Денис Агеев – Вторая фаза (страница 21)

И еще меня посетила одна коварная, но очевидная мысль: пока разум Гигеона пускает слюни, его телом может легко завладеть кто-то другой. Кто-то, владеющий пси-способностями.

Я решил протестировать свою теорию, и подал телу Гигеона простую команду — поднять правую руку, что он незамедлительно и сделал. «Попросил» его ускориться, потом — замедлиться, заставил произнести пару несуразных слов. Здоровяк все выполнил без запинки. Частью сознания я оставался в реальности и мог спокойно за всем этим наблюдать.

— Эй, громила, что с тобой? — спросил Ролдан, увидев, что Гигеон вытворяет.

Перк в ужасе отшатнулся и схватился за рукоять камы, которую теперь повесил на пояс, назначив ее, видимо, основным оружием.

— Наверное, его разум вновь пробуждается от спячки, — предположил Виллис.

— А вот этого нам не нужно. Пускай лучше остается таким же идиотом, каким и был. Что ему сейчас надо?! Спать да есть. А если снова начнет думать, то и делиться снаряжением придется. А мне и вас хватает, — усмехнулся Ролдан.

— Какое все-таки меркантильное заявление, — покачал головой Виллис.

Я же решил больше не пугать напарников и перестал отдавать приказы Гигеону. И здоровяк вернулся к автономному режиму. Такая прилежность в выполнении команд даже пугала. Сдается мне, что попроси я его спрыгнуть со скалы или пойти на таран на стену врагов, он выполнит все без вопросов. Возможно, инстинкты самосохранения и проявят противоборство, но что-то мне подсказывало, что я с ними легко смогу справиться.

Тем не менее, дискомфорт от нахождения в чужом сознании нарастал снежным комом. Видимо, природные инстинкты, какие-то глубинные рефлексы, да и сама пси-защита были не в восторге от столь наглого вторжения и пытались всеми возможными способами изгнать чужака. Со всех сторон меня что-то сжимало и толкало, я даже начал ощущать легкие покалывания в голове, как будто нечто из сознания здоровяка медленно перебиралось в мое.

Я «отсоединился» от Гигеона, решив немного отдохнуть, потому что ощутил на себе пси-напряжение. Заглянул в раздел «Способности» и выбрал «Телепатию», чтобы проверить, сколько времени я провел в чужой голове. Оказалось, что чуть больше трех с половиной минут. Осталось немногим больше шести, а потом нужно будет ждать целые сутки, пока способность полностью перезарядится. Правда, в описании к усовершенствованию нервной системы я видел, что, начиная со второго ранга улучшений, время, необходимое для восполнения энергии, можно сокращать. Если я хочу пользоваться «Телепатией» и другими умениями чаще, то не лишним будет вложить пару-тройку энергосфер в «Укрепленную нервную систему».

Ощутив небольшое облегчение, я решил вновь использовать новую способность, но теперь немного по-другому. Я сконцентрировался на мыслях о Т-бактериях, обосновавшихся в моем организме. Но тут меня ожидало фиаско. Мелкие гаденыши не имели разума в привычном понимании, вернее, их суррогатный разум был коллективным, да и не совсем он был разумом, а каким-то мельтешением инстинктов, понятий и обрывочных воспоминаний, разобраться в которых не представлялось возможным. Примитивные пси-сигналы Т-бактерии воспринимали, но быстро забывали о них, а на что-то более сложное рассчитывать не приходилось. Поэтому я решил не растрачивать время способности впустую. Было подозрение, что в скором времени мне снова придется к ней обратиться.

Глава 6. Пожиратели

Кронос сидел на кресле, глядя на противоположную пустую стену. Ладони, крепко сомкнутые друг с другом пальцами, лежали на столешнице. Кожа на правой руке неестественно скукожилась, как и на всем лице. Веки не смыкались вот уже несколько минут, зрачки не двигались. Если бы в кабинете был еще кто-нибудь, то наверняка подумал бы, что верховный распорядитель игр каким-то образом впал в стазис.

Дверь тихо отъехала в сторону, и на пороге появился Зокх-Ли. Невысокий, с узкими, сведенными вперед плечами и прилизанными черными волосами, он всегда вызывал у Кроноса раздражение. Он бы давно дал нейроконструктору пинка под зад, если бы не знал, на какие гениальные изобретения тот способен. Ведь именно Зокх-Ли придумал и создал нейроинтерфейс и разработал для него систему управления. Распорядитель игр даже подумывал, а не взять ли работу над усовершенствованием нейроимплантов под собственный контроль, потому что этот безродный гений не достоин иметь столько власти под своим крылом. Но потом одергивал себя, потому совершенно не мыслил в подобных вещах и прекрасно понимал, что может только все ухудшить. А ухудшать ничего нельзя, потому что за нейроимпланты заказчик готов был сделать его лордом-наместником, в распоряжение к которому передавалась целая планета. О таком Кронос, выходец из небольшого и небогатого рода, мог только мечтать. Но это чудо могло случиться только в том случае, если нейроимпланты будут доведены до совершенства.

— Вызывали? — робко спросил Зокх-Ли, не решаясь окончательно переступить порог.

— Садись, — Кронос кивнул на стул, стоящий у противоположной стороны стола.

Нейроконструктор кивнул и медленно зашагал к указанному месту. Сел, сцепив руки у груди и согнувшись так, словно ему было холодно.

Кронос закрыл глаза и глубоко вдохнул. В недрах бронх засвербело, но он сдержал приступ кашля. Выдохнул, но в последний миг не выдержал и хрипло кашлянул. Снова вдохнул и еще медленнее выдохнул. Зокх-Ли все это время сидел без движений и глядел куда-то мимо распорядителя турнира.

— Итак, Зокхи, ты догадываешься, зачем я тебя вызвал? — наконец, спросил Кронос, пристально поглядев на нейроконструктора.

— Да, наверное, не знаю… — неуверенно промямлил тот, подняв глаза и вскользь оглядев потолок.

— Подумай, — сказал распорядитель игр, в глубине души наслаждаясь своим превосходством на Зокх-Ли. Все-таки иногда нейроконструктор не только его раздражал, но и забавлял. Кронос никак не мог взять в толк, за какие такие заслуги природа наградила такое жалкое и мягкотелое существо столь гениальным умом.

— Вы хотели узнать по поводу нашего с вами дела? — поинтересовался Зокх-Ли, опасливо посмотрев на Кроноса.

— На самом деле нет. Об этом мы тоже поговорим, но позже. Я же позвал тебя для того, чтобы дать приказ на запуск протокола «Стазис».

— Так рано? — Глаза нейроконструктора расширились от удивления. — Но турнир еще не окончен.

— А я и не сказал, чтобы ты усыпил всех участников. Вывести из игры нужно только одного. И я думаю, ты знаешь, о ком я.

— Тот самый альриец? Девяносто Девятый? — уточнил Зокх-Ли, и в его голосе проскользнула тревога.

— Просто альриец, — строго сказал Кронос. Он знал, что в народе этому выродку дали кличку, и это его жутко бесило. — Я хочу, чтобы ты запустил протокол «Стазис», но сделал это в тот момент, когда этому подонку будет угрожать смертельная опасность. Ну ты понимаешь, да? Он должен стать беззащитным именно перед лицом смерти. Нужно постараться все сделать так, чтобы его внезапная гибель выглядела максимально правдоподобной.

— Но активация протокола даст сигнал, и об этом сразу же узнают операторы…

— Я понимаю, поэтому и говорю, что нужно подобрать подходящий момент. Чтобы потом все это можно было списать на сбой в системе или еще что-то.

— Моя система не дает сбоев.

— Значит, нужно сделать так, чтобы дала. Один раз ведь это можно провернуть?

— Не знаю, это очень сложно, — неуверенно покачал головой Зокх-Ли. — Но… как же правила? Согласно политики невмешательства…

— Я знаю правила! — резко перебил распорядитель турнира, повысив голос. — И не тебе, Зокхи, напоминать мне о них.

Нейроконструктор нервно сглотнул и опустил голову. Пальцы стали едва заметно дрожать.

Зокх-Ли снова стал его раздражать. Да что он из себя возомнил? Кронос снова глубоко вздохнул и глухо кашлянул. Нет, нужно держать себя в руках. Он и так за эти дни слишком много нервничал. Настолько много, что пришлось прибегнуть к «бледной слизи» — невероятно мощному наркотику, вырабатываемому дорнорийским слизняками. Вещество было запрещено на планетах Локсийской Империи, но, как известно, никакому закону никогда не остановить истинное желание и потребность в наслаждении. Но «бледную слизь» распорядитель турнира принимал не ради удовольствия, а чтобы укрепить расшатанную вконец нервную систему. Он всегда и во всем знал меру, возможно, поэтому и получил однажды свою нынешнюю должность, которой… которой очень скоро мог лишиться.

— Послушай меня, Зокхи. И послушай очень внимательно. Сейчас я скажу тебе кое-что очень важное. Но прежде чем я это сделаю, хочу, чтобы ты мне пообещал, что этот разговор останется между нами, — сбавив тон, проговорил Кронос.

Нейроконструктор быстро кивнул, но страха в его глазах на порядок прибавилось.

— Два дня назад со мной связался сам первый канцлер, — еще тише произнес распорядитель игр. — Наш с ним разговор был короткий и простой. Сам император желает закрыть Арену, а весь ее персонал распустить. Но, — Кронос сделал паузу, наслаждаясь, как от страха расширяются глаза у Зокх-Ли, — распустить он хочет только младший персонал. А меня, Мару, Миндора и тебя, Зокхи, — поднял ладонь и указал на нейроконструктора кривым пальцем. — Да-да, тебя тоже… он хочет наказать за измену. Знаешь, какое наказание полагается за столь страшный проступок?