян и ринулись дальше. А я услышал за своей спиной рев десятка глоток Шипов. Они быстро проскочили мимо и набросились на противников. Засверкали техники, зазвенела сталь, заголосили умирающие крестьяне.

Я их предупреждал, но они сами выбрали свою участь, так что моей вины в этом нет. Все честно.

За спиной разгоралось зарево пожаров. Голосили люди, орал скот, плакали дети. Я обернулся и залюбовался тем, как пламя с треском пожирает умирающий мирок.

Эта деревушка — разменная монета, и таких на моем пути будет еще много. Вот только… мне плевать. Это не мое дело. Пусть теперь папаша разбирается с пожарами. Это ж его люди напали первыми и объявили войну клану Бриглз. Во всяком случае, стяг с эмблемой клана Лэйн теперь развевается на земле Бриглзов.