Дэни Коллинз – Воскрешенная нежность (страница 17)
Они зашагали по живописной тропинке к беседке.
— Не знаю, от чего должен был спасать меня рыцарь в сверкающих доспехах. Моя жизнь тогда казалась простой и счастливой. Она и сейчас не очень сложная, но совсем непонятная. Не понимаю, как поступить. — Она облокотилась на перила.
— Ориэль! — Голос Виджея заставил ее оглянуться. Он встал на колено и протянул ей кольцо: — Ты выйдешь за меня?
Ориэль прижала ладони к губам, заглушая вскрик, на глаза навернулись слезы. Ее неожиданно глубоко тронуло предложение человека, которого она знала лишь несколько дней.
— Когда ты?… — Она подошла ближе. Кольцо было скромным, но изящным, в форме ромашки с заметным бриллиантом в центре и маленькими бриллиантами вокруг в ободке из желтого золота. — Похоже на антикварное. Оно фамильное?
— Купил его, когда ты была у доктора. Ювелир сказал, что оно попало к нему на распродаже старого имения. Вероятно, девятнадцатый век, но его история неизвестна.
— Ты такой романтик, — с волнением прошептала Ориэль.
— Вот уж нет, — возразил Виджей и мягко добавил: — Но это место связано для тебя с романтическими играми детства. Не знаю, о каком рыцаре ты мечтала, не знаю, в какой замок могу тебя увезти, но мы станем семьей. Пусть даже не идеальной. Если постараемся, то у нас получится.
Он говорил о настоящей семье — цельной, преданной, лояльной. Ориэль понимала, что они оба чувствовали связь в отношении их ребенка, но не хватало одного звена — особых отношений между ними. Желание быть любимой всегда владело сердцем Ориэль. Сейчас она с тоской думала о том, что Виджей не любит ее. Более того, он сказал, что вообще не способен на это чувство. Тем глубже она осознавала свой давний страх, что с ней что-то не так и никто никогда не полюбит ее искренне и беззаветно, как она мечтала.
Почему она так не уверена в себе и ждет доказательств любви от другого? Возможно, у Лакшми не было выбора, кроме как отказаться от дочери. Виджей уже предоставил тому доказательства и помог снять груз с души. Ориэль была благодарна ему. Она понимала и другое: вопреки всему она сама была готова полюбить его. Пусть он не открыл ей правды в начале знакомства, но с тех пор он заботился и защищал ее, открылся ей, хотя это стоило ему усилий. Ориэль восхищалась им и знала, что ее ждет еще немало волнующих открытий в этом мужчине. Она шла на огромный риск, принимая решение.
Ориэль опустилась на его согнутое колено, сжала ладонями его лицо и дрожащим от эмоций голосом проговорила:
— Да, я выйду за тебя замуж, Виджей.
Он сжал ее в объятиях, прижался губами к ее губам в жарком, нежном поцелуе. Ориэль не могла сдержать слез от важности момента.
Неподалеку раздались негромкие аплодисменты: группа туристов наблюдала за ними со стороны. Оторвавшись друг от друга, они поднялись, и оба смущенно рассмеялись. Виджей надел ей на палец кольцо и сказал:
— Я бы хотел, чтобы мы скорее поженились.
— У меня еще осталось несколько свободных дней. Давай не будем откладывать.
— Решено.
Поженились они в Гибралтаре. Свадебная церемония была короткой, но торжественной. На Ориэль была кремовая юбка и бледно-розовый топ, красиво оттеняющий смуглую кожу. Виджей отнесся к перемене статуса очень ответственно, но даже не предполагал, что испытает такую гордость и удовлетворение, когда они с Ориэль обменялись кольцами. Он воспринимал происходящее как новый старт, суливший долгосрочные и позитивные перемены.
Они вернулись в Тур, в дом Ориэль, сообщили новости ее родителям и позвонили Киран. Рядом с ней был Джалиль. Все с восторгом приняли сообщение о предстоящем рождении ребенка.
— Я стану тетей, — захлопала в ладоши Ки-ран, — мечтаю скорее обнять сестру!
— Разделяю твои чувства, — сказала Ориэль, умоляюще поглядев на Виджея, — но у меня еще остались дела в Нью-Йорке. Мне предстоит встреча со своим агентом. — Она уже предупредила об этом Виджея.
— Но, как же… брат. Мы ждем вас здесь, — расстроилась Киран.
— Я возвращаюсь, — подтвердил Виджей. Он и без того сильно задержался во Франции, в то время как ему следовало заниматься строительством азиатского подразделения компании. Мысль о разлуке с женой тяготила его, но он воспринимал это как испытание, которое им предстояло пройти, чтобы убедиться в верности принятого решения.
— Виджей привезет все документы, связанные с моим удочерением. Может, вам с Джалилем удастся больше разузнать о Гуреше Бакши. Родители здесь тоже предпримут шаги так, чтобы не вызвать подозрения, — обнадежила Ориэль Джалиля.
Стараясь не думать о том, что на следующий день они полетят в разных направлениях, они провели спокойный день, однако ночью их любовные игры были долгими и бурными. Каждый старался запечатлеть свое единоличное право на партнера. Они заснули, когда силы иссякли, но Ориэль снова разбудила его поцелуями среди ночи.
— Что тебя тревожит? — спросил Виджей, когда они удовлетворили страсть.
— Боюсь, что-то случится и я больше тебя не увижу.
— Не бойся, этого не случится. Теперь ты моя жена. — уверил ее Виджей. Ему, как молитву, было необходимо повторять слова «моя жена». — Я найду тебя даже на другом конце света.
— Обещай мне. Я не вынесу одиночества.
На следующий день, возвращаясь домой, Виджей ощущал внутри пустоту еще более глубокую и болезненную, чем после их первой разлуки.
Темное облако тоски накрыло Ориэль в минуту расставания с Виджеем. Необходимость улыбаться превратилась в муку. Жизненные приоритеты изменились, и теперь каждую минуту ее мысли блуждали на другом конце света: она старалась представить, чем занят ее муж.
У нее состоялся долгий разговор с Пейтоном — она рассказала ему все. Он отнесся с пониманием.
— Смысл моей работы заключается в том, чтобы с выгодой для тебя воспользоваться открывшимися обстоятельствами, — заявил он в середине разговора.
— Нет, — твердо возразила Ориэль. — Знаю, сколько дверей может открыть имя знаменитой матери, но я не хочу использовать Лакшми — думаю, ее достаточно эксплуатировали. Моя единственная забота и приоритет на ближайший год — мой ребенок. Отмени все контракты, какие можешь. Даже если мне придется начинать с нуля, когда смогу вернуться к работе.
— Тебе это не грозит, но я тебя услышал и помогу, — обещал Пейтон.
Позже Ориэль позвонила Виджею.
— Похоже, ты расстроена, — заметил он. — Как насчет твоего решения поработать до рождения ребенка? Передумала?
— Думаю, мне стоит остановиться. Тогда я смогу приехать в Индию и обустроиться на месте. Последние годы я провела в непрерывных разъездах.
— Хочешь лучше понять себя, пока Индия не услышала о тебе?
— Именно так. Джалиль что-то новое узнал?
— Моя сестра, гениальный стратег, предложила Джалилю отправить письма людям, работавшим с Лакшми, под предлогом, что хочет сделать биографический фильм о ней. Это займет время, потому что многие вышли на пенсию, уехали, сменили род деятельности, но по мере распространения информации они начнут откликаться.
— Прекрасный план. Сможет ли фонд Лакшми финансировать проект?
— Завтра свяжусь с Джалилем и узнаю.
— Ладно. У меня сейчас встреча со старым другом. Свяжусь с тобой позже…
У дверей ресторана ее ждал седовласый, ухоженный, молодящийся мужчина.
— Не могу поверить своему счастью! — воскликнул он прежде, чем она дала отбой.
Мужчина расцеловал Ориэль в обе щеки. Именно он, Йозеф, первым нанял ее для рекламы в журнале пять лет назад, и Ориэль хотела сама рассказать ему о переменах в жизни.
— Прости, если разочарую тебя, но я оставляю работу модели. Готова оплатить наш обед, если хочешь.
Спустя неделю Ориэль заканчивала утомительную съемку в рекламе лыжной одежды. На следующий день заканчивался контракт, и она могла покинуть Нью-Йорк. А пока она куталась в меховую парку и надеялась, что пот не размажет макияж. Ассистентка заглянула в дверь и сообщила о срочном звонке.
Ориэль забеспокоилась о родителях. Отставив лыжи, она выбралась из искусственного снега и бросилась к телефону.
— Это я, — встревоженно произнес Виджей. — Пейтон едет к тебе с человеком из «ТекСека». Дождись их обязательно. Прессе стало известно, что Лакшми была беременна, когда уезжала в Европу.
— Что? Как?
— Оператор фильма получил запрос Джалиля и решил заработать на информации. Во время съемок последнего мюзикла «Песня моего сердца» накануне отъезда у Лакшми были приступы тошноты на площадке. Распространились слухи о ее беременности от связи с Бакши.
Виджей и Джалиль знали, что предположение об его отцовстве было ложным: анализ ДНК показал у Ориэль сорок процентов скандинавской крови.
— Гуреш сделал заявление?
— Его не могут найти, но Киран разослала запросы. Твое фото уже попало в прессу из-за поразительного внешнего сходства с Лакшми.
— Нет, — ахнула Ориэль, без сил опускаясь на стул. — Как Джалиль?
— Как и я, обеспокоен тем, что они найдут тебя раньше, чем мы сможем обеспечить защиту. Пейтон может отменить последнюю съемку, если захочешь. Мне будет спокойнее, если ты будешь рядом под моей охраной. Или ты вернешься к родителям в шато…
— Нет. Мама отправляется в турне. Еду к тебе.
— Отлично. Я все организую и пришлю сообщение.
— Хорошо. — Ориэль передала телефон ассистентке.
— Все в порядке?
— Нет, — пробормотала Ориэль. — Давайте закончим, что успеем. Мне надо ехать.