Дед Скрипун – Группа Фале (страница 10)

Хлопнули стеклянные двери. Вот и они. Трое. Один в очках черных, непроницаемых. Важный, серьезный, немного страшный. Больше на воина похож чем на доктора. Больно уж выправка офицерская. Собранный весь.

Другой из тройки — джентльмен. Важный весь и черный, движения резкие, головой словно птица крутит, а в карих глазах ум. Истинный профессор. Такому на кафедре лекции читать.

Третий — разгильдяй. Больше на гопника подворотни похож, а не на врача. Круглый, какой-то пушистый, как кот, в спортивном костюме. Идет — словно крадется. Сейчас мышь поймает и слопает. Девушка улыбнулась собственным мыслям.

— Значит вы и есть Юлия? — Черные очки посмотрели сверху вниз на ссутулившуюся, кивнувшую в ответ девушку. — Хорошо. Пройдемте в кабинет. Поговорим. Вы, надеюсь, не против, Вера Ивановна, если мы оккупируем ненадолго ваше законное место работы? — И не дожидаясь ответа, троица подхватив роженицу под локоток заскочила в двери, захлопнув бесцеремонно их перед носом ошарашенного бестактностью главврача и мужа.

Ну и что, кто по этому поводу думает. Писатель шагал по залу особняка, измеряя ногами длину собственных мыслей. — Только вот не надо пожимать плечами. — Грозно рявкнул он на Чирнелло, наливающего в чашку кофе.

— А чего я-то сразу. — Возмущенно огрызнулся тот на разлившуюся по столу коричневую, парящую кипятком, ароматную лужицу. — Чуть что, сразу кот. Я что, крайний? И вообще… Чего под руку-то орать. Кофе из-за тебя разлил.

— Мысли какие есть? — Не обратил внимания писатель, а обиду.

— Нет у меня мыслей, одни эмоции. — Вздохнул тот и принялся вылизывать крышку стола.

— Прекращай. — Рявкнул снова Николай Сергеевич. — Или в кота перекинься, или прекрати вести себя как животное. Смотреть противно.

— Кофе в облике кота, не так приятно пить. Вкусовые рецепторы не те. — Усмехнулся Чирнелло, но лизать лужицу перестал. — Ну а ты, ворона, чего молчишь? — Обернулся он к джентльмену, угрюмо крутящему в руках носовой платок.

— Думаю. — Задумчиво выдохнул тот, не отрывая взгляда от платка. — Помощь нам не помешает. Наблюдать надо, не выходя из палаты, прямо внутри. Из нас троих никто не подойдет.

— Почему это? — Усмехнулся кот. — Физиономии не фото гигиеничные? Дресс-код не пройдем?

— Нет. Мы мужчины. У людей не принято селить вместе противоположные в половом отношении, незнакомые, не состоящие в родстве особи вместе. — Поднял глаза Гоо. Нас никто не допустит дежурить у больной.

— Глупость какая. Как же неудобно бывает подстраиваться в реалии аборигенов. Все у них неправильно и неудобно. — Фыркнул Чирнелло.

— Сами вы особи и аборигены. — Обиделась Вернерра. — Я подежурю.

— Точно. — Николай Сергеевич остановился напротив девушки. — Представим тебя как лаборанта-наблюдателя. — Койку рядом поставим. Если что случится позвонишь, мы на подхвате будем. Тебе нечего бояться, ничего не угрожает. Ту тварь интересует только младенец, на взрослого он не кинется. Незачем ему.

— Я и не боюсь. — Покраснела девушка.

— Гронд, а ты уверен, что такая должность как лаборант-наблюдатель существует. — Усмехнулся ворона. — Мне кажется это белыми нитками шито. Раскусят наш обман. Только хуже получится.

— Нас тоже в минздраве не существует, однако мы есть и дело делаем. Все получится. Я знаю. — Махнул рукой писатель. — Выбора у нас особого нет, так что будем использовать существующие наработки.

— Мой Степа, золотой муж, я за ним как за каменной стеной, хоть это и звучит банально и пафосно, но факт. Он и защитит, и успокоит, плечо подставит. Надежный человек. Я думаю, что меня боженька любит, раз послал такого мужа. — Юля сидела на кровати и улыбалась поглаживая огромный живот. Ее положили в больницу под наблюдение, и подселили рядышком, заботливую и внимательную медсестру. Еще, что было хорошо, так это то, что они были примерно одного возраста, поэтому тему для разговора находили мгновенно. Скучно не было. — Во! Толкается. Непоседливый какой, весь в папку. Решили Илюшей назвать, в честь дедушки моего. — Она мечтательно улыбнулась. — Вырастет, будет большим, умным, смелым и справедливым как дед.

Соседка отчего-то нахмурилась и отвернулась. Что там у нее в голове? Завидует что ли? Так вроде нечему. Не она пациент психбольницы.

Врачи процедурами не обременяли. Лекарства давать побаивались, дабы не навредить малышу, уколов не делали, процедур не назначали. Курорт, да и только. Вернерра просто жила рядом. Ничего не записывала, ничего не измеряла, просто была внимательной и заботливой соседкой, только взгляд у нее иногда был озабоченный, и смотрел с затаенной требовательной жалостью. Кто его знает, что она там думала, может считала новую подругу сумасшедшей.? Мыслей не прочитаешь. Чужая душа — потемки. Главное она рядом. Будит, когда бабочка врывается в сон. Успокаивает, словно мамочка, гладит по голове и садится рядом на край кровати. Конечно ей за это зарплату платят, за заботу и уход, но все равно приятно. Хорошая девушка.

— Знаешь Вернерра. Эта бабочка мое проклятие. Она преследует меня везде. Снится ночами, гоняется, вроде и не страшная, а почему-то жутко, мнится на Яву, словно нависает за спиной, давит на плечи ужасом. Я сумасшедшая? Да? Скажи правду, я приму все. Я выдержу. — Слова сами слезами слетали с губ девушки. Это как поток воды, прорвался и уже не остановить, пока не закончится, и не опустеет резервуар.

— Нет, что ты, это просто стресс. Тебе просто нужен отдых. Так Николай Сергеевич сказал, а он в этом огромный специалист. Ты ему верь, он поможет. Они втроем огромная сила, ты даже представления не имеешь на сколько велика их мощь. — Соседка говорила на столько убежденно и искренне, что Юлии стало спокойнее и легче на душе.

— Ты так это произнесла, словно они боги. — Рассмеялась она вытирая слезы, и высморкавшись в платок. — Еще немного и спою: «Аллилуйя».

— В чем-то и так. В чем-то и боги. Ты верь им, это главное. Они до конца пойдут, не бросят. Я знаю точно. — Вернера встала и подошла к окну. И вдруг улыбнулась и помахала рукой. Юлия заинтересовалась, встала с кровати и подошла, замерев рядом. Там, на улице, стоял высокий симпатичный парень с букетом роз и что-то кричал. Стеклопакеты не пропускали звук, но он все равно настойчиво раскрывал беззвучно рот, пританцовывал и махал букетом.

— Твой? — Юлия не стала пояснять вопроса, и так все понятно.

— Да. — Соседка улыбнулась и отправила воздушный поцелуй, а парень сделал вид что, поймал и прижал к сердцу.

— Почему она не звонит? Что все это значит? — Метался по комнате Николай Сергеевич, а Гоо и Чирнелло сидели в креслах, и настороженно за ним наблюдали.

— Ты бы успокоился, Гронд. — Джентльмен кашлянул в платок и отвел глаза. — Мы все волнуемся, но паниковать?! Это на тебя не похоже. Девушке ничего не угрожает. Ты же знаешь. Сядь, выпей кофе. Сосредоточься. Нам надо придумать как преступника поймать. Паникуя невозможно трезво мыслить.

— Да. Ты прав, дружище. Ты как всегда прав. — Писатель рухнул в кресло, и Чирнелло тут же сунул ему чашку в руку.

— Хлебни горяченького.

— Есть у кого, какие соображения по этому делу. — Страшные, змеиные глаза пробежали по друзьям, заглянув каждому в душу.

— Есть у меня одна задумка, может и безумная, но альтернативы пока все равно нет. — Кот встал, и прошел несколько раз взад-вперед, собираясь с мыслями. — Сеть накинуть ловчую и сжимать.

— Глупость. — Вскочил Гоо. — Что толку от нее. Сквозь живую плоть она не проходит. Сам знаешь. Ему эта сеть… — Он не договорил, а только махнул рукой и сел.

— Но он-то про это не знает. Он не эксперт в ловле душ ублюдков, а простой преступник, пусть и талантливый, каким-то образом сообразивший свалить из умирающего носителя, и догадавшийся присосаться к другому телу.

— А если и сейчас догадается? — Николай Сергеевич заинтересованно посмотрел на кота.

— Он урод, сволочь, но не гений. Тут догадаться невозможно. Тем более когда сеть сдавит мать носителя, паника начнется. Много в таком состоянии не на мыслишь. Удрать попробует, мы его и прихватим.

— А как сеть маскировать будем. Твои пассы руками на научную деятельность профессора непохожи. Тут же заподозрят в шарлатанстве и помешают. Достаточно отвлечься на миг и можно упустить добычу. — Писатель уже внутренне согласился с предложением и начал прорабатывать варианты.

— Под рентген замаскирую. — Хохотнул кот.

— Какой рентген. Он беременным противопоказан. — Вновь вскочил Гоо.

— УЗИ тебя устроит? Мистер нельзя. Ты предложи сначала что-нибудь сам, а потом критикуй. — Кот тоже подскочил и выпятив грудь встал напротив вороны.

— Хватит! — Рявкнул Фале. — Успокоились оба. Мне тут разборки не нужны. Одно дело делаем. Сядь Чирнелло. Гоо прав. Маскировка должна быть безупречная и не вызывать подозрений. Думайте. УЗИ действительно толковый вариант. И движениям рук не мешает. Выглядеть будет правдоподобно. Водишь сенсорами по телу, а сам сеть расправляешь. Не подкопаться.

Спор оборвал звонок телефона. Писатель подскочил к аппарату и сорвал трубку:

— Слушаю. — Голос его сорвался волнением. — Когда? — Он побледнел. — Куда повезли? Воды уже отошли? Нет? Замечательно. Давай следом. Ни на шаг не отходи. Мы сейчас будем. — Он швырнул трубку на аппарат. — Собирайтесь, у Юлии схватки. Повезли в роддом. Вернерра с ней, но толку от нее сами понимаете — ноль. Воды еще не отошли, поэтому будем надеяться есть время. Где этот водила. Почему его нет, когда он нужен!