Дэн Браун – Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (страница 654)

Оливия будет здесь с минуты на минуту. Любопытно, согласны? И волнительно. Я поставил на карту все, и если с Оливией не сложится, то я окажусь в весьма затруднительном положении. На самом деле, если все пойдет наперекосяк, книги не будет. Не стану публиковать историю, которая заканчивается тем, что за решетку попадает невиновная. Смотрите лучше тогда документальный фильм американца Дэйва. А я хочу показать вам полную картину. Хелен перепечатает наш с Оливией разговор.

Гектор. Кхе-кхе! Здравствуйте, я хотел сказать.

Оливия. Таксист понятия не имел, куда ехать, улочки такие узкие.

Гектор. Случается сплошь и рядом. Заходите, заходите.

Оливия. Я тут разоделась, конечно, не к месту, просто потом мы с Патриком и близняшками обедаем в Лидсе.

Гектор. Что ж, платье симпатичное, желтое. Присаживайтесь. Дать вам чашечку?

Оливия. Чашечку?..

Гектор. Чашечку чая.

Оливия. Да, конечно. Спасибо. Ваш дом такой… уютный. И живописный.

Гектор. Уверен, по сравнению с вашим особняком в Лондоне он просто крошечный. У вас, наверное, и винный погреб имеется, как в «Кавенгрине»? Я сам-то не любитель, у меня все та же бутылочка красного стоит за хлебницей, припрятана с прошлого года. Ну и конечно, на юге погода намного лучше.

Оливия. Я так удивилась, насколько здесь холоднее, даже летом. Хотя порой стоят ясные дни. Как сегодня.

Гектор. Готов поспорить, вам не терпится вернуться домой.

[Пауза.]

Гектор. Печенье хотите? Это овсяные, «Хобнобс», а эти с шоколадом, цельнозерновые.

Оливия. Нет, спасибо.

Гектор. Знаете, а разговор-то записывается, ничего? Ой, у меня все брюки в крошках.

Оливия. Э-э… ладно… поняла. Это вы о том, что было в суде.

Гектор. Не самый приятный момент в моей жизни.

[Пауза.]

Оливия. Гектор, зачем вы меня позвали?

Гектор. Мне надо вам кое-что рассказать; думаю, вернее, знаю, что это поможет освободить вашу маму.

Оливия. Продолжайте…

Гектор. Вы убили Бруно.

Оливия. Ну хватит об этом. А я-то поверила, что вы узнали что-то по-настоящему важное, что докажет невиновность моей матери.

Гектор. Узнал.

Оливия. Ладно, у вас есть доказательства?

Гектор. Ваша вина – мое доказательство. Оливия, ну же. Почему вы убили Бруно?

Оливия. Я…

Гектор. Оливия, пришло время сказать правду.

Оливия(всхлипывая). Вы не поймете.

Гектор. Мне и не нужно понимать. Но если мы будем действовать сообща, то сумеем освободить вашу мать. Нельзя позволять ей взять вину за ваш проступок. Это неправильно.

Оливия. Я знаю.

Гектор. Расскажете, что произошло?

Оливия. Что ж, хорошо, но, пожалуйста, не осуждайте меня. Все началось пять лет назад. Бруно преподавал у нас в университете. Несмотря на разницу в возрасте, мы подружились – оба обожали классическую поэзию. Дружеские разговоры о поэзии быстро превратились в дружеские посиделки с беседами о поэзии под бокал вина. По четвергам, вечером, мы встречались в крошечном винном баре, где было всего десять стульев и тускло горели лампы. Мы ели картошку фри с трюфельным маслом и пили то, что нам нравилось. Я предпочитала шардоне, а он – пино. Я всегда позволяла ему выбирать вино.

Выпив вина, мы отправлялись в джаз-бар, где растворялись в чувственной мелодии саксофона, глядя друг другу в глаза. Словно электрический разряд по телу. И конечно, он казался мне таким красивым. Мы без конца разговаривали и целовались в уголке джаз-бара. Я пыталась заманить Бруно к себе домой, но он всегда отказывался. Он старался быть дома к десяти. Вместо вечеров у нас были мимолетные встречи в его кабинете, в перерывах между лекциями.

Я знала, что Бруно тогда встречался с женщиной по имени Дебора. Он заверял, что отношения у них несерьезные и жениться на ней он не планирует. Они с Деборой снимали квартиру в Камдене, но по будням почти не пересекались, а выходные проводили с друзьями. Они редко оставались вдвоем, наедине.

У меня тогда никого не было, и, признаюсь, порой я давила на Бруно, чтобы тот бросил Дебору и остался со мной. Но его беспокоила наша разница в возрасте – почти сорок лет. У нас никогда не будет детей, говорил Бруно, а еще он боялся, что однажды мне надоест и я встречу кого-нибудь… Так и случилось.

Мы с Патриком познакомились в банке [название удалено по юридическим причинам], куда оба устроились на работу по окончании университета. Харизматичный, красивый – он мне сразу приглянулся. Но я не спешила бросаться в новые отношения. Я по-прежнему была счастлива с Бруно, пусть он не мог проводить со мной все время. Я заигрывала с Патриком: отвергала ухаживания, но при этом флиртовала с ним напропалую. Он бегал за мной по пятам, как щеночек. Но однажды, примерно через год после нашей встречи, Патрик сказал мне, что встретил кое-кого. До этого я никогда не задумывалась о своих чувствах к нему. Когда требовалось, он всегда был рядом. В тот день я затащила его в архив и поцеловала. Через полгода мы съехались, а еще через год он сделал мне предложение.

Понимаю, что звучит романтично, но просто хочу напомнить, что все это время я была с Бруно. Если честно, наши отношения закончились лишь тогда, когда Патрик сделал мне предложение. Бруно жутко ревновал, пытался вернуть меня… Он все рассказал Деборе и бросил ее. Но было слишком поздно. Я не раз повторяла ему, что все кончено. Но потом мы стали встречаться тайно, пытались как-то подвести итог нашим отношениям, но это всегда заканчивалось поцелуями.

Каждый раз после этого я чувствовала себя такой виноватой. Я действительно хотела провести остаток жизни с Патриком. Все еще хочу. С ним я счастлива. Он из хорошей семьи, мечтает о детях, впереди – успешная карьера. Но мне все равно было так тяжело, ведь, несмотря на все свои достоинства, Патрик – не Бруно.

День свадьбы приближался, и я все больше волновалась из-за ситуации с Бруно. Я перестала отвечать на его звонки и сообщения. Он угрожал, что придет на свадьбу и все выложит Патрику. Я очень переживала, но никому, кроме мамы, ничего не рассказывала. Только она знала, во что я вляпалась.

Мы обе держали ухо востро, когда приехали в «Кавенгрин», ожидая, что в любой момент нагрянет Бруно. Я пыталась выбросить эти мысли из головы, старалась воспринимать его слова как пустые угрозы, не более. Целую неделю я не получала от него вестей и надеялась, что он образумился и успокоился. Утром в день свадьбы я места себе не находила от тревоги. Однако до самого вечера я и понятия не имела, что Бруно уже в отеле.

Незадолго до первого танца с Патриком я получила сообщение от Бруно, в котором он писал, что прибыл в «Кавенгрин» и поселился в седьмом номере. Сказал, что хочет увидеться. Я попросила его подождать. Он пригрозил, что, если я не приду, сорвет свадьбу. Тогда я пообещала, что чуть позже тайком прокрадусь к нему в номер. Дверь на террасу он не запер, чтобы впустить меня.

После… ну, сами понимаете… после первой брачной ночи я накинула халат и выскочила из комнаты, пока Патрик спал. Я вышла на террасу и открыла дверь седьмого номера. Бруно ждал меня внутри с бокалом шампанского. Он поздравил меня, явно в насмешку, и осушил бокал залпом. Помню, как он поморщился от пузырьков.

Мы сели на край кровати; Бруно делал все, чтобы вернуть меня. Он смотрел таким взглядом, что я по глупости позволила ему поцеловать себя. Но я остановила его, пока мы не зашли слишком далеко.

Мне казалось, что Бруно надежный человек, настоящий мужчина, а мой муж, напротив, молодой и неопытный. Бруно умолял меня бежать с ним. Он схватил меня за руку и потянул к двери. Я извернулась и бросилась на террасу. Но тут Бруно подставил ногу, я запнулась и упала. Он перевернул меня и прижал к земле. Я сопротивлялась, но он был слишком силен, так что… я сдалась.

В ту минуту я поняла, что придется действовать иначе. Я сказала, что согласна сбежать, но только если на этот раз все будет правильно. Без Патрика и Деборы. Бруно согласился: он наконец-то получил то, что хотел.

Он поцеловал меня в губы. От поцелуя, последнего, мне стало дурно, но я постаралась не выдать эмоций. На мини-баре лежал нож; я заметила его, когда только вошла в номер. Нож для стейка; очевидно, остался после ужина. Мило улыбаясь Бруно, я подобралась к ножу поближе. Бруно собирал вещи; я схватила нож и спрятала за спину. Бруно раскинул руки, чтобы обнять меня. Он светился от счастья…

Я подошла к нему; чувствовала, как дрожат руки. Понимала, что это мой единственный шанс. Подобралась на удобное расстояние, взмахнула рукой и вонзила нож прямо в сердце. Глаза Бруно расширились, он схватился за грудь; кровь хлынула во все стороны. Я отскочила, чтобы меня не забрызгало. Человек, которого я так любила, упал замертво, и в этот миг мое сердце разбилось.

Нельзя было терять ни минуты. Я схватила Бруно за руки и потащила в ванную. Не знаю, что творилось у меня в голове; возможно, подумала, что если кто-нибудь заглянет в номер, то просто решит, что гость вышел. Потом я взяла айпад и нож и выскочила за дверь.

Вернувшись в номер, я запаниковала. Спустилась на первый этаж, завернула айпад и нож в полотенце и положила в ванну. Потом пробралась в кровать. Именно в этот момент Патрик проснулся, желая продолжения брачной ночи.

Гектор. И на этом все закончилось? Думали, убийство сойдет вам с рук?

Оливия. Надеялась. Рядом храпел Патрик, а я в ту ночь не сомкнула глаз. Все время думала, что будет, если окажусь в тюрьме. Я там не выживу. Особенно с учетом того, как выгляжу и говорю. Решила, что ни за что не отправлюсь туда, поэтому стала продумывать план, как избавиться от орудия убийства.