Денис Алимов – Транзит через гору Оэ (страница 2)

Он не был железнодорожником, поэтому проблемы железной дороги не входили в его сферу интересов. Но весточку в соответствующие инстанции, как-никак ситуация вырисовывалась достаточно необычной, послать решил. Единственное, только прямиком из дома он не смог бы связаться с нужными службами, потому как дома средств связи Ной не держал. Но скоро должна была приехать Нина, у которой водился свой телефон.

Возвращаясь, он заметил на склоне несколько мальчишек. Те, похоже, спускались с вершины. Дети, в отличие от взрослых, на гору лазали. Им нипочем были странные рассказы про это место, а может, наоборот, как раз из-за них они туда и забирались. Так или иначе, те ребята шли сверху и могли видеть, чего такого случилось с поездом. Ной окликнул их, но его голос потерялся среди просторов и остался неуслышанным. Тогда он решил дождаться их внизу: судя про траектории, направлялись они прямиком на него.

Но они внезапно остановились, заозирались по сторонам и, все также не замечая стоявшего на пыльной дороге взрослого, ринулись обратно наверх. Ной опять кричал им, и они с такого расстояния определенно должны были услышать его, но ребята не проявили к его крикам никакого интереса, продолжая подъем.

Однако по такому поводу Ной не сильно расстроился, ведь он успел разглядеть замыкавшего процессию парня и узнал в нем сына Нины, который проживал в одном с ним доме, и по возвращении можно было его опросить. Мать, правда, не одобряла его походы на гору, и может, именно по данной причине он и делал вид, что не слышит Ноя.

Так или иначе, решив, что совсем скоро он наконец-то поймет, чего же такого приключилось с поездом, Ной со спокойным сердцем двинулся к себе. Возвратившись в комнату, он улегся обратно на скрипучую койку и вернулся к безучастному созерцанию потолка. Скоро должны были прийти либо Нина, либо Егор.

Сама история их появления в его доме была необычной. Произошло это в том году. К тому моменту сам он жил третий год один, бирюком. Впрочем, одиночество ни капли не смущало, и такой образ жизни, казалось, был уготован до самой смерти. И вот в один из дней, когда Ной выбрался в близлежащий поселок за продуктами, ему повстречалась миловидная девушка, ни с того ни с сего начавшая расспрашивать его о себе. Как позже выяснилось, Нина раньше жила в том поселке, затем уезжала на большую землю в погоне за вечно ускользающим счастьем, но разочаровалась и вернулась в родные края.

Девушкой она, несмотря на жизненные неурядицы, была общительной и приветливой. И доброй. Ной толком так и не понял, чем он ей угодил, но Нина приметила его, и они начали общаться. Сначала это были короткие разговорчики, пока он закупался продуктами, следом она спрашивала, когда он планировал вновь явиться, и неизменно каждый раз встречала его на центральной площади.

Егор появился чуть позже. Парень был еще довольно малых лет, едва-едва входя в подростковый возраст. И он не являлся Нине сыном, как многие думали. Это был сын ее брата, который неожиданно исчез вместе со своей женой, да так и не нашелся. Она же взяла племянника себе на воспитание и относилась к нему, как к сыну.

В целом Егор являлся совершенно обычным ребенком, но временами мог показать и характер. В принципе, это было и не удивительно, поскольку, по словам Нины, его родной отец отличался крутым нравом, из-за которого, вполне возможно, и канул в небытие.

Как бы то ни было, так случилось, что одним днем эта парочка переехала в его, Ноев, дом. Жилось нормально, грех жаловаться. По первому времени Ной иногда ловил себя на непривычных ощущениях, однако быстро свыкся с ними. Люди вообще умели приспосабливаться ко многому. Вот и Ной ко всему привык. Кроме разве что ночных кошмаров, иногда мучавших его. Но пока он валялся на койке, почти в самой сердцевине летнего дня, они казались далекими и такими призрачными.

Прошел час или два. В комнату залетела большая жирная муха, принявшаяся маячить под потолком. Мух, как ранее упоминалось, Ной не любил. Вот только эта была какой-то странной, и он, заинтересовавшись, не стал сразу убивать ее. Вместо этого он взялся следить за маневрами надоедливого насекомого. Черная клякса вилась прямо над ним. Жужжала она как-то нехорошо, и невозможно было сказать, в чем именно выражались отличия, но они, без сомнения, имелись.

Нарезая круги, муха по спирали спускалась все ниже и ниже. Движения ее были на удивление отточенными и правильными. А когда насекомое спустилось совсем низко, Ной вдруг понял, почему оно показалось ему необычными – муха летала не как обычные мухи, а скорее напоминала своими движениями колибри.

Но изучение странных повадок непрошенной гостьи пришлось прервать – в коридоре едва слышно лязгнула дверь, а это значило, что кто-то пришел. Ной, отогнав рукой муху и пообещав самому себе ее чуть позже прихлопнуть, пошел встречать гостя. В прихожей, однако, он никого не обнаружил. Нина точно бы дала о себе знать, поэтому оставался только Егор, который, похоже, решил втихую проскользнуть к себе в комнату. Так он иногда делал, возвращаясь поздно с гулянки, но зачем было прибегать к подобным ухищрениям посреди дня?

Ной прошел в комнату и убедился в правоте своей версии – Егор находился в своей комнате. Правда его вид вызывал некоторые вопросы: никогда еще Ной не видел парнишку в столь напуганном и растерянном состоянии. Тот сидел на краю кровати, сцепив руки в замок, уставившись куда-то в пол. Лицо его было мертвенно-бледным и, кажется, все в капельках пота. С одеждой тоже все было не в порядке: с футболки свисал во множестве всякий мелкий лесной мусор, а штаны были порваны на коленках и в зеленых разводах.

– Что случилось, Егор? – как можно более дипломатично поинтересовался Ной, стоя в дверях.

Тот поднял на него глаза, но промолчал. Во взгляде читался страх и нечто такое, уже виденное когда-то Ноем, отчего тот сделался необычайно хмурым. Он сорвался с места и, моментально оказавшись перед испуганным ребенком, присел и крепко взял его за плечи.

– Спокойно, спокойно. Все в порядке, – заговорил Ной совершенно другим голосом, настойчивым и не терпящим возражений. – Что ты видел?

Егор словно бы глядел сквозь него, и единственное, чего он Ной добился своим вопросом, – парень расцепил руки. Они дрожали. Ной тем временем провел еще некоторые манипуляции, после которых Егор немного пришел в чувство и смог говорить.

– Я особо ничего не увидел, – начал он едва внятно и как бы отвечая на ранее заданный вопрос. – Но там было что-то.

– Что было? Ты вообще о чем?

– Я с пацанами, ты их знаешь, Ванька и Илья, полез на горку, – Егор, судя по всему, стремительно приходил в себя, и его речь начала приобретать прежние черты. – Там у них наверху схрон был и припрятано кое-чего, Ванька обещал показать. А потом, когда уже там сидели, поезд увидели.

– И? – нетерпеливо вопросил Ной, настораживаясь все больше и больше.

– Он остановился зачем-то, – Егор перевел взгляд в пол, как бы припоминая. – Мы с пацанами и не сразу заметили, что поезд стоит. Илюха первым разглядел. Оттуда люди побежали какие-то. В другую от нас сторону, прям через железку.

– Много людей?

– Не знаю, – Егор задумался. – Я только одного видел, когда он уже перед кустами был, он еще бежал странно.

– Странно?

– Не как человек, – Егор опять взял паузу и добавил, – не как обычный человек.

– Что потом? – Ной решил не вдаваться в детали, справедливо решив, что лучше заняться этим позже, когда Егор окончательно придет в себя.

– Мы поржали, Илюха все шутил, что им до ветру приспичило, наелись, говорит, крабовой похлебки.

– Илюха, это который сын Хонорика? – уточнил Ной.

– Ага, – подтвердил Егор.

Хонорик, можно сказать, являлся соседом, хотя проживал в паре километров севернее. Никто и не помнит, почему того называли в честь гибрида хорька и норки. Сам то он был больше похож на большого, выброшенного на берег мертвого раздувшегося кита. Общались они редко, да и то по большей части дальше разговоров о погоде дело не заходило. Среди местных Хонорик слыл сумасбродом с дурным характером.

– Дальше, – скомандовал Ной.

– Наверное, не все убежали в лес, мы, может, не увидели, что и к горке кто-то побежал, – Егор замялся, а его выражение лица стало снова приобретать какую-то отчужденность.

– Вы их видели? Тех людей?

– Да, – он неожиданно закрыл лицо руками, и говорил дальше исключительно в таком положении. – Илюха сказал, что те надолго убежали, пойдемте, посмотрим, чего там с этим поездом. И мы полезли вниз. Илюха первым двинул. Затем Ванька и я. Они старше и здоровее, а мне вниз неудобно быстро было спускаться. Я все под ноги смотрел и когда Илюха закричал, ничего не видел. А он пропал. Я остановился, стал их звать. Но и Ванька пропал. Я все равно вниз пошел. Даже спустился немного. А там уже увидел тех людей странных. Я сначала подумал, это елка необычная. А это не елка была, это трое сидели друг на друге на плечах. Грязные, немытые. Я их как увидел, сразу побежал, не помню, как у дома оказался.

Егор умолк, подергивая плечами, словно стараясь отогнать воспоминания. Ной тоже молчал, переваривая услышанное. Что-то здесь не сходилось. Он ведь сам прекрасно видел всех троих, спускавшихся вниз, а затем зачем-то начавших снова подниматься наверх. И это было как раз после остановки поезда. Никто из ребят не кричал, все были целы. А эти бегающие люди – за какой, спрашивается, надобностью им сидеть друг у друга на плечах? Все это попахивало детской выдумкой. Однако факт оставался фактом: состав замер на путях по ту сторону горы, а внутри у него никого не было.