Дегтярёва – Палиндром (страница 1)
Дегтярёва
Палиндром
ДЕГТЯРЁВА
ПАЛИНДРОМ
ЧАСТЬ 1. МЕНЯ ЗДЕСЬ НЕТ
ГЛАВА 1. РОЙ
Кажется, осень окончательно вошла в своё право. Сырость заполнила пространство от пола до потолка, проникая в самые узкие зазоры и мельчайшие трещины домов; листва осыпалась, оставляя за собой гнилостный запах, предрекающий скорую зиму. Ветер же, который раньше обнимал меня за щёки, игриво лаская волосы, теперь приносит колкое ощущение чего-то бесповоротно грядущего.
Сегодня мне снился сон, где я наконец-то была абсолютно счастлива. Рой невероятно красивых ярко-розовых бабочек увлёк меня в густой зелёный лес. Но, несмотря на его чащу, я чувствовала, как солнце целует не только моё лицо, но и кончики пальцев, которыми я касалась мшистых стволов. Лес был полон жизни: щебетание птиц разносилось со всех уголков этого хранителя чистоты; на некоторых ветках скакали белки, изредка задерживая на мне любопытный взгляд. Я пробиралась сквозь кустарники, проводила руками по листьям и, не торопясь, стараясь ощутить всё это тепло, шла за роем. Бабочки вывели меня на опушку и упорхнули, оставив на губах улыбку. Так я и оказалась у реки, а на другой её стороне чей-то силуэт выгружал из своего багажника тело. Он положил его почти у самой воды; закрыл машину и уехал. И вдруг моя яркая летняя картинка изменилась — пошёл снег.
Проснулась. Я посмотрела в окно, но снега там не было; за стеклом шумел только дождь, затянувшийся на целую неделю. Но ощущение никуда не исчезло: сон оставил после себя глухую дрожь и... страх. Ужасающее чувство, предрекающее беду, начало которой уже было положено не мной.
— Лия, спускайся, ты опаздываешь! — крикнул Марк, высунувшись из окна своего драндулета, который и машиной-то грех назвать. — Если вечеринку опять пропустим, то Джо с нас потом три шкуры спустит. Шевели задом, давай! — прокричал он снова и начал истошно жать на клаксон.
— ПОШЁЛ В ЖОПУ, МАРК! — выпалила я в ответ, рванув на себя оконную раму. Я прекрасно знала: он от меня без ума. — Уже иду!
Возненавидела пунктуальность Марка всем сердцем. Пришлось собираться гораздо быстрее, чем я планировала, к тому же совсем забыла про стирку... Хотя, если честно, я вовсе и не хотела идти к Джо. Не понимаю, почему им все восхищались. Да, в этом захудалом городишке мало чем можно заняться, и кто-то действительно находил отдушину в вечеринках, которые тот закатывал. От Джо никогда не пахло добросердечностью и порядочностью. В городе ходили слухи: все его тусовки — удобное прикрытие; пока большая часть молодёжи у него дома веселится и радуется, дружки хозяина дома обносят пустующие квартиры, словно саранча. Местная полиция то ли в доле, то ли умышленно закрывает глаза на это беззаконие. Ведь если они их переловят, то что им расследовать дальше? Никаких премий и наград. Одна мрачная статистика и бюрократия. Но это всего лишь слухи.
Я выбежала на улицу, мимоходом захватив с собой сумку, которая лежала на комоде у входной двери.
— Вау, сегодня ты менее бледная, чем обычно. Праздничный настрой? — выплюнул Марк, стоило мне только захлопнуть дверь его пикапа.
— Если ты называешь ЭТО праздником, то у меня для тебя плохие новости. — хмуро буркнула я; знала бы я тогда, зачем вообще согласилась туда поехать.
— Ты же знаешь, что Джо важна визуальная составляющая. Да, он знатный балабол, но какой эстет, а! — Марк закурил сигарету и завел мотор. — Там, кстати, будет Эрик. Не коробит?
— Уже вернулся с вахты?— усмехнулась я. — Надеюсь, на этот раз заработал что-то помимо хламидий.
— Ууу, подруга, ты не поверишь. Он хвастался, что припрётся со своей новой пассией... Как её там... Лизи... Лози... Лианой... Короче, с кем-то точно будет.
— ТИШЕ, ВПЕРЕДИ ВЫБОИНА! МАРК! — в панике закричала я, до боли в пальцах вцепившись в приборную панель; совершенно не понимала глупой жажды скорости — вечно несётся как угорелый.
— Всё в порядке, в этот раз без ремонта на месяц, не ссы, — вальяжно протянул он, выкидывая окурок в окно. — Может, радио включить?
— Да, это гораздо лучше твоей тупой болтовни.
Марк пытался поймать хоть какую-то волну с подборкой любимого рока девяностых; к сожалению, сегодня радио сильно барахлило, из-за чего пришлось остановиться на унылом местном вещании.
— Так вы встречались с ним где-то? — тихо спросила я, и внутри тут же вспыхнуло раздражение: зачем я снова начала об этом думать...
— А? А, да, виделись пару дней назад у автозаправки, — Марк весело отмахнулся. — Такой весь напидоренный стоял, лысину будто ветошью для боулинга натёр: наверно, скоро станет амбассадором хлорофилла. Будешь знать, кого винить в пасмурной погоде, я тебе говорю!
Он засмеялся так громко со своей глупой шутки, что и мне невольно передался этот настрой; всё же он умел вовремя сместить вектор внимания.
— Так что не парься, там буду я, и этого вполне достаточно, — добавил он, сбавляя скорость. — Ты давай, марафет наводи, я пока медленнее поеду.
«Срочные новости: на берегу реки Хэилмут сегодня в 9:30 утра было найдено тело молодой девушки. Её приметы: длинные каштановые волосы, среднее телосложение, на губе небольшой заживший шрам; возраст — приблизительно 22 года. Если у кого-то есть ценная информация о погибшей, просьба немедленно сообщить в отделение местной полиции; следственные группы...»
Я подводила глаза в этот момент, и карандаш в моей руке задрожал; точнее, задрожала сама рука. Я нервно перевела взгляд, чтобы посмотреть на реакцию Марка на такие пугающие новости.
— Пу-пу-пу, ну и денёк... Не повезло же кому-то, — единственное, что он смог ответить.
— Как думаешь, кто она? И кто её убил? — я тяжело сглотнула и хрипловато промычала.
— Убил? Откуда такие поспешные выводы, глупышка? Может, девчонка сама сиганула с моста от очередной неразделённой любви. А имя не назвали, так, видимо, не местная просто, — он резко крутанул руль. — Чёрт! Пропустил поворот... Теперь придётся на другом свернуть, одни кретины на дорогах.
— Да, и мы на ней, — подытожила я.
— Да, и мы, — ответил Марк, поправляя зеркало заднего вида.
ГЛАВА 2. РИСУНОК НА ПЕСКЕ
Мы познакомились с Марком, когда были полны надежд, чисты и непорочны — познакомились, когда были ещё детьми. Я не всегда находилась в этом городе: училась в местном колледже, но после часто уезжала и жила в других местах; Марк же всегда оставался здесь. Но, что бы ни происходило, мы старались поддерживать связь и быть рядом, особенно в моменты трудностей... Несколько месяцев назад умерла его мама, и я решила вернуться, чтобы помочь справиться с горем; бросила свои кости в родительский дом, который неоднократно пытались снести, и устроилась варить кофе в ближайшей кофейне. Знаю, он переживает, хоть и не показывает этого: я никогда не видела раньше, чтобы он так сильно плакал, как в тот день... И даже после всех горестей я вижу в нём того взбалмошного светловолосого паренька, у которого жвачка застряла в брекетах. Я так хочу, чтобы у него всё получилось; очень хочу, чтобы он был счастлив — не иллюзорно и не масочно, а испытывал самое что ни на есть осязаемое счастье.
Двери пикапа звонко захлопнулись, но даже этот грохот не смог заглушить тяжёлый бас, разносящийся на весь квартал. Кажется, вечеринка была в самом разгаре.
Дом Джо не отличался большими или громоздкими размерами: обычное одноэтажное здание с небольшой комнатой на крыше, где хозяин хранил всякий чердачный хлам. Этот дом удивительным образом вмещал в себя кучу людей, словно заживо поглощая их. Складывалось стойкое впечатление, будто за вход здесь платят не моральными качествами, а годами жизни, проведёнными в этой дыре. И всё же постройка находилась в хорошем состоянии, почти новьё; да и обширный задний двор хранил в себе немало местных секретов и легенд... Там, на одной из прошлых тусовок, мы впервые поцеловались с Марком. Потом Марк с Джози, затем с Сашей... Там же мы с ним и обозначили наши личные границы.
Мы с Джо никогда особо не ладили, но он неизменно питал ко мне... странные чувства, наверно. Со временем шутки перестали быть шутками и переросли в откровенно сальные комментарии. Этот кабанистый доморощенный бандит нравился разве что недалёким девчонкам.
— Ой! А вот и вы! Мы тут уже ставки делали: придёте или не! — опережая нас, распахнула дверь Саша.
При виде неё я невольно вспомнила свои же мысли о недалёких людях.
— Джо с ребятами у себя в комнате во что-то режутся, остальные толпятся в гостиной. А, ну и Эрик ошивается на заднем дворе, проходите! — Саша буквально впихнула нас внутрь. — Да, и ещё, Лия... Классно выглядишь!
Стоило мне повернуться лицом к гостиной, как мимо носа, точно оса, пролетел острый дротик; он с треском отрикошетил от косяка у входной двери и упал на ботинок.
— Бля, ты опять проебался, мелкий. С тебя две сотки! — восторженно завопил один из парней вдали комнаты.