Дэниел Хэндлер – Небывалые неприятности (страница 66)

– Еще бы, – отозвалась Люсиана и задрала голову кверху, чтобы снова прицелиться. Однако автономный летучий дом был уже не одинок в небе. Из-за всей суматохи никто не заметил, что день подошел к концу, вороны Г. П. В. покинули центр и начали описывать круги, перед тем как отправиться ночевать на Дерево Невермор. Вороны все прибывали, за несколько секунд небо закрыли тысячи и тысячи черных бормочущих птиц. Капитан Люсиана уже не видела Гектора и его изобретение. Гектор не видел Бодлеров. А Бодлеры не видели вообще ничего. Веревочная лестница оказалась как раз на пути мигрирующих ворон, и дети попали в плотное окружение ворон Г. П. В. Птицы задевали их крыльями, перья запутывались в веревочной лестнице, и троице оставалось только держаться за лестницу как можно крепче.

– Бодлеры! – позвал их сверху Гектор. – Держитесь как можно крепче! Я собираюсь подняться еще выше, чтобы оказаться над воронами.

– Нет! – выкрикнула Солнышко, желая сказать нечто вроде «Не уверена, что это разумно, нам не уцелеть, если мы упадем с такой высоты».

Но Гектор не расслышал ее из-за нового щелк и вжжж! Бодлеры ощутили, что лестница резко дернулась, а потом закрутилась в густом от ворон воздухе с головокружительной быстротой. Тройняшки Квегмайр выглянули из корзины управления и сквозь толпу мигрирующих ворон заметили, что дело приобретает очень скверный оборот.

– Гарпун угодил в лестницу! – в отчаянии крикнула сверху Айседора своим друзьям. – Веревка разматывается!

И так оно и было. Поскольку вороны уже рассаживались по ветвям Дерева Невермор, небо над Бодлерами немного прояснилось и они смогли разглядеть верхушку лестницы. В одной их толстых веревочных прядей они со страхом увидели торчащий гарпун, и в этом месте веревка медленно расплеталась. Это напомнило Вайолет, как, будучи совсем ребенком, она упросила маму заплести ей волосы в косы, чтобы походить на знаменитого изобретателя, чья фотография попалась ей в каком-то журнале. Несмотря на все материнские усилия, косы не желали сохранять свою форму и расплетались, как только их завязывали на концах лентами. Пряди волос медленно выкручивались из заплетенной косы, как сейчас выкручивались пряди веревки из веревочной лестницы.

– Лезьте скорей! – завопил Дункан. – Скорей!

– Нет, – тихим голосом сказала Вайолет и повторила это слово еще раз, чтобы брат с сестрой расслышали ее. Все больше и больше ворон громоздились на дереве, и ничто не мешало Клаусу с Солнышком разглядеть хмурое лицо с отчаянием глядевшей на них Вайолет. – Нет. – Старшая из Бодлеров бросила еще один взгляд на разматывающуюся веревку и поняла, что им не долезть до корзины гекторовского автономного летучего дома. Это было так же невозможно, как пытаться заплести ей косы. – Ничего не выйдет. Если мы полезем дальше, мы скоро упадем и разобьемся насмерть. Остается спуститься вниз.

– Но… – начал было Клаус.

– Нет, – повторила Вайолет, и по щеке у нее скатилась слеза. – Ничего не выйдет, Клаус.

– Иойл! – выкрикнула Солнышко.

– Нет, – еще раз сказала Вайолет и посмотрела младшим Бодлерам прямо в глаза. На миг все трое испытали чувство разочарования и отчаяния, оттого что не могли присоединиться к своим друзьям, а потом начали спускаться по раскручивающейся лестнице сквозь полчища ворон, летящих в сторону Дерева Невермор. Когда Бодлеры спустились вниз на девять ступенек, веревка окончательно расплелась и дети приземлились на плоскую равнину несчастные, но невредимые.

– Гектор, опускайте ваше изобретение вниз! – крикнула Айседора. Снизу голос ее был едва слышен. – Мы с Дунканом перегнемся за борт и устроим живую лестницу. Еще есть время поднять Бодлеров!

– Не могу, – печально ответил Гектор, глядя вниз на Бодлеров, которые как раз поднялись на ноги и выпутывались из свалившихся веревок, а к ним, хлопая пластиковыми подошвами, уже шагал Детектив Дюпен. – Корабль не рассчитан на посадку.

– Должен же быть какой-то выход! – закричал Дункан.

Но автономный летучий дом как раз сделал рывок вверх.

– Мы можем залезть на Дерево Невермор, – предложил Клаус, – и с верхних веток запрыгнуть в корзину управления.

Вайолет покачала головой.

– Бо́льшая часть Дерева уже закрыта воронами, – возразила она, – да и летучий дом летит слишком высоко. – Она подняла лицо кверху и приставила ко рту ладони рупором, чтобы ее услышали друзья там, наверху. – Сейчас нам до вас не добраться! – крикнула она. – Мы постараемся догнать вас позже!

До них долетел голос Айседоры, такой тихий, что они еле расслышали ее слова из-за бормотания устраивавшихся на ночлег ворон.

– Как вы сможете догнать нас позже? Мы уже высоко.

– Не знаю! – ответила Вайолет. – Но обещаю, мы найдем способ!

– А пока получайте вот это! – крикнул сверху Дункан, и Бодлеры разглядели в руках у тройняшек их записные книжки, которые брат с сестрой высунули за борт. – Здесь все, что мы узнали про злодейский план Графа Олафа, и про тайну букв Г. П. В., и про убийство Жака Сникета. – И без того еле слышный голос Дункана задрожал, и Бодлеры поняли, что друг их плачет. – Это самое большее, что мы можем сделать!

– Подберите книжки, Бодлеры! – закричала Айседора. – Может, когда-нибудь встретимся!

Тройняшки Квегмайр бросили за борт записные книжки и крикнули Бодлерам: «До свидания!», но их прощальный возглас заглушили новое щелк! и новое вжжж! – это капитан Люсиана выстрелила четвертым гарпуном. И с сожалением должен сказать, что долгая практика принесла свои плоды: гарпун попал именно туда, куда Люсиана и метила: острый гарпун, просвистев в воздухе, пронзил даже не одну, а обе записные книжки насквозь. Послышался громкий треск рвущихся обложек, и по воздуху разлетелись белые листки. Они заметались во все стороны, куда их с шуршанием отбрасывали крылья летящих ворон. Квегмайры издали отчаянный вопль и попытались крикнуть напоследок что-то важное, но гекторовский автономный летучий дом уже поднялся на такую высоту, что до Бодлеров донеслось только слабое «волонтер…», а затем летучий дом взмыл еще выше, и больше сироты уже ничего не слышали.

– Теспер! – выкрикнула Солнышко, что означало «Попробуем собрать как можно больше листков!».

– Если «теспер» означает «все пропало», тогда, значит, девчонка не так уж глупа, – проговорил Детектив Дюпен. Он как раз подошел к Бодлерам. Расстегнув пиджак и еще больше обнажив бледную волосатую грудь, он достал из внутреннего кармана сложенную газету и посмотрел с высоты своего роста на детей с таким видом, как будто это были три жука, которых он собирался раздавить. – Я подумал, что вам захочется прочитать «Дейли пунктилио». – Он развернул газету и показал заголовок: «Бодлеровские сироты на свободе!», что в данном случае означало «не в тюрьме». Под заголовком виднелись рисунки, изображавшие лица всех трех Бодлеров.

Детектив Дюпен снял темные очки, так как они мешали ему читать в угасающем свете.

– «Полиция пытается поймать Веронику, Клайда и Сьюзи Бодлер, – прочел он вслух, – которые бежали из тюрьмы Города Почитателей Ворон, куда их посадили за убийство Графа Омара».

Детектив Дюпен улыбнулся гадкой улыбкой и бросил газету на землю.

– Некоторые имена, конечно, перепутаны, – добавил он, – но всем свойственно ошибаться. Завтра, естественно, тоже выйдет специальный выпуск, и уж я постараюсь, чтобы все детали того, как детектив Дюпен сверхэтично задержал общеизвестных Бодлеров, были переданы правильно. – Дюпен низко пригнулся к детям, так что они почуяли запах сэндвича с яичным салатом, который он ел за ланчем. – Само собой, – добавил он тихо, так чтобы его слышали только дети, – один из Бодлеров сумеет в последнюю минуту сбежать и будет жить у меня, пока наследство не станет моим. Вопрос о том, который Бодлер? Вы до сих пор не сообщили мне ваше решение.

– Мы не собираемся занимать наши мысли подобной идеей, Олаф, – с горечью сказала Вайолет.

– О нет! – вдруг вскричал один из старейшин, показывая куда-то в сторону горизонта. Там, на фоне заката, Бодлеры увидели какой-то узкий длинный предмет, торчащий над землей, и порхающие над ним странички записных книжек. Это был последний гарпун Люсианы, и, кроме записных книжек, он проткнул кое-что еще: пригвожденная к земле, лежала одна из ворон Г. П. В., разевая от боли клюв.

– Вы нанесли вред вороне! – Миссис Морроу в ужасе уставилась на капитана Люсиану. – Вы нарушили правило номер один. Самое главное правило!

– Подумаешь, это всего лишь глупая ворона. – Детектив Дюпен повернулся лицом к потрясенным горожанам.

– Глупая ворона?! – повторил Старейшина, тряся в гневе вороноподобной шляпой. – Глупая ворона?! Детектив Дюпен, здесь Город Почитателей Ворон и…

– Стойте! – раздался вдруг из толпы голос. – Глядите! У него только одна бровь!

Детектив Дюпен, снявший темные очки, когда читал газету, сунул руку в карман пиджака и снова их надел.

– Мало ли у кого одна бровь, – сказал он, но толпа не обратила внимания на его слова, так как психология толпы брала верх.

– А ну-ка пусть снимет башмаки! – крикнул мистер Леско, и одна из старейшин, опустившись на колени, ухватила Дюпена за ногу. – Если у него есть татуировка, мы сожжем его на костре!

– Правильно, правильно! – одобрила часть горожан.

– Обождите! – Капитан Люсиана положила ружье и в замешательстве оглянулась на Дюпена.