Денис Атякин – Наследник шипов (страница 48)
Гнев устремился к груди, перерос в ярость и затопил меня.
Забыть, растоптать, избавиться. Убить! Выдрать Кассию из головы и из сердца!
Не вышло.
Тогда я с неистовой ярость принялся трахать Эйну. Та закричала. Закричала по–настоящему. От необузданной похоти, унижения, боли и дикой страсти. Все это я чувствовал в ней. А потом кончил прям в женщину.
Сделал шаг назад и чуть не упал. Ослабшие ноги подвели, стали мягкими и подогнулись. Шипы захохотали и принялись поздравлять меня. А потом начали по очереди трахать Эйну и щедро награждать ее своим семенем.
Я уселся прямо в грязь, перевел дух и посмотрел на старосту. Тот скорбно глядел в небо. Он не плакал и не молил никого ни о чем. Я посчитал его достойным человеком, но не потому, что так и было на самом деле, а из–за хорошего настроения. Ведь секс с этой прекрасной женщиной мне понравился. Не зря мы наведались в деревню!
Шипы тем временем продолжали трахать Эйну. Она несколько раз подряд кончила и не переставала делать этого и теперь. Вскоре у нее не осталось сил кричать от новых оргазмов, и она лишь тихо стонала и тряслась всем телом. Облизывала губы и закатывала глаза, за что получала новые порции семени.
Я перевел взгляд на мужа Эйны и понял, что он сошел с ума. Парень сидел в грязи, пускал слюни и бормотал что–то бессвязное.
Когда все бойцы побывали в женщине, я приказал им складывать награбленное добро в повозки и запрягать в них лошадей и быков. Шипы бросились исполнять мой приказ. Я поднялся с земли, перешагнул бьющуюся в конвульсиях множественных оргазмов Эйну и направился к ближайшему трупу. Подтащил тело крестьянина к дому старосты, вымазал руки в крови и принялся рисовать на стене эмблему клана Лэйн.
Закончил рисунок, обернулся к старосте и сказал:
— Привет от Лэйнов. Теперь так будет с каждым. Если сотрешь этот рисунок, то мы вернемся и отрубим тебе руки.
Староста ничего не ответил. Теперь, когда он понял, с кем столкнулся, ему захотелось жить. Он спрятал взгляд и сжался в комок. Его сын лежал рядом, плакал и смотрел в светлеющее небо.
— Уходим, парни! — крикнул я. — У нас еще много дел. Пошевеливайтесь!
Я осмотрелся и остался доволен. Мой план запущен в действие. Теперь остается только ждать и действовать дальше.
Глава 20. Вторая ступень
— Я женюсь на ней! — в очередной раз заявил Гок. — И мне плевать, что вы на это скажете. Она — прекрасная женщина!
Топляк захохотал и поперхнулся. Во все стороны полетели крошки сыра и свежего хлеба. Головорез кое–как откашлялся, просмеялся, вытер проступившие слезы и сказал:
— Замечательная, кто же спорит?! Одни только ее отсосы чего стоят! Парни не дадут соврать, правда, ведь?
Шипы загоготали, закивали головами. Голая, напуганная женщина отползла назад и спряталась под повозку. Гок нахмурился и настырно сказал:
— Все равно женюсь…
Я выкинул обглоданную кость, отложил в сторону свежие овощи, вытер жир с губ и сказал:
— Не думаю, что мы найдем где–то подходящий наряд для такого случая. Да и твоя женщина… Выходить замуж голышом не лучшая идея.
Снова задорный смех.
— Мы проведем свой обряд! — не унимался Гок. — Мы же Шипы! У нас все свое. И обычаи, и традиции будут другими. Мы поженимся в открытом поле, а ты, командир, благословишь нас. Произнесешь напутственную речь…
— Боюсь, что не знаю слов, — отмахнулся я.
— И не надо, — заверил меня Гок. — Скажешь, как считаешь нужным. Потом поднесешь нам свой меч, и мы поклянемся на нем в верности друг другу. Поцелуем клинок и станем жить счастливо.
— Ты так легко променяешь вольную жизнь на женщину? — еле сдерживаясь, чтобы не засмеяться, спросил Дарэл.
— Она тоже будет грабить и убивать вместе со мной. Я научу ее всему! — выпалил Гок.
— Идиот, — с тяжким вздохом пробормотал Жгут.
Женщина, прячущаяся под телегой, округлила глаза и тихо заскулила.
Гок вскочил со своего места, окинул нас всех ненавидящим взглядом и выкрикнул:
— Если кто–то против — выходите вперед! Нас рассудят мечи!
— Грань всемогущая, — простонал я. — Просто убей ее и все. В чем проблема?
Гок выдохнул и сник. Его плечи опустились, кончик клинка коснулся земли. Он думал, что я, как командир, поддержу его, но этого не произошло. Головорез развернулся и обреченно поплелся к повозке. Женщина заверещала, понимая, что ей осталось жить всего несколько мгновений. Гок неторопливо вытащил ее из–под повозки, поцеловал в губы и перерезал ей горло. Женщина булькнула, задергалась и затихла.
Я удовлетворенно кивнул и снова принялся за еду. Свежие сочные овощи были очень вкусными, а копченое мясо пахло так ароматно и само таяло во рту, что хотелось есть, есть и есть. Все–таки эти крестьяне знают толк в еде. Или же это мы так сильно оголодали? Не суть. Во всяком случае, я быстро отвык от шикарных блюд, что подавали в поместье моего отца и смирился со скудными припасами, которые нам доводилось употреблять. И теперь копченое мясо и свежие овощи казались пиршеством.
Странно, но я вообще очень быстро привык ко всем тяготам и лишениям. Сон на голой земле под открытым небом, дождь, зной, вездесущие насекомые, длительные дневные переходы, вонь немытого тела, кровь, жестокость и насилие. Все это не вызывало дискомфорт. По сравнению с той болью, что доставляли мне шипы роз, это выглядело мелким и незначительным. Не проблемы, а сущие недоразумения, на которые даже внимания обращать не хотелось.
Меня волновали лишь клятвы, текущие цели и список имен, который я превратил в повседневную мантру. Ни одно еще не было вычеркнуто, а мой план — приведен в действие и функционирует.
Уже четвертые сутки мы двигались на юг по землям клана Бриглз вдоль самой границы. На своем пути мы разорили еще три деревни, убили бессчетное количество ни в чем не повинных крестьян. Присвоили их припасы, золото, ценные вещи и скот для дальнейшего пропитания. А еще мы забрали их женщин. Сделали их своими рабынями и развлекались с ними на привалах и темными ночами, когда было грустно так, что хоть волком вой. Мы трахали их, пока те не теряли сознания, а потом убивали. Нам не нужны были лишние рты, а припасов едва–едва хватало для моих головорезов. Кормить женщин нам было нечем, поэтому я принял решение избавляться от них и озвучил данный приказ отряду. Всем было плевать. Один только Гок вознамерился жениться на подпорченной крестьяночке, но в итоге убил пару минут назад, как и многих других.
Еще я заметил, что после секса становиться лень хоть что–то делать. Хочется просто полежать и отдохнуть. Неприятный факт, но от этого никуда не деться. Как и от глаза Кассии… Лицо девушки появлялось перед моим внутренним взором всякий раз, как только я входил в очередную женщину. Ну, или кончал в нее. Кассия, как и прежде, смотрела по–доброму, с нежностью и улыбкой, всепрощением и пониманием. А еще — жалостью. И от этого взгляда шипы роз разрывали мое сердце, заставляли его биться чаще.
Забыть, растоптать… Убить!
Вот только от этих мыслей всегда дрожали руки, а нутро сжималось, становилось холодным.
Я мысленно вернулся к событиям последних двух дней. После удачных грабежей и разбоев, новые поселения, что мы встречали на своем пути, оказывались пустыми. Ни крестьян, ни ценностей, ни припасов, ни скота. Местные в спешке покидали свои насиженные места и сбегали ближе к крупным городам. Да, слух об отряде Лэйнов разошелся по округе, в этом не было никаких сомнений!
Еще в одной из деревень, мы слышали, что Бриглзы нашли мои знаки и перешли границу кланов. Напали на несколько деревень и тем самым объявили войну клану Лэйн и лично моему папаше. Кровь за кровь! Таковы обычаи.
Говорили, что мой горячо любимый родитель жестко отреагировал на агрессию, но Бриглзов было не удержать. Их терпению пришел конец. Бесчинства отряда в форме клана Лэйн стали последней каплей. Зря папаша прежде обошелся с ними так плохо и несправедливо оттяпал жирный кусок земель у клана Бриглз. Может сейчас получилось бы договориться, кто знает?!
Этот факт несказанно воодушевил меня и вдохновил на новые свершения. Ведь все шло именно так, как я задумал! План отлично работал. Вот только долго радоваться не получилось: я прекрасно понимал, что по нашему следу так же выслали карательный отряд. Об этом говорили и местные крестьяне, когда угрожали нам. Потом они, конечно же, плакали и умоляли о пощаде, но нам на это было плевать. Отряд, преследующий нас, назад не повернет и не отступит, а мы наследили изрядно, поэтому найти нас не составит труда. Это лишь дело времени. Надеюсь, что разгоревшаяся война и суматоха вокруг нее дадут нам фору, и мы успеем ускользнуть из вражеских земель прежде, чем Бриглзы подступят к нам на расстояние ближе, чем один дневной переход.
Я доел овощи, но медитировать не стал, на полный желудок — бесполезно. Вместо этого скользнул внутренним взором в себя и с удовлетворением осмотрел занимательную картину. Четыре полных узла красовались на энергетических каналах. Последние два сформировались во время наших разбоев и схваток с крестьянами. А в одной из деревень оказался небольшой отряд опытных воинов. Пришлось изрядно попотеть, чтобы забрать из поселения все ценное.