Дельта Корнер – Дочь Пустого (страница 42)
– Ты вовремя, – гадко улыбнулся Питер, подойдя к Энди, – принц Света. Как раз увидишь самое главное в этом ритуале в ряду первых. Смерть Дочери Пустого.
От последних слов Рион вздрогнул и вновь посмотрел на меня. По его лицу, как и по моему, катились слезы, которые превращались в маленькие рубины, что со звоном падали на паркет.
– Я люблю тебя, – прошептала я одними губами и легла на алтарь.
Мне было страшно. Безумно. Но песня воронов, словно колыбельная, успокаивала и убаюкивала. Я смотрела на большой темный потолок, на котором кто-то нарисовал созвездия, и только сейчас поняла, что это была еще одна карта мира. Маленькие яркие звезды по очереди переставали гореть с каждой секундой, пока не осталась одна. В самом центре. Такая яркая. Безымянная. Моя.
Я не заметила, как ко мне подошел Келлан под крики сына Света и занес тонкое лезвие. Оно каждый день рождения касалось моей руки, где все еще болью отзывалась рана на месте шрама. К песне воронов присоединились и остальные присутствующие. Все они завывали на древнем языке:
Эта секунда превратилась в вечность, сверкающий клинок застыл над моей грудью. Взгляд Келлана говорил многое и сильно пугал. За короткий миг я вновь вспомнила всю свою жизнь и поняла, как она была несправедлива. Если раньше на моих глазах умирал Рион, то теперь я погибну на его. Память о той боли жила во мне. Я не хотела, чтобы он тоже ее испытал. Но судьба-злодейка не позволит нам такой роскоши.
– Фрея, – сладко пропел принц Тьмы на древнем языке, – Дочь Пустого, твое время пришло.
Тонкое лезвие рывком вошло прямо в мое сердце…
Глава 25
Дыры в пространстве называли границами, ведь именно через них в мир пришли принцы, которые несли за собой Тьму и Свет. Каждый из них следовал своему предназначению.
Сын Света отличался от братьев, даря простым смертным надежду на лучшее будущее. Пускай другие последователи Светлой богини пали от рук Тьмы, пятый принц не собирался сдаваться и всем сердцем желал спасти ту, от которой зависел исход древней войны. Даже ценной собственной жизни…
Несмотря на слабость во всем теле и боль, сопровождающую каждое движение, Рион звал деушку, надрывая голос. Темная магия не позволяла ему покинуть место, ставшее клеткой. Об невидимую стену он стучал кулаками, не обращая внимания на рубиновую жидкость, что падала на пол из ран. Его сердце обливалось кровью не хуже, от жестокой несправедливости и своего бессилия, Эндирион осел и схватился руками за голову. Он был слаб. Всегда. И это терзало душу.
С тех пор как его братья пришли в мир и взялись за исполнение своего гнусного плана, они истребили всех светлых магов и последователей Светлой богини, лишив Эндириона поддержки в битве за Фрею. Он прекрасно помнил, как пытался найти хоть какую-нибудь помощь, когда его память вернулась. На его пути до дворца Тьмы встречалось много городов и сел, что пали от рук четверых принцев. Рион не раз видел разрушенные храмы Богини, они едва таили в себе частичку светлой магии, которая пополняла его резерв. Еще тогда он поклялся помогать простым людям, дабы Тьма не очернила их сердца, но все же смертные были слабы перед древними существами, что желали стать ровней богам.
Эндирион тяжело дышал. Он не знал, сколько прошло времени, но чувствовал, медлить больше нельзя. Опустил руки и посмотрел на свои окровавленные ладони. Рион пытался собраться с мыслями. Нет, сын Света так просто не сдастся. Он знал свое предназначение, знал, что нужен был Фрее, которая приняла свою судьбу. Внутри души зародился свет и начал расти с каждой секундой. Его тепло разлилось по всему телу юноши, заструилось по венам жаркой волной. Шумно выдохнув, Рион поднялся на ноги. На его ладонях засверкали золотые искры, которые образовали шар света. Он смотрел на него и прекрасно понимал, что нужно делать дальше.
– Я освещу твой путь, – клятвенно заверил Рион, словно обращался к Фрее. – И не позволю Тьме разделить нас, Фея.
Тихие, но уверенные слова эхом отозвались в его душе, и в тот же миг шар света сорвался с пальцев, ослепляя все вокруг. Послышался звук бьющегося стекла – это рушилась его клетка, что не позволяла броситься на помощь Фрее. Сил было не так много. Рион не стал тратить их на портал. Яркий свет в душе вел его по темным коридорам в зал, где Фрея должна была умереть.
Их путь всегда тернист. С самой первой минуты в этом мире, но это никак не останавливало Эндириона. Он шагал по пустым коридорам и старался не обращать внимания на боль. Сейчас было важно спасти принцессу, которая принадлежала Тьме и Свету. Фрея – удивительное, избранное дитя, рожденное от любви древних существ. Она была особенной и единственной, кто мог противостоять даже богам, пускай сама в это верила слабо.
Эндирион помнил тот момент, когда осознал, что Фрея не просто его интересовала, он любил ее всей своей бессмертной душой. Ради нее Рион готов повторить свой путь, умереть вновь, вытащить сердце из груди, сделать все, лишь бы она продолжала счастливо улыбаться и быть в безопасности. Принц Света любил ее звонкий смех и интерес к этому миру. Ему нравилось наблюдать за ней со стороны, видеть веселый огонек в глазах. Знал, что для девушки мир многое значил. Его разрушение принесет ей только страдания.
Рион замер на месте, почувствовав свет покровительницы принцессы на себе, он проникал сквозь большие окна. Безымянная Звезда ярко сияла на небе, словно подмигивая. Она ничего не говорила, но Эндирион понял без слов. Он нужен Фрее. Нужен, как никогда раньше.
– Спасибо за все, – тихо молвил принц. Боль ушла, словно ее никогда не было.
Звезда подарила ему прилив сил, будто желала помочь в этой битве. Он продолжил путь, боясь опоздать. Стоило свернуть за угол, что вел к дверям в тронный зал, как Рион встретился лицом к лицу с мертвецами, охранявшими вход. Нежить заметила его и неистово зарычала, собираясь наброситься.
Эти мертвецы отличались от тех, которых ранее встречали Эндирион с Фреей. Принц знал: его братья подозревали, что он при желании сможет покинуть свою клетку, а потому подстраховались.
Нежить больше походила на людей, ведь лица и тела были целыми, словно никогда не гнили в земле. Однако их кожа имела сероватый оттенок, а черные вены на руках и шеях ярко выделялись, беспрерывно пульсируя. Глаза мертвецов напоминали холодные и безжизненные стекляшки.
Рион сразу заметил у каждого из них украшения из драгоценного камня. Поднятая нежить, что стояла ближе всего к нему, имела брошь, благодаря которой на плечах держался потертый плащ из парчи. Белый опал, из которого выполнены украшения мертвецов, можно было достать лишь в отдаленных уголках мира, где когда-то строились храмы в честь Светлой богини. Эндирион сразу почувствовал остаточную светлую магию, впитавшуюся в опал, когда тот еще был просто необработанным камнем.
В последний раз юноша видел людей, носивших такие артефакты, несколько лет назад, когда путешествовал по миру и пытался найти ту, кого всегда любил. Путь, что вел его к Фрее, лежал через юго-западные разломы храма, на которых ему посчастливилось познакомиться с десятью мужчинами, рожденными в империи Света. Все они являлись магами, обладали такой же силой, как и сам Рион, и для ее увеличения постоянно носили при себе опалы или украшения из них. Среди них был светловолосый юноша, которого звали Тамиром. На момент их знакомства ему только исполнилось двадцать пять лет. Он был самым молодым среди остальных. Сначала маги с опаской отнеслись к принцу Света, пока не почувствовали в нем родную душу. Они даже поделились с ним своей мудростью, показав пару атак светлой магией, которые не раз помогали им в битвах с темными. Мужчины поведали Риону историю с поля битвы на западе, когда они едва ушли от легиона мертвецов. Эндирион спросил, почему те не воспользовались порталами, и получил короткий ответ:
– Мы не так сильны, древний.
И показали принцу свои украшения из белого опала, что помогал им в бою, усиливая их собственную силу. Рион сразу предупредил новых знакомых об опасности, ведь нежити хорошо чувствовали светлую магию, которую таили в себе броши. На что мужчины улыбнулись и сказали, что всегда готовы к бою со слугами Тьмы. Тамир во всем старался подражать старшим, однако за короткий миг он стал для Эндириона другом, который был готов идти за своим принцем хоть на край света. Молодой человек рвался в бой с темными магами, слушая рассказы Риона о том, как Тьма поглощала этот мир.
– Ты должен развеять темный путь своим светом, – однажды сказал Эндириону Тамир, играя с искрами магии. – Я чувствую твою силу, как и другие. Ты один из древних, продолжение Светлой богини. Мы пойдем за тобой даже в самое пекло.
Рион тогда улыбнулся в ответ и поблагодарил друга за слова и веру. Но он еще не знал, что скоро их пути разойдутся навсегда.
В тот вечер Эндирион видел магов Света живыми в последний раз, вскоре их место обитания нашел легион некромантов под командованием Кевина Фэла и его сына. На глазах Риона маги сошлись в бою, отдавая свою жизнь ради его спасения. Они выиграли ему время на создание портала, на который как всегда уходило немало сил.