Дэн Абнетт – Легион (страница 19)
— Кто-нибудь? — спросил Наматжира.
В помещении находились около сотни офицеров и уксоров, командующих войсками, расположенными в Мон-Ло. Две дюжины уксоров, представлявших Гено пять-два, стояли среди офицеров Занзибарского Хорта, Шестого Потока Полумесяца Синда, Аутремаров и командиров поддерживающих отрядов. Никто не рискнул ответить.
Хонен My внимательно наблюдала за лордом-командиром из-за спин собравшихся. Она прибыла в Мон-Ло всего день назад вместе со своими войсками, завершившими осаду Тель-Утана. Хонен была рада, что Наматжира не направил свой гнев на нее. То, что случилось в Мон-Ло, не было ее виной.
Она пожалела Нитина Дева. Генерал Занзибарского Хорта и отличный воин, Дев был одним из полевых командиров в Мон-Ло.
Наматжира взглянул прямо на него.
— Генерал? Вам есть что сказать?
Лорд-командир Тенг Наматжира редко посещал поле боя лично, разве только для того, чтобы присоединиться к празднованиям в честь приведения к Согласию. Обычно он следил за ходом кампании с орбиты. Должны были найтись очень веские причины, чтобы лорд-командир спустился на планету, рискуя собой.
— Нет, мой господин, — ответил Дев. — Мне нечего сказать.
— Неужели?
— Да. Мне нечего добавить к тому, что вы уже знаете.
Хонен My бросила на Дева восхищенный взгляд. Ей не раз приходилось видеть, как офицеры лебезят, лицемерят и извиваются перед начальством, когда требуется отвечать за ошибки. Дев не делал попыток отвертеться.
Наматжира пристально смотрел на генерала. Дев стоял ровно, его глаза были так же черны, как и шлем на его голове. Дев слегка потянул эфес сабли правой рукой, левой придерживая ножны. Он замер, демонстрируя, что готов при малейшем кивке Наматжиры обнажить оружие, соглашаясь со своим позором, и лишиться звания.
— Хорошо. Возможно, позже, генерал, — мягко произнес Наматжира.
Дев задвинул клинок обратно в ножны. Лорд-командир сделал несколько шагов, и офицеры расступились, пропуская его. Наматжира направился к окнам в торце зала. Его Люциферы следовали за ним.
— Восемь месяцев, — произнес Наматжира на ходу. — Восемь месяцев мы пытаемся покорить этот мир, и до сих пор эти колдуны сопротивляются. Я думал, что мы наконец сдвинулись с мертвой точки, когда пал Тель-Утан. Мне казалось, что мы вот-вот вырвем у них победу. Но напрасно. Мы сделали шаг назад. Нет, дюжину шагов. Такое ощущение, что эта война только начинается, хотя она уже обошлась нам слишком дорого. Слишком много крови и времени. Они же варвары! На такую кампанию достаточно двух недель!
Он резко остановился. Черные Люциферы за его спиной тоже замерли. Наматжира обвел взглядом всех присутствующих.
— Недавно я имел честь, — торжественно произнес он, — разговаривать с примархом Лунных Волков. Кто-нибудь из вас знает, где сейчас находиться лорд Хорус?
Молчание.
— Так я вам скажу, — продолжил он. — Великий Луперкаль сражается на планете под названием Улланор. Вместе с Императором, с нашим великолепным Императором, он ведет войну против зеленокожих. Там просто невообразимое количество этих тварей, и Император возглавил операцию по зачистке. Вы можете себе это представить? Битва за Улланор может оказаться самой важной в истории нового Империума. Победа в той войне может стать победой в Великом Крестовом Походе, моментом, когда ксеносы отступят перед человечеством навсегда.
Наматжира сделал паузу.
— И среди всего этого примарх Хорус находит время, чтобы связаться с командующими экспедиций Крестового Похода, проверить ход их кампаний и поощрить их усилия. Что я должен сказать ему? Что? «Доброй охоты на зеленокожих, а мы тут не можем справиться с кучкой неразумных крестьян».
Слова повисли в воздухе. Наматжира поднял руку и показал на потолок:
— Там бессмертные ведут свою войну во имя Человечества. Звезды содрогаются под мощью Императора. И что, это лучшее, что мы можем ему предложить?
Он подошел к окну. Зал находился на верхних этажах дворца, и из окон открывался отличный вид на Мон-Ло.
Офицеры и уксоры собрались позади него. Даже с такого расстояния было слышно, как город выл.
Как было известно Хонен My, город начал выть три дня назад, с утра. Осаждающие сразу поняли, что происходит нечто необычное. Над городом появились пепельно-серые облака, не обращающие внимание на направление ветра и движущиеся невообразимо медленно. Все астропаты флота ослепли и испытал сильнейший психический шок. Очевидно, что в последнем оплоте нуртийцев, Мон-Ло, действует мощная психическая сила.
От города начал исходить воющий крик, слышимый как солдатами в лагере под стенами, так и чувствительными сенсорами астропатов. Крик, акустический и психический, был сравним с воплями пытаемых.
Уксоры и их помощницы также почувствовали вопль. Ослабла вокс-связь, и многие отрады оказались отрезаны от основных сил и друг от друга. Предположив, что в городе случилось некое бедствие, генерал Дев решил использовать ситуацию и приказал начинать немедленный штурм, однако большинство солдат оказались просто не в состоянии сдвинуться с места.
Вокруг коллекторов города были замечены тысячи ящериц и лягушек, в песчаных смерчах под городскими стенами не раз мелькали огромные силуэты, напоминающие рептилий.
И над всем этим несся протяжный, непрекращающийся вой.
Покинув зал для аудиенций, Наматжира направился в свои покои, приказав одному из Черных Люциферов огласить список людей, с которыми он желал поговорить лично.
— Внимание! Генерал Нитин Дев, — объявил Люцифер, — полковник Синхал Манеш, полковник Идай Приа, принцепс Амон Жевет, уксор Рахсана Саид, уксор Хонен My.
Хонен похолодела. Зачем?
— Ты не знаешь, чего он хочет? — спросила Хонен Рахсану по пути к покоям лорда-командира.
Уксоры не были хорошо знакомы, так как служили в разных подразделениях. Хонен была моложе и гораздо ниже Рахсаны.
— Понятия не имею.
— Наверное, какая-то ошибка, — пробормотала My, ускоряя шаг, чтобы идти в ногу с Рахсаной.
— Да, вероятно. Вы ведь провели успешную операцию в Тель-Утане?
Хонен пожала плечами:
— Мне повезло.
— Как именно, сестра?
Хонен My взглянула на Рахсану, чей профиль почти полностью скрывали длинные светлые волосы.
— Я боюсь, это конфиденциальная информация, — ответила она.
Они оставили своих помощниц дожидаться в приемной. В конце коридора один из Люциферов открыл им дверь, впуская в покои лорда-командира. Наматжира сидел на кровати и просматривал планшеты с отчетами. Одной рукой он чесал лежащего рядом талацина. Зверь запрокинул голову и довольно мурлыкал. Генерал Дев стоял перед ним как школьник, получивший выговор. По углам помещения расположились Черные Люциферы.
Принцепс Амон Жевет покидал комнату, когда вошли уксоры. С угрюмым выражением лица он направлялся к своему Легиону Титанов. Полковники Манеш и Приа получали свою порцию гнева Наматжиры.
— Нехорошо, — произнес лорд-командир. — Это нехорошо. Ваши войска отказались подчиняться прямому приказу. Мне нужна чертова дисциплина!
— Да, сэр, — пробормотали они.
— Дисциплина, черт побери! Вы меня слышите? Слышите? Я хочу закончить кампанию на этой планете как можно быстрее, и мне нужно, чтобы ваши солдаты убивали, а не задавали вопросы. Я говорю вам атаковать, вы атакуете! Не подведите меня снова.
— Да, сэр.
— Убирайтесь с глаз моих.
Офицеры поспешно вышли. Тилацин открыл розовую пасть и вяло зевнул. Наматжира изучил планшет, протянутый ему одним из Люциферов, в затем поднял взгляд.
— Уксоры, — улыбнулся он. — Проходите.
Рахсана и Хонен My подошли ближе.
— Прежде всего, — сказал лорд-командир, — я хочу прояснить ситуацию. Рахсана, вы были ответетствены за разведку в Мон-Ло?
— Да, сэр.
— У вас были там агенты?
— Были, лорд-командир.
Наматжира взглянул на планшет.
— У вас был офицер разведки, из-за которого начался этот хаос? — Он махнул рукой на окно.
Рахсана поморщилась:
— Да, сэр. Кониг Хеникер.
— Хеникер? Я его знаю. Надежный человек. Что с ним произошло?
— Он проник в город, затем по возвращении проинформировал меня. Тем утром он отправился в город повторно, надеясь собрать больше информации. Он так и не вернулся.
— Понятно, — вздохнул Наматжира. — Спасибо, уксор Рахсана.
Хонен My напряглась. Психическая связь между уксорами не была особенно сильной, но Хонен почувствовала, что коллега что-то недоговаривает. Она посмотрела на Рахсану, но не смогла поймать ее взгляд.