DeN TaN – Ривалдис: Владыки (страница 5)

Он мог разбудить Малриса посреди ночи, чтобы тот принёс ему воды с другого конца корабля. И неважно, что полный стакан стоял у его кровати.

Келлус лишь неодобрительно цокал языком, наблюдая за издевательствами, но не вмешивался, его лицо оставалось бесстрастным.

Надеюсь, они скоро отстанут и оставят меня одного, – думал Малрис, мечтая об одиночестве.

Такая компания ему точно была не по душе. Он смотрел и на Вайседа, и на Келлуса с глубокой ненавистью. Хотя чаще старался вовсе не обращать на них внимания.

С Вайседом так вести себя удавалось редко: стоило пропустить одно—два его слова мимо ушей – и тут же следовали тумаки и пинки. Малрису было проще сразу выполнить всё, что приказывал тот, кто когда-то считался его близким товарищем.

Три мага отдалились от перешейка всего на несколько миль, а Вайсед постоянно подносил руки ко рту. То ли согревал дыханием, то ли что-то бормотал.

Келлусу тоже было не по себе. Он постоянно ёжился от ледяного ветра, пробиравшего его до костей. Волшебник то и дело доставал свой магический артефакт, чтобы согреться, но даже он не помогал.

А Малрису было тепло. Молодой маг совершенно не ощущал ледяного холода вокруг. Что-то невидимое грело его и придавало сил.

Он смотрел вперёд – туда, где пустая равнина простиралась на многие мили. И это даже успокаивало.

Уединение и одиночество – то, что он так полюбил за последние годы, вновь окружало его.

Вайсед почти не опускал рук от лица, всё время согревая их дыханием и едва слышно бормоча. Келлус съёжился, будто стал меньше ростом, и, стуча зубами, пробормотал:

– Пойдём, Вайсед. Оставим его здесь. Не думал я, что тут настолько холодно.

– Нет, – упрямо шагал вперёд Вайсед. – Вы сами пегедали мне пгиказ Фальгога. Отвести его на пол дня пути и возвгащаться. А мы идём всего лишь час или два.

– Стой, – Келлус переминался с ноги на ногу, отчаянно пытаясь согреться. – Я быстрее него окоченею в этих льдах. Возвращаемся.

– Фальгог сказал вести – я отведу, – Вайсед сузил глаза и не сбавил шага. – Используйте магию, чтобы соггеться. Навегняка себе тоже пгихватили агтефакт в догогу.

– Я истратил уже половину, – взвизгнул Келлус, голос его сорвался на жалобный тон. – Проклятый холод не отступает.

– Я не нагушу пгиказ, – Вайсед упрямо топнул ногой, и снег взметнулся под сапогом. – Чтобы меня… как этого? Чегез неделю сюда же отпгавили? Нет уж, спасибо.

Он молча пнул Малриса по ноге, заставляя продолжать путь.

Келлус жалобно посмотрел на удаляющиеся спины, тяжело вздохнул и поплёлся дальше. Странно, но за время разговора он даже слегка согрелся.

Вновь вокруг звенела тишина и хрустел под ногами снег. Никакие более звуки не нарушали покой.

Кроме очередных причитаний Келлуса.

– Вайсед, подожди! – почти с мольбой выкрикнул он вслед идущему впереди магу. – У меня уже почти не осталось магии. На обратный путь её может не хватить. Я навеки замёрзну в этих проклятых снегах!

Вайседа уже утомили постоянные жалобы. И он, что для него было совсем нехарактерно, сорвался и прикрикнул даже на Келлуса:

– Если замёгз – возвгащайся, – бросил Вайсед, даже не утруждая себя привычным обращением на “Вы”. – Я ещё раз говогю: пока я его не отведу на полдня пути, никуда не вегнусь. Это вы с Фальгогом стагые дгузья.

– Правда? – в глазах Келлуса мелькнула надежда, и он обрадованно подался вперёд. – Ты отведёшь его без меня? Я тогда буду ждать на корабле.

– Я не знаю, зачем ты мне тут нужен, – Вайсед зло ткнул пальцем в спину Малриса. – Этот идёт сам. Магии у него нет. Сил тоже. Что я, один не спгавлюсь, что ли?

– Ну вот и замечательно, – Келлусу даже от одной мысли о возвращении стало теплее. – Ты, я смотрю, совсем не тратил магию своего артефакта. Наложи на меня согревающее заклятье напоследок – и иди сколько нужно.

– Ну вот, сгазу бы так. А то только вгемя тегяем, – недовольно буркнул Вайсед, шепча в Кубок заклятье.

Поток тёплого воздуха окутал Келлуса, и тот торопливо засеменил в обратную сторону.

Вайсед и Малрис остались вдвоём, провожая его взглядом.

Когда он совсем скрылся с глаз, Вайсед окликнул его. Снова не дав молодому магу насладиться тишиной и покоем.

Малрис обернулся, и тогда тот, без тени злобы, протянул:

– Дегжи, – Вайсед сунул магу в руку какой-то предмет.

Малрис обомлел. Несколько раз моргнул, будто проверяя, не обманывают ли его глаза, а затем вскинул взгляд на Вайседа, ожидая подвоха. Тот лишь весело улыбался.

– Что застыл? – расхохотался Вайсед. – Чаша Чистого Льда, утащенная у Фальгога сегодня ночью. В этих кгаях самый нужный для тебя агтефакт.

– Но… как же… – растерянно выдохнул Малрис.

– Надо было как-то избавиться от Келлуса, чтобы он ничего не заподозгил, – простовато пожал плечами Вайсед. – Не обессудь, ничего лучше я не пгидумал. Пгишлось издеваться над тобой.

– Значит, и то, что Келлус так замёрз, тоже твоих рук дело? – удивлённо выдохнул Малрис.

– Ну гук-то вгяд ли, – хихикнул Вайсед. – Хотя гуки пгикгывали, как я шепчу Чаше заклятья, напгавленные на него. И Асфел не сам свалился с жагом.

Он стоял, расплывшись в широчайшей улыбке, протягивая Малрису Чашу на вытянутой руке.

Молодой маг застыл со стеклянными глазами, будто парализованный.

– Но зачем? Почему?.. – еле выдавил он.

– Ты совсем потегял ум со своими опытами? – с оттенком сожаления спросил Вайсед. – Не помнишь, как мы дгужили в унивегситете? Или ты слишком загогдился своими силами и не воспгинимаешь стагых дгузей за говню?

– Нет, ты что. Я…

– Вот тебе и я, – перебил Вайсед, и в его голосе прозвучали нотки разочагования. – А я ведь гадовался за тебя. За твои силы, успехи. Как услышал, чем ты был занят, даже пгостил твою отстганённость. Магия для всех – это великое дело.

– А ты… – голос Вайседа дрогнул, в словах слышались боль и горечь. – Зачем, почему? Тьфу.

Его рука непроизвольно обмякла, но пальцы цепко сжимали Чашу.

Малрис с усилием собрался с мыслями и парировал обвинения:

– Ты слишком убедительно играл свою роль. Я поверил, что ты стал одним из них. Из Ордена, – уточнил он, глядя прямо в глаза Вайседу. Тихо добавил: – Прости меня.

Вайсед потер пальцем переносицу, будто стирая напряжение.

– Ладно, – снова развеселился он. – Тут ты пгав. Ха-ха. Неплохо я над тобой поиздевался.

Он беззлобно ткнул Малриса в плечо, точно как в студенческие годы. Потом пригнулся и слепил большой круглый снежок и метко запустил в молодого мага.

Снежок, угодивший Малрису прямо в голову, начисто выбил из неё все мрачные и глупые мысли. Маг тут же нагнулся, чтобы слепить ответный снаряд, но Вайсед оказался быстрее – новая очередь снежков полетела ему в грудь и плечи.

Малрис почувствовал себя мальчишкой студентом и бросился в ноги Вайседу, пытаясь повалить его в снег. Но тот ловко увернулся, и маг впечатался носом прямо в сугроб.

Смех вырвался сам собой. Было видно, что и Вайседу отчаянно нужна такая разрядка. Они носились по льду, закидывали друг друга снежками, падали и снова вставали. Звонкий хохот разрезал безмолвие ледяной пустоши.

Вряд ли здесь когда-либо прежде было так весело.

Наконец, вдоволь надурачившись, оба мага рухнули на лёд и тяжело перевели дух.

Вайсед достал свой невзрачный кубок и, пробормотав заклятье, заставил одежду тут же высохнуть. По телу сразу разлилось приятное тепло.

– Кубок Устойчивости, – протянул он насмешливо. – Вот кто пгидумывает такие тупые названия? Что он, по-твоему, делает? Помогает не упасть?

Вайсед смотрел на Малриса с надеждой – ждал, что тот подыграет его насмешке.

– Кубки так называет тот, кто их создал, – спокойно начал объяснять Малрис.

Вайсед театрально закатил глаза, а Малрис, словно забыв, с кем говорит, продолжил рассуждать ровным, почти лекционным тоном:

– Стихийных или просто сильных Чаш не так много, чтобы выдавать их каждому магу, покидающему Ксал’Ар.

Он кивнул в сторону Чаши Льда, лежавшей на снегу.

– Вот старые маги и оставляют свои силы в таких вот невзрачных кубках и чашах. Много магии в них не заключить. Как раз для небольших путешествий.