Дед Скрипун – Группа Фале (страница 25)

— Пусть приходит. — Вздохнул будущий генерал. Вам отказать, себе дороже.

Они сняли на троих апартаменты люкс, на самом верхнем этаже гостиницы. Никого это не удивило. Мало ли приезжает на курорт представителей нетрадиционной ориентации. Чем эти плохи? Платят исправно, не дебоширят, а уж как они там спят, в одной двуспальной, пусть и большой кровати, это их дело, и никого не касается.

Писатель лежал, положив под голову руки и рассматривал потолок, а Гоо сидел в кресле с чашкой кофе, и смотрел в окно, за которым медленно погружалось в сумерки море, а из пучины поднимался желтый шар огромной луны, протягивая по воде искрящуюся тропинку света.

— Красиво на этой планете. — Ворона сделал глоток, и поставил на журнальный столик чашку. — На моей родине две луны, одна синяя, другая красная, но мелкие они, а эта как блюдо, в пол неба. — Он встал, и прошелся по комнате. — Что-то кот задерживается?

— Не так просто отыскать прячущийся от тебя дух — Не поворачиваясь ответил Фале.

— Она не опасна, и вряд ли будет пытаться убежать. — Ворона снова сел в кресло, и взял в руки чашку. — Мне даже ее жалко. Наделала глупостей, и теперь пред судом предстанет, как преступница.

— Она хотела как лучше. — Все так же, в потолок, произнес писатель. — Беременная женщина в возрасте, не развивающийся ребенок, готовый в каждый момент умереть, и этот ублюдок-экстрасенс, подсказавший выход.

— Надо будет с ним познакомиться. — Сверкнул гневом в глазах Гоо. — Откуда он вообще про переселение узнал.

— Познакомимся. — Встал с кровати Фале. — Обязательно познакомимся, и поговорим. Кстати, что там с ним? С браконьером этим? Кто таков?

— Загадка. — Пожал плечами Гоо.

— Так чего ты тогда тут сидишь? Бегом к нему в дом, и перерой там все, узнай. — Вспылил Фале.

— Был я уже там. Все полиция вывезла. Голые стены. — Ворона даже не пошевелился. — Что с тобой, Гронд? Ты сам на себя не похож?

— Устал наверно. Ловлю уже несколько веков души тварей, после их смерти, жду, когда подохнут, а сам убить не имею право. — Писатель снова лег на кровать, закинув ладони за голову. — Руки чешутся, к ножу тянутся.

— Мне то же это не нравиться, но таковы условия, и мы на них согласились. — Вздохнул Гоо, и вдруг швырнул чашку в открытое окно. — Как же я тебя понимаю.

Море едва пропускало отраженные лучи солнца, от сонной луны, в свои пучины. Перекатывающиеся по поверхности волны, преломляли свет, над головой сидящего в водорослях огромного, черного кота, подрагивая вальяжными тенями, но тот этого не видел. Он вообще ничего не видел, он существовал сейчас в другом мире, а это тело, просто оболочка, покачивалась в такт стихии ничего не чувствуя. Был бы это обычный кот, то давно утонул бы захлебнувшись, но он не обычный, он сумеречный кот, он тот, кто давным-давно уже умер, и существовал сейчас исключительно волей Высшего.

Она предстала перед ним испуганной, маленькой девочкой, прячущейся в энергетических водорослях радужного моря. Чирнелло поразился на сколько чистой была ее душа. В этом мире, все выглядит по-другому. Тут мечты воплощаются в реальность, и ты видишь свой истинный облик. Вот и она, видит себя обиженным, светящимся рубиновым сиянием ребенком, у которого отобрали любимую игрушку, а затем, в наказание за неведомый проступок, поставили в угол. Кот здесь то же другой, тот, кем и является на самом деле, он сгусток туманной, серой злобы, безжалостный убийца, с гипертрофированным чувством справедливости и долга.

— Зачем? — Он не стал пояснять своего вопроса.

— Мой мальчик умирал, а тот колдун подсказал как сохранить ему на этом свете душу. — Она налилась синим сиянием разочарования, сменившим рубиновый свет чистоты. У Антоши была последняя стадия рака, и ему оставалось жить не больше месяца, и он об этом знал. Я разговаривала с ним как со взрослым. Вы бы видели его глаза, это были глаза старика. Я рассказала ему все. Про своего ребенка, про возможность переселения, и он понял… — Она замолчала, подбирая слова, и если бы это тело было не призрачным, а обычным, то непременно бы зарыдала. — Он согласился отдать тело после того, как уйдет.

— Значит вам было известно, что, меняя душу ты меняешь и судьбу? И даже тот, кто готов предстать перед последним судом, может прожить еще долгую жизнь исцелившись волей Высшего? — Спросил задумавшийся Чирнелло.

— Да. Тот колдун говорил об этом. Он вообще много чего рассказывал. О вас кстати тоже. — Она вновь замолчала. — Говорил, что вас трое, тех кто отлавливает души, несогласные умирать, и отправляет в ад. Он так это страшно описывал, все те ужасы, что предстоят не смирившимся со своей судьбой, те страдания, постигающие их после.

— Почти правду сказал. — Хмыкнул кот. — Вот только не рассказал, что мы ловим души насильников, убийц, и прочей мерзкой падали. Видимо твой колдун тоже относится к подобным типам?

— Может быть, я не знаю. — Она вполне по-человечески пожала плечами.

— Рассказывай дальше. — Кот внимательно посмотрел ей туда, где обычно бывают у человека глаза.

— Мы с Антошей уехали к морю. — Продолжила она. — Представляешь, он никогда не видел моря, и мечтал о нем, рисуя волны на листках бумаги. Тут, на берегу, он и хотел умереть, и оставить тело моему ребенку. Мне было его жалко, я бы не за что не согласилась отнять жизнь, но он уже умирал. Он посмотрел последний раз на море, лег на песок, и начался процесс переноса. Его зеленоватая душа взлетела вверх, в открывшееся сияние, а моя, отделившись от тела, взяла появившегося рядом сына за руку, чтобы провести на новое место существования. Это было прекрасно, но в этот момент налетел тот страшный мужик. Он сбил с ног мою оставшуюся без души плоть, оборвав связь, забросил в рот какие-то таблетки и рухнул. Тут же сущность его отделилась и бросилась к Антоше, это было очень страшно. Черный туман, переливающийся всполохами серого света, я никогда такого не видела раньше, он летел к плоти лежащего на песке ребенка. Я поняла, что времени нет, что или он, или я, и смогла справиться с охватившим меня ужасом. Я успела быстрее него подбежать и буквально забросить в тело Антоши моего мальчика.

Тот, кто хотел захватить тело, принадлежащее моему сыну, опоздал. Осознав это, он завыл от отчаянья, затравленно оглянулся, и кинулся к своему телу, но то уже окончательно умерло, и он не смог восстановить связь, тогда он бросился прочь. Я, то же не смогла вернуться. Тело мое уже остыло, и не хотело сливаться с душой. Было страшно, и я спряталась в море, где ты меня и нашел.

— Значит в Антоше сейчас живет твой сын? — Задумался кот.

— Да. — Она вздохнула. — Теперь можешь меня забирать на суд, я больше ничего не боюсь. Я сделала то, что хотела, и я счастлива.

— Да кому ты нужна, глупая. Ты не сделала ничего плохого. Ты никого не убила, и никого не обокрала, ты просто подарила своему сыну новую жизнь. — Он поднялся. — Теперь иди к собственному трупу, и жди там. Антоша попал в чужое тело, и заблудился в нем, не зная, как слиться в одно целое. Нам надо ему помочь. Но только не предпринимай ничего сама, не навреди очередной глупостью. Жди ловцов, и мы скоро появимся.

— Понятно все теперь. Ты молодец Чирнелло, все сделал правильно. — Фале вышагивал задумчиво по комнате.

— Не было тут ничего сложного, наивная, не опытная душа думала, что спряталась. Сидела в водорослях, и дрожала от страха, ожидая возмездия за совершенный проступок. — Кот развалился в кресле, и потягивал из чашечки горячий кофе. — В общем русалка из нее не получилась.

— Это хорошо, ее теперь можно было бы уже отправить на место нового существования, но без помощи мамы, нам не соединить Антошку с новым телом. — Гронд сел напротив, и тоже взял со столика чашку. — Нам нужен живой человек, одной крови с душой ее сына. Родственники у нашей русалки есть?

— Полиция дала запрос по месту жительства, но пока ответа нет. — Чирнелло сделал глоток. — Очень уж они медлительны.

— Тогда сделаем так. — Принял решение Скараду. — Гоо, летишь домой к нашей подопечной мамаше, все там узнаешь, и везешь сюда любого родственника. Хоть сестру двоюродную, хоть прабабушку, мне все равно, лишь бы кровь одна, а родственник думать мог, и принимать решения. Нам нужно установить связь души, и чужого тела, а без генетики этого не сделать. — Он перевел взгляд на кота. — А ты попробуй найти этого браконьера. Кажется мне, что это наш клиент. Ориентировок на него, конечно, еще нет, но думаю, что скоро поступят. Все на этом. Жду от вас только положительных новостей.

Виктория не находила себе места. Мама пропала. Оставила записку, что едет в санаторий «Сосновый бор», недалеко от города, даже адрес оставила, но туда не приезжала, и вдобавок ко всему отключила телефон. В полиции заявление не приняли, сказали ждать три дня, а какие могут быть три дня, когда мама беременна, да еще с проблемами здоровья у ребенка, ей уход нужен.

Вот же угораздило влюбиться на старости лет, и в кого?.. Сенечка… Из воспоминаний о нем только: «Перегар и щетина», — пустой человек, мусор, валяющийся перед телевизором на диване. Чего только мама в нем нашла? Он сбежал, как только узнал, что станет папой. Урод.

Вероника с мамой всю жизнь прожили вдвоем. Родной отец девушки то же удрал еще до ее рождения, видимо у их семьи проклятье какое-то на мужиков. Влюбляется мама в сволочей, рожает от них детей, и в итоге остается одна.