Дэни Коллинз – Воскрешенная нежность (страница 16)

— Мой отец был обвинен в коррупции, — резко заявил Виджей. Он был обязан сообщить ей об этом не потому, что они поссорились после того, как сегодня занимались любовью и Ориэль подарила ему на память запонки. Просто он ни на секунду не забывал о том, что камнем лежало на душе. Вероятно, он должен был просветить ее раньше, до того, как сделал предложение.

— Что? — ахнула Ориэль.

— Я стал соучастником, хоть и неумышленно. — Он запустил пальцы в волосы. — Все продолжалось довольно долго. Мне безумно стыдно, но ты должна знать, независимо от того, поженимся мы или нет, потому что у нас будет ребенок.

Опустившись на стул, Ориэль серьезно смотрела на него:

— Рассказывай.

— Я говорил тебе, что подростком лишился родителей.

— И ты воспитывал Киран, да, помню.

— Она была с ними в машине, когда случилась авария. С тех пор она в инвалидном кресле. Упоминаю об этом, только чтобы ты поняла, почему я не замечал очевидного. После смерти бабушки у нас оставался дом, в котором мы выросли. Технически мы оказались на попечении нашей тети, но у нее кроме собственной семьи была успешная врачебная практика в Дели. У нас была прислуга. Официально я считался опекуном Киран. Ей все еще требовалась медицинская помощь и процедуры. Мы скорбели о родителях, но ходили в школу, пытались жить и двигаться дальше. Строительный бизнес отца продолжал работать под началом топ-менеджеров. Я встречался с ними раз или два в год, но не участвовал в управлении и был благодарен, что у нас есть деньги.

— Ты был ребенком, — пыталась оправдать его Ориэль.

— Когда мне исполнилось двадцать два, я начал вникать в дела компании, стараясь понять, откуда берутся большие доходы. — Он ненавидел себя, почему раньше не спохватился. — Скоро я понял, что успех обеспечивался взятками, сговором, иногда угрозами.

— Может, это происки тех, кто управлял компанией после смерти отца?

— Они следовали схеме, которую он создал, когда унаследовал от своего отца несколько разбитых станков. Он подкупал официальных лиц и получал заказы на строительство дорог и мостов. Иногда технологии нарушались. Однажды мост обвалился, но, к счастью, никто не пострадал. Вопрос времени. Размах коррупции был чудовищным.

— Как ты поступил? — Ориэль смотрела на него с ужасом.

— Передал улики полиции. Было произведено расследование, затем аресты. Меня отпустили потому, что я сотрудничал с полицией, но я потерял дом и бизнес — все, что имело ценность. Мои друзья оказались замешаны в делишках отца. Спасаясь, они набросились на меня, опорочили имя. В результате даже родственники, особенно со стороны отца, отвернулись от нас.

— Потому, что ты решил восстановить справедливость? Сочли, что лучше было бы жить на криминальные деньги? — возмутилась Ориэль.

— Именно так. Ведь разоблачение стоило им статуса и работы. Спасибо тебе за поддержку. — Виджей сунул руки в карманы. — Киран единственная согласилась, что я поступил правильно.

Остальные считали, что мне надо было молчать и, при желании, тихо выйти из игры. Нам с сестрой стали угрожать расправой. Тогда Киран разработала систему безопасности, чтобы защитить нас. Многие пытались уничтожить наши достижения, утверждая, что я использую методы отца в продвижении наших разработок. Но мы добились успеха честным путем, — горячо заверил он, — иначе Киллиан, владелец «ТекСека», близко бы не подошел к нам. Я отказался от твоего подарка, Ориэль, не из самолюбия, а потому, что мне совесть не позволяет принять его. Я должен сам заработать.

Какое ужасное предательство! Ориэль всей душой сочувствовала Виджею и Киран, пережившим потерю всего, включая друзей и родственников.

— Попрошу Макса выписать счет, если это важно для тебя.

— Спасибо.

Нервно теребя пояс шелкового халата, Ориэль решительно заявила:

— Не возьму деньги Джалиля. Они не мои…

— Не принимай поспешных решений. — Виджей опустился перед ней на колени и сжал в больших ладонях ее дрожащие пальцы. — Вы решите это с Джалилем между собой. Что касается остального, — он поднял глаза к потолку, — все, что ты наследуешь от своих родителей, принадлежит тебе: я не предлагаю тебе отказаться. Однако, если мы поженимся, люди будут говорить, что я польстился на твои деньги. Меня это будет задевать, и ты знаешь почему. Вот только я знаю себе цену — это существенно.

В нем все было существенно. Если бы не этот фактор, она бы легче могла отказаться от него.

— Ладно. Только не думай, что все сказанное тобой имеет отношение к моему решению принять твое предложение или отказать. Мы едва знакомы, Виджей. Я мечтала выйти замуж… по любви, — призналась она с трудом.

Он не засмеялся, согласно кивнул и поднялся с колен:

— Знаешь ли ты, что примерно девяносто процентов браков в Индии происходят по договоренности? Молодые не очень близко знакомы до свадьбы. Несмотря на это, у нас очень низкий процент разводов. Большинство пар остаются довольны своим союзом. Почему бы не взглянуть на вопрос с этой стороны? Скажи, чего ты ждешь от брака, кроме любви?

— Мне казалось, любовь — это главное. Мои родители очень разные, но любят друг друга, и поэтому у них счастливый брак.

— Не буду обещать тебе любви до гроба. Не уверен, что вообще способен любить. Однако, глядя на твоих родителей со стороны, вижу дружбу, уважение, нежность, преданность. У нас все это может быть.

Казалось, он говорит правильные вещи, но Ориэль мечтала о другом.

— Чего ты хочешь? — спросила Ориэль, запуская пальцы под его рубашку. — Не говори: «стерпится — слюбится». Боюсь, я разочарую тебя.

— Мне нравится твой юмор, — заметил Виджей, поглаживая ее бедра. — Страсти нам не занимать, — кивнул он на смятые простыни.

— Ты не притворяешься?

— Я хочу тебя. Прямо задыхаюсь, когда представляю, как мы занимаемся любовью. — Его рука ласкала ее ягодицы. — Но этого недостаточно. Если не смогу доверять тебе, тогда ничего не выйдет. Доверие дается мне тяжело — нужно время.

После того, что Виджей рассказал ей, Ориэль вполне его понимала.

— Если вспомнить, как начинались наши отношения, мне тоже нелегко поверить тебе.

Виджей кивнул и положил руки ей на бедра:

— К чему мы пришли? Отправишь меня спать в другую комнату?

— Нет. — Ориэль бросила взгляд из-под длинных ресниц. — Мы не научимся доверять друг другу, если будем воздвигать стены.

— Или моря, — добавил он, привлекая ее к себе. — Если хочешь спать, тогда мне лучше уйти.

— Заснем вместе. Если получится.

Утренний подъем дался Ориэль с трудом. Они все-таки поспали, но недолго. Она могла сомневаться в Виджее, но в постели полностью доверилась ему — она чувствовала себя… любимой. Это действовало как наркотик. Тем не менее на душе скребли кошки. Проблемы никуда не делись. Ориэль была беременна от загадочного мужчины, а жизнь дала трещину с появлением биологических родителей. Боясь тошноты, она лишь притронулась к завтраку и нервничала, пока Виджей набирал телефонный номер в Индии.

— Хочешь отложить разговор? — обеспокоенно спросил он.

— Просто очень волнуюсь.

Голос сестры Виджея звучал бодро и весело. Ориэль сразу стало легче. Однако разговор с Джалилем получился хоть и коротким, но очень эмоциональным: она еле сдерживала слезы, а его голос дрожал. Договорились, что Ориэль будет на связи и сообщит, когда будет готова к личной встрече. Закончив беседу, она поплакала в объятиях Виджея, а потом он отвез ее к семейному доктору, подтвердившему беременность. Он нашел ее здоровой, прописал витамины и рекомендовал не переутомляться на работе. Ориэль и сама понимала, что ей придется от многого отказаться.

— Знаю, что не должна столько работать, но мне жаль огромных усилий на продвижение карьеры, — рассуждала она в машине, когда Виджей вез ее домой. — Наступил эффект домино — фишки рушатся одна за другой. Придется просить Пей-тона разорвать мои контракты и объяснить клиентам причину. Многие согласятся принять мою беременность — иногда это даже вписывается в их рекламную кампанию. Однако прежде мне надо рассказать все матери. Она захочет знать, кто отец. — Ориэль повернула к нему голову: — Какие у нас планы? Когда ты сообщишь Киран, она тут же передаст Джалилю. Как он воспримет?

— Будет еще одна фишка домино.

— Нет, не хочу знать, — отвернулась к окну Ориэль.

Свернув с дороги, Виджей остановил машину на берегу реки у заводи, где в тени плакучих ив в воде цвели кувшинки.

— Со временем твоя связь с Лакшми станет известна публике. Мы не можем скрывать это долго, особенно в Индии, где ее лицо очень узнаваемо. Предлагаю опередить сплетни, чтобы держать ситуацию под контролем. Тот факт, что она родила, не будучи замужем, будет широко обсуждаться. Ты готова повторить ее путь?

— Какое это имеет значение в наше время?

— Согласен, — Виджей взял ее за руку, — для многих, но не для всех. Это будет расценено как вызов. Боюсь, пресса захочет раздуть скандал, чтобы поживиться. Не хочу подвергать нашего ребенка такому испытанию.

— Вот черт! В каком ужасном мире мы живем? — Ориэль прижала ладонь ко лбу.

— Пойдем немного прогуляемся. Проветрим голову. Про этот парк говорила твоя кузина?

Воспоминания заставили Ориэль засмеяться. Здесь они играли в старом павильоне в принцессу, которую спасал из заточения принц.

— Расскажи мне, — попросил Виджей, помогая ей выйти из машины.