Дэниел Коул – Конец игры (страница 9)

Мысли Бакстер метались: Волк в наручниках; она плачет в туалетной кабинке; вонь инфекции, пожирающей ее друга; она утешает Мэгги, когда заехала к ней днем…

– Очень плохо, – ответила она, чуть ли не плача.

Бросив сумку на пол, Томас торопливо подошел к ней, чтобы обнять.

Она положила голову ему на грудь; микроволновка звякнула еще раз.

– Хочешь сегодня рыбу и картофель фри? – ласково спросил он.

– Было бы неплохо.

Он прижал ее к себе, после чего направился к двери.

– Налей нам вина. Я буду через пятнадцать минут.

Бакстер улыбнулась и пошла за ним в гостиную, чтобы стрясти иголки в оберточную бумагу. Он остановился в прихожей.

– Я знаю, сегодня был нелегкий день. Но все закончилось. День закончился, верно?

Она кивнула:

– Да, он закончился.

Томас улыбнулся ей.

Когда щелкнул дверной замок, Бакстер вернулась на кухню и налила себе выпить. Она села за стол и достала из сумки помятую папку, вытащенную из мусорной корзины в допросной, после чего начала читать.

Он почти закончился.

Глава 4

Четверг, 7 января 2016 года

8:08

Волк пытался игнорировать перешептывания и бесконечные взгляды в свою сторону, пока ждал снаружи бывшего кабинета старшего инспектора Симмонса в отделе по раскрытию убийств и других тяжких правонарушений. Сколько бы он ни смотрел на имя Бакстер на двери, оно выглядело не на своем месте – шуткой, которую в прошлом они с Финли могли бы остановить.

О чем думало начальство?

О чем думала сама Бакстер?

– Доброе, Уильям! – уборщица Дженет поздоровалась с ним. – Холодно на улице.

Немного удивленно Волк согласно кивнул. По всей видимости, то, что он находился в бегах последние 18 месяцев, прошло мимо нее. Он позволил себе насладиться этим мимолетным мгновением нормальности, сидя у кабинета начальника и болтая ни о чем, как будто ничего и не произошло. Он как можно тщательнее спрятал наручники, пока она убирала урну возле него.

– Как там у Гэри дела в универе? – спросил он.

– О, он теперь лучший в группе! – немного саркастически сообщила она.

– Отлично! – ответил Волк с широкой улыбкой. – Напомни, на кого он учится? – спросил он в надежде хоть немного растянуть этот момент, но прежде чем женщина успела ответить, дверь в кабинет открылась, и его вызвали внутрь.

Кристиан в другом щегольском костюме уже сидел за столом. Мужчина подмигнул Волку, как только тот сел рядом с ним.

– Твои данные подтвердились, – оповестила Волка Ванита, занимая место за столом Бакстер. – Пока мы разговариваем, разворачивается операция по окружению Дюбуа и его людей, и французская береговая полиция уже перехватила корабль… Наше соглашение остается в силе.

– Может, в таком случае снимем с бедолаги наручники? – предложил Кристиан.

Похоже, Ванита испытывала физический дискомфорт, отдавая ключ. Кристиан оказал Волку честь и освободил его, а после, увидев, как Волк взял наручники и приковал ими фиолетовую сумочку Ваниты к столу, был вынужден сымитировать кашель, чтобы замаскировать смех.

– Оформление документов в процессе, – оповестила женщина Волка, невинно смотрящего на нее снизу вверх, – они должны быть готовы для твоей подписи завтра. Я жду от тебя, что ты будешь отмечаться у меня каждый день в утреннее и дневное время. И, поскольку данное соглашение не может действовать вечно, я устанавливаю временные рамки в пять дней, чтобы ты откопал что-нибудь существенное.

Волк был уже готов запротестовать.

– Как ни больно мне это говорить, – продолжила она, – ты хороший детектив, Коукс. Если ты ничего не найдешь к этому сроку, значит и искать нечего.

Он посмотрел на Кристиана в поисках совета, взявшего на себя роль Финли как более мудрого, более опытного человека. Тот кивнул.

– Пять дней, – согласился Волк.

Белое небо было готово вот-вот снова разразиться снегопадом, поэтому Бакстер надела нелепую шапку с помпоном и подходящие к ней перчатки. Постучав в непрочную дверь сарая, она задела самодельный знак, и тот упал лицевой стороной на мокрую траву. В домике раздался грохот, и показалось смущенное лицо Эдмундса, явно не ожидавшего увидеть гостей на собственном заднем дворе.

– Бакстер! – он улыбнулся и обнял женщину.

– Меня впустила Тиа, – объяснила она, зайдя в мозговой центр «Алекса Эдмундса – Частного детектива».

Эдмундс поднял стул, который до этого опрокинул, и предложил ей сесть.

– Я бы предложил тебе кофе или еще чего, но шланг замерз где-то неделю назад, – извинился он. – Может, пройдем в дом?

– Нет, все нормально, – заверила его Бакстер. – В любом случае я тут по долгу службы.

– Да? Разве ты все еще не отстранена от работы?

– Ага. На пару недель, – сказала женщина, не вдаваясь в подробности.

Она посмотрела на изображения исключительно злобного хорька, приколотые в разных местах карты Манхэттена, и на фотографии с места преступления, на которых были запечатлена сожженная машина и две сидевшие внутри призрачные фигуры. Почувствовав тошноту, она отвернулась.

– Дело по Мистеру Негоднику закрыто, да? – спросила она, зная о нелепом первом задании Эдмундса.

– Вообще-то, в данный момент, он все еще «на свободе»… Но я его достану, – уверенно сказал он, потирая огромный синяк на бедре. – По долгу службы? – намекнул он на изначальную тему, явно желая отвлечь от своей неспособности поймать маленькое млекопитающее. – Ты пришла, чтобы арестовать меня?

– Не-а, – сказала Бакстер, протягивая ему помятую папку. – Я пришла, чтобы нанять тебя.

Сбросив с себя обувь в прихожей, Волк, Кристиан и Сондерс получили традиционные поцелуи от Мэгги, которыми она старалась показать, что все хорошо.

Несмотря на все протесты Волка, Сондерс был привлечен к расследованию, а значит, на какое-то время Коукс был вынужден с ним контактировать. Однако на пути к Масвелл Хилл он узнал, что в ночь смерти Финли Сондерс наотрез отказывался оставить Мэгги одну, пока Бакстер не приехала и не подменила его, отчего тот еще немного вырос в глазах Волка.

Волк снял пальто и повесил на спинку кухонного стула, Мэгги тем временем готовила им напитки, ведя натянутую беседу. Когда Кристиан и Сондерс наконец направились наверх, он задержался, чтобы поговорить с ней.

– Если тебе что-то понадобится – зови нас. Я не хочу, чтобы ты сегодня поднималась наверх.

Она кивнула, и Волк сжал ее в своих объятиях, больше для себя нежели для нее. Проследовав за коллегами по лестнице, Волк подошел к разбитому дверному косяку, где их уже ждали два знакомых лица.

– Че ты, мать твою, сдесь забыла? – спросил Сондерс, оставаясь в блаженном неведении, сколько же он допустил ошибок в вопросе из пяти слов.

– Штраф в банку ругательств! – прокричала с первого этажа Мэгги. – Она взяла с меня слово, что я ничего вам не скажу.

Волк уловил тень улыбки на губах Бакстер.

– Знал, что ты придешь, – сказал ей Волк, но она не ответила: – Эдмундс.

– Волк, – ответил тот еще с большей прохладцей.

– Эдмундс, это комиссар Кристиан Беллами, старый друг Финли, – сказала Бакстер. – Кристиан, это Алекс Эдмундс, частный детектив, – с гордостью представила она Эдмундса.

Мужчины пожали руки.

– Сондерс, – сказал Сондерс, протягивая руку.

– Ага, – сконфуженно ответил Эдмундс. – Мы знакомы.

Выражение лица Эдмундса выражало недоумение.

– Мы работали вместе около шести месяцев… По делу Тряпичной Куклы. – напомнил Эдмундс.

Выражение лица не поменялось.

Поняв, что проще будет просто пожать руки, Эдмундс сделал это.