Денис Алимов – Теорема опавших листьев (страница 10)
– Случился выброс?
– Сначала выброса никакого не было. Заряд подорвали, и даже удачно. Скважина оказалась перекрыта, а гадость литься перестала. Люди похлопали в ладоши и, наверное, уже думали о наградах для всех причастных. Но через пару часов наружу вырвалась куча радиоактивной пыли и газов. Вся эта масса каким-то непостижимым образом нашла себе путь через разломы и трещины, тянущиеся чуть ли не до самого города. Который, стоит заметить, не был эвакуирован.
– Как так?
– Эвакуация такого количества народа – дело накладное, да и сам взрыв проводили на довольно приличном расстоянии, поэтому решили обойтись без нее.
– Что было дальше?
– Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город, – иронично процитировал Неришев. – Ничего хорошего. Радиоактивное облако поползло по городским улицам. Держу пари, Кильбия не стал бы тебе рассказывать эту историю, даже будь у него достаточно времени. Побоялся, что ты испугаешься радиации.
– А стоит волноваться?
– Не особо. В городе провели дезактивацию, все почистили, – Неришев поднялся, вышел из машины и открыл мою дверь. – Ладно, пойдем. Не сидеть же нам вечно в этом ведре с болтами.
Мы, как выяснилось, припарковались в гараже бывшей пожарной части. Само помещение пустовало: пожарные машины канули в небытие. Повсюду валялись развернутые и попорченные временем рукава для брандспойтов и соответствующая утварь. Неришев повел меня, как сам и объяснил, в жилую половину. Мы поднялись на второй этаж, туда, где дежурили пожарные в ожидании очередного вызова. Это были несколько комнат с мебелью, койками, диванами и даже столом для пинг-понга. Окна во всем здании кто-то наглухо заколотил, а поверх налепил множество продолговатых полосок бумаги с какими-то иероглифами. «Это офуда, – пояснил Неришев, – в синтоистской традиции выступает в роли амулетов или талисманов. Помогает защитить от непрошеных гостей».
Расположились в одной из комнат.
– Тебя сейчас ждет вторая часть рассказа, – Неришев достал из несгораемого шкафа шоколадные батончики и бутылки воды. – Угощайся, силы еще понадобятся. Так вот, после того, как город все-таки эвакуировали, его обнесли колючей проволокой, выставили блокпосты, пустили патруль, и какое-то время он пребывал в состоянии осажденной крепости. Ни пройти, ни выйти. Впрочем, попасть сюда никто и не стремился. И так уж вышло, примерно в то же время произошло еще одно событие, которое сыграло ключевую роль в нашей истории. Далеко на севере, на одном из островов шахтеры наткнулись на кое-что особенное, – он почесал затылок. – Доводилось ли тебе когда-нибудь слышать про красную ртуть?
Этот Неришев посмотрел так, словно я должен был знать о ней. Да и вообще, вел он себя странно: разговаривал в такой манере, словно мы давние знакомые. Наверное, именно из-за этого у меня возникло ощущение, что его персона мне смутно кого-то напоминает.
– У меня беда с памятью, – неохотно признался я. – Последствия отравления какой-то токсичной дрянью.
– Выходит, ты тот самый парень из новеньких? Я слышал об этом, – Неришев с нескрываемым интересом оглядел меня снова, пережевывая свое угощение. – Но сейчас не о том, если захочешь, расскажешь в другой раз. А что касается красной ртути, то это такая городская легенда. Вариантов ее существовало множество, однако все сводились к тому, что красная ртуть обладала уникальными свойствами. Сама ртуть, в зависимости от контекста конкретной байки, могла представлять собой разное: начинка мощных бомб или боевых лазеров, а то и вовсе лекарство от рака. Только вот городская легенда, как оказалось, имела под собой реальное основание. Тогда, осенью 62-го года, бригада шахтеров наткнулась на подземный карман. А внутри него – необъяснимое, оказывающее на людей весьма нехорошее воздействие.
– В каком смысле нехорошее?
– Эта штука сводила людей с ума, – он заговорил серьезнее. – Наткнувшиеся на полость поголовно тронулись рассудком. Те из рабочих, ком удалось подняться на поверхность, напоминали бешеных животных. Они заживо сдирали с себя кожу и пытались атаковать каждого нормального человека попавшегося им на глаза. Какое-либо лечение не имело результатов. Но, лечить их пытались потом, а когда целая бригада сначала исчезла, а затем наружу вылезли вот эти бешеные, руководство не на шутку перепугалось. К счастью, они быстро поняли, что бесполезно отправлять в забой группы спасателей и обратились к кому нужно.
– А дальше?
– А дальше эту вещь, которую и назвали красной ртутью, решили перевезти в более надежное место, – он как бы невзначай обвел взглядом помещение.
– В Лавандск?
– Да. Как я его привык называть: Lavender Town, – щелкнул пальцами Неришев.
– Но, если подобная штука так воздействует на людей, зачем ее везти сюда? Не разумнее ли было оставить находку в том месте, где ее обнаружили.
– Ты задаешь вопросы не тому человеку, – он достал еще один шоколадный батончик. – В любом случае город как нельзя лучше подходил. Здесь тебе ни лишних глаз, ни свидетелей. Но самое главное, там, глубоко под землей, находилось нечто важное. Помнишь про ядерный взрыв, перекрывший скважину? Так вот, после него в толще земли, как и при любом другом подземном ядерном взрыве, образуется довольно большое полое пространство. Энергия и температура буквально расплавляют недра. Я слышал, там потом еще очень долго держится высокая температура, прямо как в аду, – Неришев прыснул от смеха, довольный получившейся аналогией.
– И туда спустили ту находку, – догадался я.
– Ага, – ответил он с набитым ртом. – Под толщей земли воздействие красной ртути снижается, какую-то роль, видимо, играют оплавленные стенки, наверное, экранируют. А вот пока ее везли, эта штука успела натворить дел. Слышал про Карибский кризис? Ну вот, значит, ты должен понимать, насколько она опасна. Правда, даже запрятанная там внизу, красная ртуть оказывает воздействие на эту местность. Как раз из-за этого мало кто может пробыть в городе больше трех суток без риска заработать себе проблемы с рассудком. Но, всегда можно придумать кое-какие ухищрения, – он качнул головой в сторону усеянных бумажными лентами заколоченных окон.
– Спасибо за рассказ, но зачем сюда привезли меня? – пора было переходить к сути дела.
– Понятия не имею. Возможно это прольет свет на твой вопрос, – Неришев достал из-за пазухи небольшой перепачканный конверт. – Приказано вручить тебе.
Я взял его в руки. От бумаги странно пахло – чем-то из разряда церковных ароматов. Внутри нашлась короткая записка со странным витиеватым почерком. Содержание гласило: «Тебе предстоит проследовать на объект А725К и проверить целостность контейнмента на нижнем уровне. А. А. Вальдор».
Я передал записку Неришеву дабы он тоже прочел.
– Да уж, – как-то не очень оптимистично отреагировал он. – С первого взгляда, затея выглядит самоубийственной.
– Что за объект А725К? – я внимательно посмотрел на него, в глубине души начиная подозревать правильный вариант ответа.
– Та самая полость оставшаяся после ядерного взрыва.
– А контейнмент, это…
– Да, – сухо подтвердил он, – в нем красная ртуть.
Мы оба умолкли. Между тем стало слышно, как за окнами шумело, будто разгулялся ветер.
– Туда подобраться сложно, – начал объяснять Неришев. – Человека начинает преследовать нескончаемый поток галлюцинаций. И это только на подходе к туннелю. А что внутри него творится, я и представить не могу. С другой стороны, – с некоей толикой оптимизма добавил он, – стал ли Вальдор посылать тебя на верную смерть? Думается мне, тут все не так просто.
– Это ты о чем?
– Кто-то доставил красную ртуть сюда. Скажу тебе, путь этот был не близкий. А это значит, людей осуществлявших доставку, каким-то образом подготовили. Или же, меняли каждый день на новых, – закончил он на не слишком радужной ноте.
– Что делать? – скорее у самого себя, нежели чем у собеседника, спросил я вслух.
– Придется идти, – посчитав, что обращаюсь к нему, подытожил Неришев.
С другой стороны, поскольку самое худшее со мной уже произошло, так ли важна была дальнейшая судьба? Умру я здесь или в другом месте, – какая разница? Я мертв для человечества, для своих родных и близких. Из-за подобных мыслей вид я принял грустный и задумчивый, потому как Неришев принялся приободрять.
– Уверен, здесь кроется подоплека, о которой мы не в курсе, – продолжал рассуждать он, даже ради такого дела, отложив в сторону шоколадный батончик. – Может быть, у тебя есть какие-то предметы с собой, которые тебе выдали? Или ты подвергался ритуалам? Ничего не можешь припомнить?
– Когда мы ехали сюда, Игорь Кильбия сделал укол, пока я спал. Он сказал это витаминный комплекс.
– Так, ситуация начинает проясняться, – Неришев вернулся к остаткам своего угощения, в одно мгновение проглотив его, а обертку скомкал и точным броском отправил в мусорную корзину. – Еще что-то было?
– Он потом передал мне ключи от квартиры в высоком доме, но, у меня их нет, наверное остались там.
– Хочешь сказать, ты был внутри? – не смог скрыть своего удивления мой собеседник.
– Да. На последнем этаже побывал в двух квартирах. И наткнулся на существо в подъезде. Еще был на крыше, где тоже кое-кого встретил.
– Тогда все понятно, – он махнул рукой. – Я слышал краем уха о подобном. Тебе вкололи не витаминный комплекс, а протектор. Там около дома очень сильное воздействие ощущается. Я вот вроде матерый, но сам могу лишь короткое время находиться рядом. А раз Кильбия отправил тебя вовнутрь, и ты смог относительно благополучно пережить такой визит, значит, обладаешь «иммунитетом».