Дэн Абнетт – Прямое серебро (страница 20)

Сорик моргнул и взглянул на бледное лицо Вивво в полумраке блиндажа на станции 292.

— Что? — кратко спросил он. Но отовсюду слышались раскаты грома и голоса, а маленький походный столик дрожал в такт канонады.

— Гак! — Сорик фыркнул и вскочил на ноги. Как он мог проспать это?

Несмотря на постоянный вой снарядов, он слышал, как от стен блиндажа отскакивают осколки. Кто-то звал врача.

Невысокий, коренастый и седой, он обладал могучим смехом и едким, как кислота, нравом. На Вергхасте Сорик был начальником плавильного завода, во время войны ему пришлось стать командиром отряда, борцом сопротивления. Его подвиги подарили ему шрам вместо одного глаза, хромоту и вечное уважение Вервунцев. Ибрам Гаунт без долгих размышлений назначил Сорика старшим командиром взвода.

За свой крепкий сон ему стоило благодарить своё прошлое, когда он мог вздремнуть, несмотря на грохот плавильных линий. Теперь ценный навык казался обузой.

Он выволок Вивво на улицу, пригибая юношу рукой к земле. Воздух был наполнен плотным клубящимся туманом, от которого они оба кашляли и едва могли дышать. Вокруг не было видно ничего, кроме завихрений пара и резких ярких вспышек. Парапет на 292 был довольно низким и заболоченным; у переднего края образовалось широкое озеро. Падающие в него снаряды поднимали брызги и густой пар.

— Гак! Давай назад, сынок! — Сорик закашлялся и толкнул Вивво обратно в землянку. Некоторое время он стоял в одиночестве, хотя и не мог сказать, насколько он одинок. «В нескольких метрах от нас могут быть люди, — подумал Сорик, - а я даже не могу их разглядеть». Он попытался закричать, но в рот мгновенно набилась грязь, и он снова закашлялся. К тому же непрерывный грохот взрывов полностью заглушил бы его.

Сорик, пошатываясь, вернулся в блиндаж. Вивво стоял на четвереньках, обхватив голову руками, и сплёвывал мутную рвоту.

— Мы умрём, босс! — завопил он.

— Разве мы умерли на Вергхасте?

— Н-нет…

— Тогда я гаково сильно сомневаюсь, что мы подохнем в этой жопе мира. — Сорик сел на холщовый стул. Что-то ткнулось ему в бедро, и в кармане брюк он обнаружил капсулу для сообщений.

Вот только он не мог вспомнить, как положил её в карман.

Он отвинтил латунный колпачок и вытряхнул небольшой свёрток тонкой синей бумаги. Листок из гвардейского пакета на случай непредвиденной ситауции. Такой был у каждого сержанта, хотя из-за наличия вокс-связи они редко требовались. Они нужны были для экстренных случаев, и Сорик был уверен, что не использовал свой с тех пор, как они прибыли. Но когда он огляделся, то увидел, что его пакет лежит на полке блиндажа, бумажная печать сорвана, а верхний листок отсутствует.

Сорик развернул записку. Краткое сообщение было написано карандашом от руки. «Шестнадцатиминутная бомбардировка, затем пехотный штурм с северо-востока, под прикрытием сточного канала».

Он прочёл снова. Пальцы слегка дрожали. Без сомнения, это был его собственный почерк.

Завывающий снаряд снёс третий траверс рядом со станцией 289. Взрывом комья земли, куски дерева и кирпича разбросало по всему окопу. Гаунт упал на землю, увлекая за собой Белтайна, а солдат вокруг них разбросало ударной волной.

Обломки и дождь всё ещё падали на них сверху, но Гаунт поднялся. Он потерял фуражку. Неподалеку жалобно стонал человек.

— Белтайн? — Его адъютант медленно встал на ноги. — С тобой всё в порядке?

— Фес, — проворчал Белтайн, встряхивая левую руку. Большой палец был вывихнут. — Как-то не так было, вроде…

Голос Белтайна стих, когда на полу перед собой он увидел распластавшийся труп рядового Шерика.

Взрывом изуродовало половину головы Шерика, а из груди торчал прошедший насквозь обломок доски. На фоне такого вывихнутый большой палец Белтайна внезапно стал казаться мелочью.

Рядом ещё двое мужчин из пятнадцатого взвода пытались перевязать разорванный живот рядовому Келлу.

Это стонал Келл: обессиленно и монотонно, словно больное животное. Из ярко-красных порезов под чёрным кителем виднелись желтоватые петли кишок.

Сержант Тайсс, обычно веселый командир пятнадцатого взвода, подбежал с одним из своих санитаров. Он сказал Гаунту что-то, чего тот не расслышал из-за грохота бомбардировки. Гаунт отмахнулся и указал на Келла.

Перед началом артобстрела Гаунт находился на станции 289, проводя поверку. Он проклинал необходимость отлучиться. Его собственный взвод, Первый, находился на станции 291 под командованием Каобера. И не было никакой возможности воссоединиться с ним в таких условиях.

Он поднялся на ступень и оглядел линию фронта через бинокль, который ему передал Белтайн.

— Трон Терры… — пробормотал он.

Пустошь стала адом, простиравшимся на всё поле зрения. Полосы дыма, широкие и плотные, как грозовые тучи, нависали над траншеями, загораживая обзор. Взрывы снарядов вспыхивали в дыму, катастрофические и смертоносные. Огромный пожар полыхал в районе 256-ой. 260-ая выглядела так, словно вся была выпотрошена. Заградительный огонь полз дальше в траншеи снабжения и сообщения. Щиты зажглись в тылу, над командными окопами, но сегодня они не были главной мишенью. Сегодня орудия Шадика наносили удары по позициям пехоты. А это могло означать только одно. Обстрел был прелюдией к наступлению.

Раздался свисток. Это был Колеа из-за своего стереоскопа. — Идут! — заорал он.

Криид выскочила из ниши, в которой она укрывалась. Пар и фуцелиновый дым заволокли траншею. Станция 290 получила несколько попаданий в районе её поста, но это не шло ни какое в сравнение с катастрофой, постигшей секцию Мароя.

Она свистнула в свой свисток. — Примкнуть штыки! Приготовиться к обороне! — Ей очень хотелось проверить людей Мароя, но на это не было времени. Вокруг неё солдаты из девятого взвода поднялись на огневую ступень, защёлкивая боевые клинки в проушины на своих лазганах.

Снаряды всё ещё падали. Она не могла поверить в то, что враг решится наступать в таких условиях.

Но она доверяла Голу Колеа. Он никогда не лгал прежде и, тем более, не станет лгать сейчас.

Присев на скользкий от дождя камень ступени, она выглянула через бойницу. Сквозь бурлящий пар она увидела фигуры, которые торопливо бежали вперёд, размахивая оружием. Мколл проинструктировал весь Первый. Не подпускайте их близко, иначе полетят бомбы. Взрывчатка – это их пропуск в окопы.

Но пружинная катапульта или пневматический миномет могут доставить заряд намного дальше, чем человек.

— Хартвиг! Цельтесь по склонам прямо сейчас!

— Есть, мэм!

На фоне бомбардировки их слабый заградительный огонь поначалу казался неэффективным. Зарещали пружины катапульт и грянули минометы. Из-за парапета роем взлетели лёгкие боеприпасы.

— Так держать! — крикнула Тона Криид. Она рискнула ещё раз высунуться и увидела приближающуюся линию солдат Шадика, которые по-прежнему были всего лишь силуэтами в тумане.

Многие оказались контужены или подброшены в воздух, когда на них упали фугасы и мины.

Она перевела взгляд в траншею. Девятый взвод был готов. Она увидела, как Врил сплюнул и размял шею. Она увидела, как Джайхо вытер цевьё лазгана о полу плаща. Она увидела Нессу, стоявшую как статуя со своим лонг-лазом. Волосы Нессы до сих пор были как у мальчишки из-за короткой стрижки перед миссией, которую она выполнила ещё на Фантине. С некоторых ракурсов её можно было принять за одного из юнцов. Одного солдата – Криид решила, что это был Субено – рвало от напряжения, но он всё равно стоял на месте.

— "Прямое серебро"! — проревела Криид. — Все на ступень, огонь по необходимости! — Её первый боевой приказ отряду.

Солдаты Девятого как один поднялись и поставили лазганы на парапет. Они начали стрелять, сметая ближайших штурмовиков Шадика, пока над ними летели заряды, выпущенные из миномётных окопов Хартвига.

Криид пыталась найти цель, но это было всё равно, что целиться сквозь мутную воду, таким плотным был дым, заволакивающий пустошь. Внезапно из него вынырнул налётчик в кольчужном шлеме, раскручивая бомбу для броска, и Тона зажала курок. Рядом с ней ДаФельбе тоже заметил его, и они одновременно прикончили налетчика. Взрывчатка улетела в сторону и взорвалась.

Враги всё прибывали, приближаясь к траншее. Некоторые передвигались группами, скрываясь за импровизированными штурмовыми щитами из досок. Криид пять раз выстрелила по одному них, но тот не поддался. Группа была всего в шести метрах от парапета, когда струи жидкого пламени окатили щит сверху донизу, превратив нападавших в визжащую смесь огня и скорченных человеческих факелов.

Лубба снова пыхнул огнемётом, встав в непосредственной близости. Криид отчётливо слышала щелчки и бульканье в баллонах, несмотря на яростный грохот снарядов. Взводное орудие поддержки прострочило трассерами грязный склон. Фигуры затряслись и задёргались. Некоторые повисли на проволоке.

В ответ посыпались ручные бомбы. Криид пришлось быстро пригнуться, потому что одна из них упала прямо под парапетом. ДаФельбе свалился со ступеньки, схватившись за правую щёку там, где осколок прошил ему челюсть.

— Медик! — крикнула Криид и продолжила стрелять. Теперь враги были чертовски близко, и, несмотря ни на что, их было чертовски много.

Брин Майло, самый молодой из Призраков, находился рядом со своим взводным сержантом, когда налетчики спрыгнули в окоп. Один пролетел над головой Майло и упал, грузно приземлившись на настил. Сержант Домор повернулся и застрелил его на месте.