Дэн Абнетт – Прямое серебро (страница 14)
— Этот Нейлландс будет передавать приказы от командования области/сектора?
Конечно, в том случае, если Вы не сможете получить их сами… если, скажем, нарушится вокс-сообщение.
— Что, если Нейлландс не сможет получать приказы из области/сектора… в случае, например, отказа его собственного вокса? Я подчиняюсь ему?
Анкре пожал плечами, как будто всё ещё не понимал, в чём проблема. — Да, как я и сказал…
— Я Вас слышал, полковник. Я просто не могу в это поверить. Вы говорите, что при определённых обстоятельствах, а если говорить по существу, то наиболее вероятных обстоятельствах, я должен подчиняться младшему по званию? Подразумевается, что я передам командование… свой полк… в его руки?
Анкре нахмурился. — Дайте мне Общую Книгу Приказов, — сказал он своему помощнику. Через несколько секунд мужчина вернулся, держа в руках толстую папку с красной перевязью, на которой был штамп Альянса и пометка «Высшая секретность — уничтожить в случае опасности». Анкре пролистал её. Гаунт заметил, что большинство страниц были машинописными вставками, вклеенными или подшитыми. — Верховный главнокомандующий описал эту ситуацию чёрным по белому, — сказал он раздражённо. — Его рабочая группа по тактическому планированию внесла коррективы, как только мы узнали о вашем прибытии. Вот… порядок подчинения, как я уже упоминал.
— Дайте взглянуть, — потребовал Гаунт. Анкре, казалось, не хотел отпускать книгу, но поколебавшись всё же передал её. Гаунт пробежал глазами плохо пропечатанный перечень приказов. — Тут ничего не говорится о нашем положении.
— Никаких подробностей. Здесь просто сказано, что мы должны отвечать перед старшим офицером того сектора, в который нас направляют…
— И это генерал Харгюнтен.
— И во вторую очередь — старшему линейному офицеру Альянса.
— Именно так я и сказал. Старший офицер Альянса в вашем районе — майор Нейлландс из Фейнстерских Горцев.
Гаунт покачал головой. — Я так не думаю. Я думаю, что майор Нейлландс должен находиться у меня в подчинении. В случае потери связи с областью/сектором это будет наилучшим решением.
— Что ж, это прискорбно, — сказал Анкре. — Вы, кажется, игнорируете слово «Альянс». Вы должны подчиняться командованию Альянса. Верховный главнокомандующий просто следует воле Верховного Сезара. Он ясно дал понять, что силы Альянса Айэкса должны по-прежнему вести эту войну. Если это означает, что Вы должны проглотить свою гордость и подчиняться майору, то так тому и быть. Вас послали сюда, чтобы сражаться за Альянс.
— Я пришёл сюда сражаться за Императора, — прошипел Гаунт. — Мы вместе воюем против Шадик. Мы, Гвардия, теперь часть Альянса.
— Технически – нет, — сказал Анкре, вынимая папку из рук Гаунта и перелистывая на другую страницу. — Вот. Тут довольно специфично. Имперская экспедиция называется «вспомогательными силами».
Он закрыл папку и улыбнулся, как бы намекая, что выиграл эту короткую дискуссию. Гаунт знал, что спорить с ним абсолютно бессмысленно. Он и раньше встречал людей вроде Анкре. Это было выше его понимания.
Гаунт повернулся к карте и не без труда нашёл станции, перечисленные Анкре. — Тут проходит линия фронта?
— Да.
— Мои люди – лёгкая пехота, специализирующаяся на тайных операциях. Бросить их туда означает растратить попусту их возможности.
— Мы не можем позволить себе роскошь выбора. Станции с 287 по 311 были захвачены вчера ночью противником, что стало крупнейшим прорывом на линии Пейнфорк. Враг был оттеснён, но в этом районе необходимо подкрепление. Жизненно необходимо. Бригада крассианцев выдвинется вперёд, чтобы занять станции с 296 по 311, к северу от вас.
— Я повторяю свой протест.
— Вы боитесь, что Ваши люди не смогут удержать окоп?
Гаунт снял кепку и перчатки, положив их на край картографического стола. Это действие дало ему несколько секунд, чтобы глубоко вздохнуть и унять свою ярость.
— Я ничего не боюсь, кроме глупости и ограниченности системы высшего командования, — ответил он.
Анкре отступил на шаг и вызывающе слегка склонил голову. — Верховный главнокомандующий выбрал танитцев на эту роль исключительно на основании положительного впечатления, которое сложилось о вашей разведывательной группе, благодаря их действиям прошлой ночью. Сегодня с утра об этом говорит весь 55-й сектор. Горстка людей, но они переломили положение на станции 143. Такие умения видятся командующему крайне нужными на фронте, особенно на слабом и уязвимом его участке.
— И это несмотря на то, что мы всего лишь вспомогательные силы?
Анкре вернул папку ожидающему помощнику. — Думаю, мы закончили, полковник-комиссар, — заключил он.
— Мне нужны копии полевых сводок, — сказал Гаунт.
— Зачем? — спросил Анкре, теперь явно теряя терпение.
Гаунт взял в руки выданную ему бумажку с картой местности. — Потому что это показывает только мою непосредственную позицию.
— В смысле?
— Как я могу оптимально распоряжаться войсками, если вижу на карте лишь клочок земли, где и так нахожусь? Как я могу оценить поле боя в целом?
— В этом нет необходимости. У Вас есть конкретная обязанность. Это то, что Вы должны выполнить. Это всё, что Вам должно быть интересно.
Гаунт засунул карту и информационный планшет в карман шинели и снова надел перчатки и фуражку. — Не могу поверить, что в наши дни Вы до сих пор ведёте войны таким образом, — сказал он. — Вы никогда не читали Махария? Солона? Слайдо?
— Никого из этих прекрасных воинов нет на Айэксе, — ответил Анкре.
— Весьма прискорбно, — отрезал Гаунт. Он зашагал прочь, затем повернулся и посмотрел на Анкре. — Я мобилизую свои войска. Но они и шагу не сделают, пока я не встречусь с командующим Альянса, любым командующим Альянса, который сможет подтвердить эти приказы более подобающим образом, нежели Вы. Поспособствуйте этому, полковник. И как можно скорее.
Взгляд Анкре был убийственным. — Это равносильно неповиновению. Я мог бы Вас…
— Совет, — резко возразил Гаунт. — Ты никогда больше не станешь говорить со мной таким тоном. А теперь прикуси язык и найди для меня кого-нибудь более полезного, чем ты сам. И не смей мне угрожать. Всё ясно?
Анкре ничего не сказал. Весь оперативный штаб погрузился в тишину. Гаунт развернулся спиной ко всем присутствующим и вышел.
— Сделай мне одолжение, — вздохнул Дорден, — не дёргайся, а?
Рядовой Каобер пожал плечами. — Мне паршиво, как обваренному шогги, док, — простонал он.
— Ты уже большой мальчик. Заткнись. Ты видишь, чтоб Вен суетился? Вот и ты сиди смирно. Он истекает кровью, как подстреленный кабан, но слышим ли мы хныканье? Отнюдь. Так что заткнись.
Каобер вздохнул и стиснул зубы. Он сидел на деревянном столе в полевом медпункте Призраков, посреди заброшенной шерстяной фабрики на южной окраине Ронфорка. Фабрика была большой и старой. Её построили из твёрдого чёрного камня поперёк русла бурного потока, который когда-то использовался рабочими для промывания шерсти от ланолина. Воздух тут был затхлым и прогорклым, а все поверхности были липкими от жира. Санитары предложили отчистить тут всё щётками, но Дорден решил, что они пробудут здесь недостаточно долго, чтобы это стоило подобных усилий. Лучи полуденного солнца, резкие и жёлтые, проникали сквозь вентиляционные панели высокой черепичной крыши, наполняя зал болезненным светом. Большая часть фабричного оборудования давно была вывезена, но крошечные клочки шерсти до сих пор торчали из щелей в балках и покрывали неровности каменной кладки.
Группа Мколла вернулась в Ронфорк в 11.30 тем же утром. Мколл, Каобер и Мквеннер немедленно явились в медпункт. Дорден возился с вывихнутой лодыжкой Каобера, пока Лесп перевязывал раненное ухо Мквеннера. Мколл сказал, что его собственные травмы могут подождать. В соседнем цехе фабрики находился крассианский медпункт, и оттуда доносились голоса солдат, выстроившихся в очередь за прививками.
— Как опять это случилось? — спросил Дорден, осматривая голую ногу и лодыжку разведчика. Кожа была отёчной и лиловой из-за гематомы.
— Мне… а-ауу …наступили. Была драка.
— Мколл что-то такое упоминал, да. Хорошая?
— Можно и так сказать. Сам знаешь.
Дорден взглянул на Каобера. — Вообще-то нет, не знаю. Расскажи. Позволь мне проникнуться твоей бравадой на этой войне, пока я стою в сторонке и вожусь с повязками.
— Произошла драка. Оуу! Драка. В окопе. Пришли враги, и мы с ними сражались. У меня… аау! …моя лодыжка встала на место.
Каобер замялся, и его голос затих. Он был прекрасным разведчиком, но его способности рассказывать истории оставляли желать лучшего.
Дорден продолжал туго наматывать бинты на лодыжку Каобера. — Кто-нибудь меня проинформирует. Вен?
Мквеннер поднял глаза, его ухо было заткнуто марлей. — Пардон?
Дорден засмеялся, как и все остальные: Лесп, полоща руки в жестяной миске, Чайкер и Фоскин перебирая хирургические инструменты. Даже Мколл, сидя на стуле в углу.
— Что смешного? Я не слышу, — прорычал Мквеннер. Смех прекратился. Никто не хотел, чтобы Мквеннер подумал, что кто-то издевается над ним. Мквеннер был одним из тех Призраков, уважение к которым не пропадало ни на секунду.
— Когда начался обстрел, они отправили на линию траншей рейдеров, — сказал Мколл, вставая. Дорден с первого взгляда мог сказать, что его движения были скованными. — Началась неразбериха. Местные были совершенно не готовы.