Дэн Абнетт – Прямое серебро (страница 57)

Однако причина такого выбора, которая не давала ему покоя в течение нескольких дней, была в другом. Гаунт всё хотел рассказать Майло о старой женщине из Адепта Сороритас, которую встретил в забытой лесной часовне. Но всякий раз, как он мысленно представлял, что же будет говорить, это звучало глупо. Он сам не вполне верил в это.

Она сказала, что Майло важен. Не здесь, важен в другом месте. В то же время, это звучало как бред.

Если она ​​вообще была там, подумал Гаунт про себя. Очень уж мифический вид приобрёл в его голове этот инцидент.

Но Ибрам Гаунт прожил достаточно долго, чтобы понять, что галактика движется гораздо более замысловатыми путями, чем можно вообразить. Всю свою жизнь он сталкивается с непостижимыми истинами и их последствиями. Совпадениями. Поворотами судьбы. И эти истины зачастую оказывались таковыми лишь спустя годы.

Зная это, он не мог рисковать. Он не мог рисковать Майло. — Я хочу, чтобы ты выполнил задачу, — сказал он. — Я доверяю тебе. Считайте это проверкой.

— Проверкой, сэр?

— Марой мёртв, Майло. Шестнадцатому взводу нужен новый сержант. Я рассматриваю твою кандидатуру. Выполняй свой долг, и я буду относиться к тебе более серьезно. Набирай свою четвёрку.

Майло пожал плечами. Он был весьма озадачен перспективой повышения по службе и командования взводом. В улье Вервун выбор был между Майло и Баффелсом, и Гаунт отдал командование Баффелсу, исходя из возраста и опыта. Майло был слишком молод. Но с тех пор война состарила его. Так что опыт теперь имелся. Гаунт знал: если он предложит назначение Майло сейчас, отказа не последует. Теперь он был уже не тем мальчишкой. Вервун, Хагия, Фантин и Айэкс Кардинал превратили его в солдата.

— Итак? — напомнил Гаунт. — Твоя четвёрка?

— Мне понадобится снайпер, Несса.

В этом был смысл. Майло и Несса составляли хороший тандем во время рейда в Уранберге.

— Огнемёт для прикрытия туннеля. Дреммонд. А ещё… не знаю. Мосарк? Мкиллиан?

— Забирай их. Окажи честь. Если мы не вернёмся к рассвету, отступайте к окопам, если сможете.

Мой отклик будет - «волынщик», пароль - «мальчик». В противном случае – один длинный сигнал и два коротких. Убедись, что это не мы, прежде чем приказывать Дреммонду поджарить всё туннеле.

Майло кивнул.

— Присматривай за Цвейлом. Он может доставить неприятностей. Считай, что ты получили временное сержантское назначение.

— Спасибо, сэр.

Гаунт улыбнулся и отсалютовал Майло. Майло ответил на жест. — Ты прошёл долгий путь от Танит Магна, Брин. Гордись собой.

— Я горжусь, сэр.

Лаз представлял собой тёмное зловещее пространство. — Чисто? — прошипел Гаунт. Два щелчка в микробусине от Мколла означали «да». — Вперёд, — скомандовал Гаунт.

Группа быстро двигалась по туннелю, Мколл и Домор вели остальных, следом шли Лубба c Хьюланом, а за ними – Гаунт и Бонин.

Вначале проход, вырытый в земле, довольно круто забирал вглубь. Грунт под ногами был как попало утоптан. Но примерно через десять метров пол оказался ровнее и стал выглядел иначе. Туннель был не просто норой. Стены и пол выстилала кладка из щербатого камня, старая, но ровная. Теперь туннель напоминал Гаунту какой-то дренажный коллектор.

Он выглядел слишком основательно, чтобы его имело смысл стоить лишь для скрытной переброски республиканских войск к передовому наблюдательному пункту на мельнице и обратно. Он был старинным. Гаунт решил, что это часть бывшей водопроводной системы мельницы, слив или, наоборот, подвод. Шадикцы расчистили его и стали использовать в своих целях.

Пространство был довольно узким и низким, а мокрые, покрытые слизью камни были скользкими, особенно в кромешной тьме. Они не осмелились использовать фонари, опасаясь выдать своё присутствие. Вместо этого во главу колонны поставили сержанта Домора. «Шогги» Домор потерял зрение на Меназоиде Эпсилон, и глаза ему заменила громоздкая аугметическая оптика, которая делала его похожим на некого пучеглазого земноводного, из-за чего он и получил своё прозвище. Домор переключил оптику в режим ночного видения.

Ещё через двадцать метров туннель снова углубился, на этот раз резко, и им пришлось идти по колено в воде. Каменная кладка была повреждена сильнее. Очевидно, эта часть туннеля просела или обрушилась.

Гаунт снова окинул взглядом колонну своих бойцов. Его глаза постепенно привыкли к полумраку. Он мог различать серо-чёрные фигуры, двигающиеся в темноте, и слышать случайные всплески или скрежет камней. Идти было трудно, и солдаты старались даже дышать тише. К тому же было жарко и не хватало воздуха; все сильно взмокли.

Примерно через триста метров Мколл объявил остановку. Налево уходил вторичный туннель, тоже каменный, из него лилась вода. Все остались ждать, пока главный разведчик не проверит его. Минута. Две. Три.

Затем в микробусине послышалось два щелчка.

Гаунт рискнул шепнуть в микрофон. — Первый – Чётвёртому.

— Четвёртый – Первому, — едва слышно ответил Мколл. — Боковой желоб. Тупик. Обрушение.

Они двинулись дальше. На следующем двухсотметровом отрезке обнаружились ещё три ответвления.

Группа ждала, пока Мколл тщательно проверял каждый из них.

Ещё несколько минут, и Гаунт ощутил прохладное дуновение на лице. Он чувствовал запах воды. Еще через пару шагов он уже мог её слышать. Поток, довольно стремительный.

Туннель расширился, Гаунт не столько увидел, сколько почувствовал пространство перед собой.

— Что-то вроде грота, — сообщил Домор по линку. Внезапно раздался скрежет и тихое проклятие.

— Доложить! — сказал Гаунт.

— Лубба чуть не поскользнулся. Сэр, я думаю, нам придётся идти при свете.

— Путь впереди чист?

— Никаких признаков контакта. Хотя, погодите-ка.

Послышались осторожные шаги ботинок по камню, скрип дерева, а затем на несколько секунд повисла тишина.

— Домор?

— Чисто. Я думаю, нам стоит включить фонари. Иначе кто-нибудь свернёт себе шею.

— Как скажешь, Домор, тебе виднее.

— Сделайте это, сэр.

— Только двое. Хьюлан. Бонин.

Разведчики включили свои фонари. Пятна света, которые те очерчивали во тьме, казались нестерпимо яркими. Они осветили зал, и Гаунт сразу понял, на сколько Домор был прав.

Туннель, которым они следовали, открывался посреди каменной стены глубокого колодца.

Неизвестно насколько он уходил вниз. Узкие каменные ступени без перил вели из туннеля к каменному контрфорсу, где обрезки досок были уложены в качестве моста через промежуток до следующего контрфорса. Оттуда начиналась ещё одна лестница, ведущая к продолжению туннеля. Домор сидел на противоположной стороне, склонившись над ступенями, и смотрел вперёд.

Там не за что было держаться, и все поверхности поросли слизью. Без света многие из них оступились бы на лестнице, а по узкому деревянному настилу и вовсе бы не прошли.

Далеко под ними вода с грохотом падала на дно каменного резервуара.

Держа фонарь, Хьюлан пересёк мост. Он встал у основания лестницы на другой стороне, и стал освещать путь. Бонин ждал с фонарём на своей стороне.

Гаунт и Мколл прошли за Луббой. Гаунт повернулся и дал знак отряду следовать за ними. Он распорядился, чтобы Бонин и Хьюлан двинулись дальше, а каждый следующий, перебравшись, вставал бы на место сошедшего, получая фонарь. Последний забрал оба и выключил их.

Они пробыли под землей около пятидесяти минут и преодолели, по расчетам Мколла, примерно две трети километра, когда начался обстрел.

Сначала это походило на далекий стук, но он нарастал по громкости и темпу, пока земля вокруг них не начала дрожать. Гаунт прикинул, что над их головами должно быть от восьми до двенадцати метров твёрдой породы, но несмотря на это всё сотрясалось. Сверху сыпалась земля и струилась вода, потревоженные деформацией грунта. Время от времени из стен вываливались целые каменные блоки и падали на пол.

Напряжение нарастало. Гаунт чувствовал это. Нетрудно было представить, что произойдет, если тяжелый снаряд упадёт прямо над ними. Их раздавит, они задохнутся и окажутся похоронены заживо. Равно как могли обрушиться стены и свод, так и пол мог просто провалиться под ними.

Они уже видели и то, и другое раньше.

Даже самые уверенные в себе Призраки хотели выбраться из этой потенциальной могилы. Они предпочли бы рискнуть на поверхности. И плевать, что под землёй они могли не бояться взрывов и шрапнели.

Гаунт и сам почувствовал, как подскочил пульс. Клаустрофобия никогда не была его тайным страхом, но здесь и вот так…

Земля содрогнулась от особенно сильного сотрясения. Кто-то в колонне охнул от страха.

— Тихо! — прошипел Гаунт, но быстро понял, насколько глупым был этот комментарий. Если даже здесь стоял такой ощутимый гул, то над землей он был просто оглушительным. Обстрел заглушал любые их звуки. Теперь они могли наступать в два раза быстрее, не беспокоясь о скрытности.

Он отдал приказ, и все продолжили путь по каналу туннеля почти бегом. Над ними продолжали грохотать взрывы.

— Притормозите! — закричал Мколл.

Они заскользили, снизив темп. — Что такое? — спросил Гаунт.

— Вы это слышите?

Гаунт не слышал ничего, кроме взрывов и тяжёлого дыхания людей. — Что?