Дэн Абнетт – Магос: Архивы Грегора Эйзенхорна (страница 32)

— Убила? Я думаю, уважаемый, у вас что-то не то с головой. Оставьте ее в покое, вы поняли?

Эндор снова кивнул:

— Я вас услышал.

После завтрака он зашел в бар на Калиопе и купил амасека, чтобы не замерзнуть. На улице шел дождь со снегом. Он прочел еще несколько страниц. У Малико, да проклянет его Трон, был неплохой стиль.

Тит оторвал взгляд от книги. На другой стороне улицы, наполовину скрытый за пеленой дождя, стоял долговязый человек в черном — плаще и шляпе с высокой тульей — и наблюдал за ним.

Эндор отвлекся на несколько секунд, чтобы оплатить счет. Когда он поднялся из-за стола, долговязый тип в шляпе куда-то исчез.

— Сколько? — спросил Эндор.

— Четыре кроны, — ответил адепт.

— А если мне нужно сегодня вечером?

— Двадцать крон.

Эндор показал ему розетту, но адепта, судя по всему, это не впечатлило.

— Двадцать крон, — повторил он.

Тит отдал деньги и зуб из подвески Миры.

— Мне нужно знать, что это такое, сегодня вечером. Без вариантов.

Адепт кивнул.

Эндор покинул лавку алхимика и погрузился в холод местных улиц. Дождь постепенно превращался в снег. Ветер носил белые крупицы по тротуару Тит поднял воротник, склонил голову и двинулся вперед.

Дорога привела его к Театрикале, серой и тусклой при свете дня. Эндор вошел. Уборщики драили мраморный пол и вытряхивали в мешки содержимое мусорных корзин.

— Мы закрыты, — сообщил администратор, подходя к Эндору. — Касса открывается в шесть.

Тит смерил его взглядом и представился:

— Моя фамилия — Эндор, и я — инквизитор Святых ордосов, — представился он.

На этот раз он решил не показывать розетту. Похоже, она больше ни на кого не оказывала влияния.

— Прошу прощения, сударь, — ответил администратор.

— Я тебя знаю? — спросил Эндор.

— Не думаю, сударь.

Работник Театрикалы был долговяз.

— У тебя нет черной шляпы с высокой тульей?

— Нет, сударь.

— У вас здесь работает танцовщица по имени Мира Залид. Я бы хотел осмотреть ее гримерную.

— У нас так не принято, сударь, — ответил администратор.

— О, прошу прощения, — улыбнулся Эндор. — Я думал, я уже сказал, что я — инквизитор.

— Здесь они все переодеваются, — сказал работник театра.

Эндор вошел в комнату и включил свет. Администратор остался снаружи.

В низком и длинном помещении вдоль стен стояли грязные зеркала, у двери — корзины, набитые грязным бельем. На перекладине висели белые полупрозрачные платья. На столах у зеркал лежали булавки, катушки ниток и наперстки. Тут же были горшочки с гримом, румянами и пудрой. В помещении пахло косметикой, потом и дымом.

— Где ее место? — спросил Эндор.

— Понятия не имею, инквизитор, — ответил администратор.

— Правда?

— Возможно, слева, третье зеркало. Вечером здесь трудно что-то разобрать.

Эндор прошагал к указанному месту, уселся на стул и посмотрел на свое отражение в грязном зеркале. Застоявшийся запах духов буквально валил с ног. В стакане под левой рукой были окурки от палочек лхо. Помадой в нижнем правом углу зеркала кто-то написал: «Удачи, Мира XXX Лило».

Тит открыл небольшой шкафчик. Он был полон крови. Эндор тут же захлопнул его, стараясь не расплескать ничего себе на колени.

— Можно оставить меня на минутку? — попросил он.

— Мне правда нельзя… — начал было администратор.

— Инквизитор! Инквизитор! — зарычал Эндор.

— Я подожду снаружи, — сказал работник Театрикалы и закрыл дверь.

Тит Эндор аккуратно открыл ящичек. Там не было никакой крови. Ящик оказался доверху набит темными розовыми лепестками. Он рассмеялся. Лепестки были такими же черно-красными, как залы Театрикалы.

Он погрузил в них обе руки. Лепестки казались такими же холодными и мягкими, как снежинки или сомнительные улики. Наконец он нашел нож. Обоюдоострый и грязный. Эндор понюхал клинок. Кровь. Без сомнений, та же, что в ванной в восемьсот семидесятой квартире в Арбогане. Тит откинулся на спинку стула и вытащил пикт из кармана. Шаги танца, говорите? Разметка для тренировки? Ну конечно, нет.

Эндор решил, что нужно поручить Либструму заняться исследованием Числа Погибели. Надо раздобыть информацию. Нельзя относиться к Числу Погибели легкомысленно. Много лет назад было дело, один старый дурень…

Тит задумался: куда же подевался Либструм? Он уже много дней не видел своего дознавателя.

Снова погрузив руку в лепестки, Тит нащупал небольшой прямоугольный предмет. Визитная карточка. На одной стороне была надпись «Клотен и Сыновья, погребальные работы и прощальные ритуалы». Там же были адрес и номер вокс-связи.

С другой стороны красовалась надпись от руки: «Господин Тит, вам нужно закончить дела с этими людьми. Номер заказа — 87». Эндор подумал, что если четыреста тридцать пять поделить на восемьдесят семь, то выйдет пять.

— Уважаемый? — позвал Эндор.

Администратор открыл дверь и заглянул в гримерную:

— Сударь?

— Каковы мои шансы найти здесь что-нибудь выпить?

«Клотен и сыновья» расположились в мрачном оуслитовом здании в самом конце улицы Лимналя. В заснеженном дворе здания стояли блестящие длинные катафалки. Когда Эндор вошел, где-то зазвенел колокольчик.

— Могу я вам чем-то помочь? — спросил тучный молодой человек в траурном одеянии.

— Нет, не можете, — ответил Эндор. — Зато он может.

Тит указал на высокого стройного мужчину, стоявшего в дальнем конце небольшого цеха, пропахшего плесенью, среди рулонов темного бархата и штабелей самфорового дерева.

— Мастер Клотен! — позвал толстяк. — Это к вам.

Мастер Клотен вышел к Эндору. Даже без черной шляпы с высокой тульей не узнать его было невозможно. Именно такое жесткое и бледное лицо ожидаешь увидеть у человека, всю жизнь проработавшего гробовщиком.

— Что я могу для вас сделать, сударь? — спросил он.

— Заказ номер восемьдесят семь.

Клотен начал листать толстый гроссбух, но Эндор понял, что гробовщик и так знает, о чем речь.

— Да, конечно. Все оплачено. Гроб из налового дерева и забронированный участок на муниципальном кладбище. Надпись на надгробии уже готова. Восемнадцать плакальщиков. Два наших самых печальных мальчика уже готовы. Экипаж, запряженный лошадьми. Пышные венки. Два гимна уже выбраны и утверждены. Их будет петь приглашенный хор из Театрикалы. Вроде бы все в порядке.

— Хорошо, — кивнул Эндор. — И все оплачено?

— Именно так.