Дэниел Хэндлер – Превратности судьбы (страница 78)

К несчастью, алфавитная речовка Снежных скаутов не отвечала ни одному из этих требований. Когда они клялись быть явственными, человек с бородой, но без волос щелкнул в воздухе хлыстом, и орлы, которые сидели на плечах у негодяев, забили крыльями и, вцепившись когтями в толстые оплечья, подняли обоих злодеев высоко в воздух, а когда речовка закончилась и все Снежные скауты глубоко вздыхали, чтобы изобразить шум снежного вихря, женщина с волосами, но без бороды поднесла к губам свисток и издала долгий свист, который Бодлеры помнили еще с тех пор, как их заставляли бегать кругами в Пруфрокской подготовительной школе. Трое Бодлеров и Куигли стояли и смотрели, как остальные орлы стремительно планируют к земле, хватают сеть и, напряженно хлопая крыльями, поднимают в воздух всех, кто на ней оказался, – так можно убрать со стола тарелки, просто подняв скатерть за углы. Если вы прибегнете к столь необычному методу уборки со стола, вас, скорее всего, выставят из ресторана или отправят в вашу комнату, и результаты подобного поступка на Коварной горе были не менее разрушительными. В считаные секунды все Снежные скауты и все сотоварищи Олафа оказались плотно упакованы в поднебесном мешке, который несли орлы. Избежать участи новобранцев удалось лишь одному человеку, кроме, разумеется, Бодлеров и Куигли Квегмайра, – это была Кармелита Спатс, которая осталась стоять рядом с Графом Олафом и его подругой.

– Что происходит? – спросил Брюс, глядя из сети на Графа Олафа. – Что вы сделали?

– Я одержал победу, – ответил Граф Олаф. – Я снова одержал победу! Давным-давно я обманом выудил у вас коллекцию рептилий, которая была мне нужна для личных целей! – Тут Бодлеры потрясенно переглянулись, внезапно осознав, где видели Брюса. – А теперь я выманил у вас коллекцию детей!

– И что теперь с нами будет? – испуганно спросил один из Снежных скаутов.

– А мне наплевать, – заявил другой Снежный скаут, которого, видимо, уже поразил стокгольмский синдром. – Мы каждый год залезаем на Коварную гору и делаем одно и то же! Хоть бы в этом году все изменилось!

– А меня-то почему зачислили в новобранцы? – спросил крюкастый, и Бодлеры увидели, как он одним крюком лихорадочно пытается разорвать сеть. – Я же и так уже работаю на вас!

– Не бойся, крючок, – глумливо ответила Эсме. – Все ради главной цели!

– Н-но! – воскликнул человек с бородой, но без волос, щелкая хлыстом в воздухе.

Орлы, вскрикивая от ужаса, потащили сеть по небу прочь от Коварной горы.

– Олаф, вызнай у этих гнусных сирот, где находится сахарница, – велела женщина с волосами, но без бороды. – До встречи в последнем убежище!

– Теперь, когда у нас в распоряжении орлы, – хрипло прорычал зловещий мужчина, – мы можем наконец добраться до автономного летучего дома и уничтожить его вместе с волонтерами!

Бодлеры ахнули и в ужасе уставились на Куигли. Ведь не было никаких сомнений в том, что злодей говорит о том устройстве, которое создал Гектор в Городе Почитателей Ворон и при помощи которого удалось спастись Дункану и Айседоре.

– Счастливо оставаться! – издевательски воскликнула женщина с волосами, но без бороды, и орлы унесли ее прочь.

Граф Олаф пробормотал что-то себе под нос, а потом повернулся и грозно двинулся на Бодлеров.

– Мне нужен один из вас, чтобы выяснить, где же сахарница, и завладеть вашим состоянием, – проговорил он, ярко сверкая глазами. – Только вот кто?

– Это трудный вопрос, – подхватила Эсме. – Держать служанку-младенца было восхитительно. Но ведь если разбить очки Клауса и глядеть, как он на все натыкается, будет тоже очень забавно!

– Зато у Вайолет волосы самые длинные! – встряла Кармелита, и Бодлеры отступили к расколотому водопаду. Куигли тоже – он оказался у них за спиной. – Ее можно за них все время дергать, а если станет скучно, то привязывать к волосам всякую всячину!

– И то и другое будет просто замечательно! – похвалил Кармелиту Граф Олаф. – Я и забыл, какая ты прелестная девчушка. Хочешь к нам примкнуть?

– Примкнуть к вам? – переспросила Кармелита.

– Взгляни, какое стильное у меня платье, – сказала Кармелите Эсме. – Если ты к нам примкнешь, я накуплю тебе всяких модных нарядов!

Кармелита явно задумалась и посмотрела сначала на детей, а потом на двух негодяев, которые стояли рядом с ней и гнусно улыбались. Трое Бодлеров обменялись с Куигли взглядами, полными ужаса и отчаяния. Брат и сестра помнили, как чудовищно вела себя Кармелита в школе, но им и в голову не приходило, что она может захотеть примкнуть к еще более чудовищной компании.

– Не верь им, Кармелита! – сказал Куигли и вытащил из кармана лиловую записную книжку. – Они сожгут дом твоих родителей! У меня здесь все записано!

– Чему ты поверишь, Кармелита, – дурацкой записной книжке или словам взрослого человека? – спросил Граф Олаф.

– Погляди на нас, прелестная девчушка, – сказала Эсме, потрескивая подолом красно-оранжево-желтого платья. – Разве мы похожи на людей, которым нравится жечь дома?

– Кармелита! – закричала Вайолет. – Не слушай их!

– Кармелита! – закричал Клаус. – Не помогай им!

– Кармелита! – закричала Солнышко, что означало нечто вроде «Ты собираешься сделать чудовищный шаг!»

– Кармелита, – тошнотворно-приторным голосом сказал Граф Олаф. – Давай-ка ты сама выберешь, кто из сирот останется в живых, столкнешь остальных с утеса, и мы все вместе отправимся в симпатичную гостиницу.

– У нас нет дочки, так что ты нам ее заменишь, – проворковала Эсме, поглаживая диадему Кармелиты.

– Или что-то в этом роде, – добавил Олаф с таким видом, что сразу становилось ясно – он предпочтет заполучить приспешницу, а не дочь.

Кармелита бросила еще один взгляд в сторону Бодлеров, а потом улыбнулась негодяям снизу вверх.

– А вы правда думаете, что я прелестная? – спросила она.

– Я думаю, что ты абсолютно прелестная, бесподобная, восхитительная, грандиозная, дивная, естественная, живенькая, запредельно прелестная, изумительная, красивая, ласковая, милая, неотразимая, обворожительная, прелестная, решительно прелестная, сладенькая, таинственная, упоительная, фантастическая, художественная, целесообразная, чудесная, шикарная, щедрая, экстраординарная, ювелирная и явно прелестная! – продекламировала Эсме. – Каждое утро, каждый полдень, каждый вечер и весь день напролет!

– Не слушай ее! – взмолился Куигли. – Человек не может быть целесообразным!

– А мне все равно! – ответила Кармелита. – Вот сейчас спихну с водопада этих кексолизов и начну дивную новую модную жизнь!

Бодлеры вместе с Куигли снова шагнули назад, обменявшись паническими взглядами. Над головой у них слышались орлиные крики – птицы уносили новобранцев все дальше и дальше. За спиной у сирот все ветры Главного перекрестка выли в долине, где люди, погубившие родителей Бодлеров и Квегмайров, сожгли штаб Г. П. В. Вайолет сунула руку в карман за лентой, пытаясь представить себе, какое изобретение помогло бы им оказаться подальше от таких злобных людей и отправиться на встречу с друзьями-волонтерами в последнее убежище. Пальцы Вайолет снова наткнулись на хлебный нож, но она не знала, стоит ли доставать оружие и грозить негодяям насилием, или же от этого она станет такой же негодяйкой, как те люди, которые на нее сейчас смотрели.

– Бедняжечки Бодлеры, – глумливо протянул Граф Олаф. – Лучше сдавайтесь, нас гораздо больше.

– Ничего подобного, – возразил Клаус. – Нас четверо, а вас трое.

– Я – королева Фальшивой весны, и меня надо считать за троих, – ответила Кармелита. – Так что нас гораздо больше, ясно вам, кексолизы?

Конечно, это была очередная чушь, сорвавшаяся с языка жестокосердной девчонки, но даже если бы это была не чушь, далеко не всегда важно, кого больше, а кого меньше. Например, когда Вайолет и Клаус добирались до Главного перекрестка ветров, их было гораздо меньше, чем снежных комаров, однако им все равно удалось разыскать Куигли Квегмайра, взобраться по Главной противопожарной вертикали в штаб и обнаружить спрятанное в холодильнике сообщение. Солнышко на вершине Коварной горы оказалась совсем одна против всех негодяев, однако ей удалось не просто уцелеть, но и выяснить, где находится последнее убежище, а также выдумать несколько новых кушаний – простых и вместе с тем вкусных. А членов Г. П. В. всегда было гораздо меньше, чем всевозможных злодеев, поскольку злых и алчных людей, судя по всему, становится все больше, а библиотеки все горят и горят, и тем не менее волонтерам удалось сохраниться, что здесь означает «тайно встречаться, общаться при помощи шифровок и собирать важные данные, чтобы расстраивать планы врагов». Не всегда так уж важно, чтобы по вашу сторону раскола оказалось больше народу, чем по противоположную, и поэтому, когда Бодлеры и Куигли сделали еще один шаг назад, они знали, что важно, а что не важно.

– Цветик! – воскликнула Солнышко, что означало: «В некоторых случаях местоположение определенного объекта имеет куда большее значение, нежели то, кого больше, а кого меньше», и была права.

Негодяи только и успели, что изумленно ахнуть, как Вайолет уселась в сани, схватив кожаные ремни, Куигли сел ей за спину и обхватил ее за пояс, Клаус сел сразу за ним и обхватил за пояс его, и еще осталось место как раз для маленькой девочки, так что Солнышко села за спину брата и крепко вцепилась в него, а Вайолет оттолкнулась от вершины Коварной горы, и четверо детей понеслись вниз. Даже если их было меньше, это оказалось не важным. Важно было лишь то, что им удалось избежать чудовищного конца, съехав по остаткам скользкого склона, точно так же, как вам удастся избежать чудовищного конца «Скользкого склона», закрыв эту книгу и предпочтя ей другую, в которой злодеи не кричат дурными голосами на детей, пытающихся спастись.