Дед Скрипун – Группа Фале (страница 24)
— Пойдем милая, в порядок тебя приведем. — Мама Вернерры уже тянула в сторону дамской комнаты свидетельницу, не обращая внимания на выглянувшего из дверей зала торжеств Чирнелло.
— Все нормально. — Улыбнулся тот. — Эльвира Ксенофонтовна очень приятная женщина, и согласилась подождать столько, сколько будет надо.
Свадьбу гуляли в деревне. Накрыли в саду под яблонями столы, завалили их угощениями и спиртным, позвали соседа-гармониста, и под веселую музыку, кричали горько. Даже Эльвиру Ксенофонтовну привезли из города. Чирнелло пообещал ей, что три дня никто заявлений подавать не будет, и что можно смело отдохнуть на природе, в его приятной компании, и женщина согласилась. Правда Фале пообещал ловеласу выдрать за это уши, но это нисколько не смутило кота.
Со стороны невесты была только свидетельница, и больше никого, так как родных у Вернерры не было, а друзьям приехать из города: кому было некогда, а кому очень далеко, но вот зато со стороны жениха, столько народа присутствовало, что сад, едва вместил всех желающих.
Подвыпивший народ, мало обращал внимания на задумчивого свидетеля, что того вполне устраивало, так как он совмещал гуляние на свадьбе, с обсуждением нового задания со своими помощниками. Эльвиру Ксенофонтовну у кота давно увел веселый гармонист, но Чирнелло нисколько не расстроившись, присев в сторонке беседовал с потягивающим из высокого бокала шампанское Гоо.
К ним подошла Вероника.
— Хотела вас поблагодарить. Остановилась она рядом, смущенно взглянув на ворону. — Вы так вовремя подоспели.
— Он вообще парень хоть куда. — Хмыкнул кот, но на него так посмотрел Гоо, что, то, что он хотел добавить, осталось невысказанным.
— Как вы узнали, что?.. — Девушка попыталась подобрать слова, но не смогла.
— Будем считать, что у меня чутье такое. — Улыбнулся ворона. — Не думайте об этом, забудьте. Все уже закончилось.
— А Николай Сергеевич, и вправду тот самый знаменитый писатель? — Она присела рядом на скамейку.
— Тот, тот. — Засмеялся Чирнелло. — Он такой фантазер, и все время занят. Вот и сейчас уезжать собрался, и нас с собой тянет.
— Ой. — Спохватилась девушка. — А можно и мне с вами?
— Как так? — Неожиданно подошел сзади Фале. — А как же свадьба?
— Мне правда очень надо. — Смутилась Вероника.
— Судя по вашему взволнованному лицу, у вас действительно неприятности. — Присел рядом с ней писатель. — Расскажите? Может я смогу помочь?
— Спасибо, но вряд ли. — Отказалась Вероника. — Просто подбросите меня до города, а дальше я сама.
— Как скажите, навязываться не буду, каждый человек сам решает, что ему нужно, а что нет. Мы подвезем вас. Я уже извинился перед молодыми, и их родителями. Попрощайтесь и вы. Мы будем ждать в автомобиле. — Он встал. — Подгони машину Гоо, у нас срочные дела.
Несколько быстрых, ловких движений, по нефритовым ветвям дерева. Сильный удар ногой, и решетка вдавилась в проем, вылетев из посадочных мест. Вырвать ее, и повесить на сучек, дело мгновений. Кидать вниз нельзя. Титан может привлечь звуком падения, ненужное внимание. Надо быть очень аккуратным.
Узкий лаз вентиляции, уходит в глубину дворца, Гронду надо идти туда, теперь назад хода нет. Там, впереди сладкая месть, а сзади позорная смерть. Он улыбнулся, и нырнул в темный проход. На одних локтях, лишь немного помогая себе ступнями, он устремился к цели. Дыханье ровное, и ледяное спокойствие в душе. Когда идешь убивать, эмоции отключаются, его этому учил отец, а Фале был хорошим учеником.
Вод и выход, и снова решетка. Здесь надо действовать очень аккуратно. Пустынность зала не должна вводить в заблуждение. На любой шорох прибежит стража, и тогда весь план пойдет на смарку.
Двумя руками взяться за прутья, напрячься до разрыва мышц, вдавиться всем телом в пластик прохода, и надавить, вперед, от себя. Легкий треск вырываемого с мясом металла. Еще поднажать, и главное не выпустить из рук решетку. Аккуратно положить ее на пол. Путь свободен.
Легкая тень скользнула за колоннаду пустынного, полутемного зала, подсвеченного снизу зеленоватым светом, едкой, электронной подсветки.
До вечернего приема, есть около трех часов, а затем пространство наполнится просителями, лизоблюдами, и подхалимами. Есть еще время, и пока хозяин этого дворца отдыхает в своих покоях, думая, что он в безопасности, убийца успеет. Гронд знает дорогу в спальню. Там два стражника, стоят у дверей спящего Шалагуда, мешающие планам мстителя. Они умрут первыми.
Бесшумное приведение, растеклось в пространстве ускользающей кляксой тумана, и понеслось вперед, прикрываясь многочисленными колоннами, от возможного взгляда охраны. Та стояла у золоченого входа, не ожидая нападения.
Тяжело бороться с дремотой, когда единственное развлечение, летающий комар, непонятно каким образом залетевший во дворец. Но ни наблюдение за ним, ни раздумья о судьбе мелкого насекомого, не помогают закрывающимся глазам. Они сами собой смыкаются. Почему бы и не вздремнуть несколько минут? Опасности никакой нет. Нет врагов на родной планете у Шалагуда. Всех вырезали волей господина, и если кто-то остался недоволен правлением, то никогда об этом не скажет. Страх смерти, самый сильный страх.
Два стражника кивнули одновременно головами, подмигнув друг другу, соглашаясь на короткий отдых, и закрыли глаза. Проснуться им уже никогда было не суждено. Бесшумная тень скользнула из-за колонны, и два трупа упали к ее ногам, с перерезанными горлами, засучив ногами.
Фале перешагнул через тела, и аккуратно потянул за ручку двери, в спальню врага. Вот он и наступил, сладостный, и долгожданный момент мести.
— Вы настолько красочно все описываете, что создается впечатление, что тот мир реален, и вы бывали там. — Вероника отстранилась от лежащего на коленях ноутбука. Дорога до аэропорта, куда любезно согласился подвести ее писатель, была длинной, и ей позволили прочитать несколько еще неопубликованных глав черновиков.
— Я же говорил, что он такой фантазер. — Улыбнулся, похожий на кота спутник. — А вдруг он и вправду инопланетянин? Ничего не придумал, а описал собственную биографию. — Сказал, и сам засмеялся над своей шуткой.
— Было бы интересно пообщаться с другим, не похожим на нас существом. — Поддержала, его веселую беседу девушка. — Это так наверно интересно, загадочно?
— Ничего интересного. — Буркнул из-за руля мужчина похожий на птицу. — Страх один, и разочарование.
— Согласен. — Кивнул Николай Сергеевич. — Мечты прекрасны только до тех пор, пока не сбылись, но затем они быстро становятся рутиной. Будничной однообразной реальностью. Наверно поэтому все любовные романы, и заканчиваются свадьбой, ведь за бурей страстей, наступает дальше обычная жизнь, такая как у всех остальных, и в которой для романтики остается очень мало места. Если встретить инопланетянина, то это примерно то же самое. Тот миг испуга, восхищения и необычности, быстро смениться привычностью, и вы будите смотреть на него, как на придурковатого соседа, который, конечно, чудак, но свой чудак, и ничего в нем необычного нет.
— Все равно было бы очень интересно встретится с инопланетным разумом. — Улыбнулась Вероника.
— Лучше не стоит. — Не поворачиваясь, и внимательно смотря на дорогу, ответил глухо, сидящий за рулем Гоо. — Кстати мы приехали. — Он ловко вырулил на стоянку аэропорта.
— Было приятно познакомиться. — Проводил девушку до стеклянных дверей писатель. — Если будет нужна какая-либо помощь, то не стесняйтесь, звоните. — Он протянул черную визитку, с золотым вензелем, и слегка поклонившись быстро ушел к автомобилю, который тут же сорвался с места, и растворился за поворотом дороги.
— Интересный человек. Повезло подруге у такого работать. Зря я наверно ничего ему не рассказала, может он бы мне и помог. — Вздохнула Вероника, и пошла к стойке регистрации.
А в это время черный автомобиль, свернув на грунтовую проселочную дорогу, исчез.
— Ну и как наши дела, господин генерал?
Селиверстов вздрогнул от неожиданности. Это же надо было так задуматься, что не заметить, как вошел посетитель. Как вообще он прошел в кабинет, без доклада дежурного?
— Ну что вы так всполошились, милейший. Ваш секретарь, или как его там?.. Оказался очень любезным мальчиком. Я его попросил, он и проводил меня, не побеспокоив ваших раздумий. — Славно услышав мысли полковника ответил котообразный корреспондент.
Как там его?.. Мурлыков. Странная фамилия. Как он назвал Нефедова?: «Любезный мальчик»? Это он о волкодаве-то, опере? Какой из него любезный, с располосованной уродливым шрамом рожей, и глазами убийцы.
— Чем обязан? — Недружелюбно ответил Селиверстов.
— Ну так интересно мне, как дело продвигается. — Хмыкнул нагло посетитель. — Как там мамаша нашего мальчика? Привезли уже? Опознала?
— Прав ее родительских лишают. Дело уже завели. Кукушка она, а не мать. — Пробурчал недовольно полковник. — Парень между жизнью и смертью, а она бухает.
— Значит не приедет. — Кивнул собственным мыслям котообразный. — Ну что же. Только это я и хотел знать. Будьте здоровы, товарищ генерал. — Он поднялся.
— Я не генерал. — Сам не ожидая от себя такого покраснел Селиверстов.
— Это временно. — Улыбнулся посетитель и уже уходя обернулся. — Вы надеюсь не будите против, если мальчика посетит один профессор из столицы. Очень, знаете ли, случай этот его заинтересовал.