Дэн Абнетт – Оружие Танита (ЛП) (страница 72)
- Это ваш план? – спросил Унтеррио.
- Да, фес, это он, - сказал Варл. – Всем всё ясно?
- Что, если они обнаружат нас до того, как мы достигнем поворота? – спросила Джагди.
- Ладно… - сказал Варл. – Мы всё равно вырвемся из колонны. Летите прямо в дом.
- Что?
- Я зарядил разрывные. Я проделаю дыру. Мы попадём в здание, а там бросим машину и скроемся. Хорошо? Ясно?
Колонна машин проползла вперёд. Воздух помутнел от выхлопных газов и шума дюжин двигателей. Аэроспидер прожужжал над головой, пролетев над колонной.
Непонятные распоряжения прогремели из громкоговорителей на контрольном пункте.
- Пешие солдаты! – резко прошептал Бонин.
- Где? – спросил Варл.
- Идут по колонне в нашу сторону. По разделительной полосе. Тут, на отбойнике.
- О, фес.
- Они проверяют бумаги, - сказала Джагди.
Она стянула перчатки, вытерла вспотевшие руки о китель, и схватилась за руль и дроссельный рычаг, напряжённая, наготове.
- Ждите их. Ждите их, - сказал Варл.
Бэнда, Вадим и Унтеррио прижали приклады своего оружия к плечам. Бонин положил лазпистолет на колени.
- Может, они не пойдут так далеко, - с надеждой прошептала Бэнда.
Машины вновь продвинулись вперёд ещё на несколько метров. Офицер Кровавого Пакта, стоявший на отбойнике посередине дороги, махнул трём грузовикам прямо перед ними светящимся жезлом.
Затем он вышел на дорогу перед ними и поднял руку.
- Блин! – сказала Джагди.
Ещё четверо солдат Кровавого Пакта и погонщик рабов со сворой ненавистных псов подошли за спиной у офицера. Он пошёл по направлению к грузовику.
- Мы попали, - объявил Бонин.
- Знаю! – сказал Варл. – Выжидаем до последнего…
Офицер встал на подножку кабины и заглянул внутрь. Они почувствовали вонь его тела и увидели его маленькие красные глаза через прорези в маске. Он начал спрашивать что-то на языке, которого они не понимали, и остановился, когда увидел Бонина и Джагди в имперской форме.
- Поехали! - сказал Бонин, и прострелил офицеру голову из лазпистолета.
Джагди вывела грузовик из колонны, рванув так резко, что Унтеррио сбило с ног в кузове. Летящий грузовик с гудением пересек дорогу по направлению к дому, под крики, шум сирен и выстрелов, гремевших ему вслед. Плотный обстрел из аэроспидера выбивал столбики асфальтной пыли из дорожного покрытия.
- Варл! – закричала Джагди.
Фасад дома приближался очень быстро.
Варл откинул тент и встал, чтобы вести огонь поверх кабины. Он с трудом упёрся. Они должны были врезаться в стену через считанные секунды.
Он выстрелил из У-90 и произвёл серию взрывов, вспыхнувших огненным шаром и обрушивших фасад первого этажа вовнутрь.
Они прошли сквозь дыру.
Практически.
Варл едва успел вновь укрыться, когда нависавший обломок зацепился за тент нёсшейся машины и полностью сорвал его. Это также сорвало переднюю и искорёжило заднюю часть. Левую заднюю двигательную установку срезало о торчавшую металлическую балку, и значительную часть днища грузовика разорвало на куски.
Первый этаж дома представлял собой громадное открытое место, используемое под склад и практически пустое, не считая квадратных рокритовых опор сечением в метр через каждые тридцать шагов.
Подбитая машина влетела на склад практически боком. Она ударилась о пол с неистовой силой, отскочила под действием неумолимой инерции и ударилась снова, с визгом скользя по полу, высекая снопы искр и раздробленного в крошку металла.
Машина врезалась передней частью в первую опору с такой силой, что оторвалась от пола, затем упала и осталась смятой и дымящейся, повернувшись в ту сторону, откуда они прибыли.
Варла и Бэнду вышвырнуло, и они лежали без сознания на полу неподалёку. Унтеррио встал на ноги и пытался поднять Вадима. Юный вервунец ударился головой и отключился.
- Давай! Давай! – кричал Унтеррио.
Бонин очнулся. Он свисал из разломанной кабины. Ему потребовался миг, чтобы сообразить, что происходит. Он слышал крики Унтеррио.
Джагди, спасённая ремнём безопасности, была жива, но в полубессознательном состоянии. Бонин с трудом отстегнул её ремень и начал вытаскивать наружу.
Мощные прожекторы пробивались внутрь через окна и пролом в стене. Подсвеченные ими, в помещение вбегали какие-то фигуры.
Унтеррио выскочил из грузовика и открыл огонь из лаз-карабина.
- Бонин! Вытащи их! Вытащи их! – кричал он.
Бонин пытался сообразить, как он мог куда-либо вытащить четырех человек в полубессознательном состоянии. Бэнда шаталась, рыдая от ярости и боли, сжав сломанное запястье.
Джагди внезапно открыла глаза и смущенно посмотрела на Бонина.
- Я продолжаю терпеть крушения, - слабо сказала она. – Мне это не нравится.
- Джагди!
Она вновь потеряла сознание, но сначала успела пробормотать:
- Я чую… молоко. Бонин, я чую молоко и мяту…
Взревел игольчатый бластер, и дерзкое сопротивление Унтеррио подошло к внезапному, взрывному концу.
Что-то маленькое, твёрдое и металлическое упало рядом с Бонином и быстро пронеслось к остальным.
На секунду ему показалось, что это граната, но затем он понял, что это синаптическая мина.
- Бежим! – взвыл он, несмотря на то, что никто в их нынешнем состоянии не был способен подчиниться.
Мина исчезла в безмолвной вспышке, словно падающая звезда, на миг ярко вспыхнула и затем погасла.
Теряя сознание, парализованный Бонин знал, что его счастливая звезда, наконец, тоже погасла.
Глава пятая
Полночь 225-го. Объединённые силы операции «Грозовой фронт» начали покидать Сиренхольм, выстраиваясь в колонны в ночи, направляясь на Уранберг.
Громадные волны бомбардировщиков вышли первыми в сопровождении перехватчиков. Ночь была ясной, и из кабин «Магогов» экипажам казалось, что они были частью новых созвездий, всходивших над городом.
Дирижабли, которые должны были переправить основные силы армии, начали отбывать, скользя в холодном ночном воздухе вслед за бомбардировщиками, их винты рубили воздух. Суда «Зефир», «Эол» и «Разящий», нагруженные крассианскими и урдешскими пехотными полками, отправились в дальний путь, навстречу штурму главных воздушных причалов и комплекса аэродромов Уранберга.
Призраки располагались на борту «Нимба» в составе группы из шести дирижаблей, несущих основные силы штурма: танитцев, фэнтинцев и урдешцев – к южной окраине Уранберга.
День наступления. К следующему утру разверзнется настоящий ад.
Гаунт в последний раз проверил назначенные к передаче приказы, подписал их и протянул Белтайну, который поспешил унести их Ван Войтцу. Роун, Даур, Харк и другие старшие офицеры ожидали его за порогом кабинета. Он встал, надел фуражку, и возглавил группу танитских командиров на пути к главной войсковой палубе. Ещё ни слова не было слышно ни от одного из отрядов «Ларисель». Он гадал, сколько из них всё ещё могло остаться в живых.
На громадной войсковой палубе тысячи готовых к битве Призраков молились вместе с айятани Цвейлом.
Цвейл увидел подходивших офицеров, и окончил чтение из «Проповедей святой Саббат». Он закрыл старую книгу и разгладил одеяние.
- Позвольте мне сказать в конце, - обратился он громко и непринуждённо. – Всем вам, чтобы вы знали это и хранили в своём сердце, невзирая на опасность, с которой столкнётесь. И позвольте сказать мне это сейчас, прежде чем скажет он, - Цвейл просто указал на Гаунта большим пальцем, и смех прокатился по рядам. – Император защитит. Знайте это, помните об этом, и Он защитит.