Дайре Грей – Утилитарная дипломатия (страница 61)
— Проходите, — я отступила в комнату и пропустила гостей.
Пусть так и не принято, сегодняшний вечер явно не вписывался в рамки этикета или правил.
— Это пострадавшая няня? — поинтересовался мужчина, указав на Клару.
— Да, она еще не пришла в себя. Если доктор освободился…
— Он не понадобится.
Герцогиня неожиданно шагнула к кровати и провела ладонью над головой девушки. Ее рука неуловимо изменилась, превратившись в когтистую лапу. Затем женщина склонилась над спящей и начала медленно вдыхать.
Я замерла, наблюдая, как от головы Клары поднимается рой крохотных черных мошек и устремляется к герцогине, втягивается в ее нос и рот, растворяется под кожей, ставшей похожей на пергамент. Никто из темных никогда не использовал магию таким образом. Даже Герхард призывал элементаля для манипуляций с тьмой. Подобных манипуляций. Но не герцогиня. Потому что…
Я пригляделась, пытаясь отыскать знакомую тень и вдруг поняла, что темнота исходит от самой ее фигуры, не обнимает извне, как обычно происходит с элементалем, а просачивается изнутри, будто во время полного слияния, но даже тогда магия выглядит иначе. Разве что…
Ее Светлость выпрямилась, когда поток мошек иссяк.
— Скоро она проснется. Разрушений и заболеваний тьмы у нее нет, разве что истощение. Доктор Вебер скажет точнее, но девушке ничего не угрожает.
Великая герцогиня обернулась, а я подумала, что если кто и может защитить мою дочь от нападения страшного темного элементаля, то только та, кто носит тьму в себя постоянно. Живет с ней. Срослась настолько, что сама почти стала элементалем.
— Хотите подержать внучку?
Такого предложения она явно не ожидала. Удивилась, бросила недоверчивый взгляд на мужа, а потом осторожно протянула руки к Аннабель.
— Если вы позволите…
Конечно я позволила.
Глава 35. О дипломатии…
Поезд подъезжал к столице Ференции — Парсине. Поля и степи Варении сменились смешанными лесами и каштановыми рощами. В окно уже был виден город, раскинувшийся на берегу самой широкой местной реки — Саины, впадавшей в Южное Море. Здесь весна ощущалась ярче и в то же время мягче. Много зелени и цветов, но никакой жары и духоты, которые порой накатывали на столицу Империи. Она и тянулась тут дольше, медленно и лениво переходя в спокойное лето, а затем также постепенно в теплую, долгую осень.
Наверное из-за этого ферентийцы, не обремененные заботами выживания в столь приятном климате, все время стремились к каким-то внешним переменам. Постоянно кипящий котел безжалостно переварил монархию, затем парламентскую республику, а теперь желает прикинуться президентской с взаимным ограничением прав Совета и лидера страны. Ничего нового. В Альбионе, помнится, пару веков назад творилось нечто подобное, но там монархию быстро вернули, поняв, что кормить одного короля, напуганного свержением предшественника, как-то проще, чем свору вечно ругающихся парламентеров.
Гитарный перебор отвлек Кристиана от философских размышлений и вынудил перевести взгляд на неожиданного компаньона.
Как младшему де Лобо удалось получить верительные грамоты от отца и заменить в поездке апийского посла, оставалось только гадать, так как сомневаться в подлинности документов не приходилось. Сеньор ди Кальво лишь подтвердил его полномочия и снова развел руками, не желая влезать в семейные разборки де Лобо. Пришлось смириться.
— Вижу, бумаги заставили вас заскучать, — Фернандо всю дорогу развлекался с охраной игрой в карты, а когда компания не находилась, принимался музицировать и потягивать вино как истинный сын своей родины.
В чем-то герцог его понимал. Четверть века назад политика его тоже не слишком интересовала, разве что как средство развлечения. Это потом пришла ответственность, опыт, понимание. Зачем только мальчишка напросился в поездку? Или Карлос отправил его набираться опыта, посчитав признание нового правительства мелочью, с которой справится даже младший отпрыск?
— Вам бы не мешало с ними ознакомиться. Все же описание нового правительства, не говоря уже о военной доктрине и прочем…
Принц поморщился.
— Вряд ли там будет что-то новое. Ференция граничит с Империей и Изрилионой. С последней большей частью по морю, а флота у нее нет. Вот вам и стоит беспокоиться.
Что ж, кое-что мальчишка понимает. Во всяком случае на уроках землеописания и истории он не спал.
— Все может быть несколько сложнее, чем кажется на первый взгляд, — отметил Кристиан. До прибытия оставалось не более четверти часа, но какие-то основы он еще мог объяснить. Или согласовать, чтобы де Лобо хотя бы не путался под ногами.
Ответом стала усмешка и лукавый прищур темных глаз.
— Что вы хотите мне сказать, Ваше Высочество? Что у берегов Фреденсберга видели корабли Альбиона? Что ваш северный сосед по слухам мутит воду в Ференции и спонсирует новое правительство? Что Изрилиона последние годы активно собирает армию под рукой Церкви, а не Великого Дожа? И что церковные солдаты сплошь фанатики и готовы умереть, но истребить отродья демонов, которым они называют всех магов?
Вот теперь Великий герцог улыбнулся.
— Интересно. Что еще скажете?
— Что быть младшим очень полезно… Нас никогда не воспринимают всерьез. Вам ли не знать, Ваше Высочество?
Он снова прошелся пальцами по струнам, а потом запел. О расставании с девушкой, которая обманула и разбила сердце. Несмотря на смысл, песня оказалась скорее иронично-саркастической, высмеивающей как чувства мужчины, так и поведение девицы, а еще весьма непристойной, если очень хорошо знать апийский и некоторые обороты, известные лишь носителям языка.
На припеве Кристиан едва сдержался, чтобы не засмеяться, и понял, что улыбается едва ли не впервые с того вечера, как Юстас пострадал от встречи с элементалем. Сын так и не пришел в себя, хотя его состояние доктор Вебер описывал как стабильное. Требовалось лишь набраться терпения и ждать. Сидеть у постели не имело никакого смысла, тем более, что там прочно обосновалась Ивон, решившая наверстать упущенное время с внучкой, вот он и отправился в запланированную поездку. Тем более, что несмотря на всю ее незначительность, решить в Ференции можно было многое. Главное — правильно сыграть. И хорошо, что его неожиданный спутник оказался не столь безнадежен, как думалось. При правильном раскладе из всего можно извлечь выгоду…
…На вокзале их встречала небольшая делегация, состоящая из нового министра иностранных дел, его заместителя и пары лиц, которых герцог не потрудился запомнить. Он пожал руки, улыбнулся, ответил на вопросы о дороге незначительной шуткой, заставившей всех натужно рассмеяться. Напряжение, разлитое в воздухе, никак не вязалось с весной и цветущими каштанами. Мимолетно захотелось послать делегацию куда подальше и отправиться в ближайшее кафе слушать скрипки и наслаждаться местной кухней, которая, стоит признать, была на высоте. Желание пришлось привычно подавить, но то, что не мог позволить себе Великий герцог, вполне мог осуществить апийский принц.
Сбоку раздалось лошадиное ржание, заставившее всех обернуться. Охрана под уздцы выводила из соседнего вагона золотистого апииска с короткой темной гривой и таким же хвостом. Один из результатов экспериментов Валенсии, если дипломат помнил верно.
— Тише, девочка, тише.
Фернандо оказался рядом с лошадью, перехватив поводья и разогнав конюхов парой окриков. Застоявшаяся в дороге апииска топнула передним копытом и громко фыркнула, но позволила погладить себя по морде.
— Вы поедете верхом? — вежливо осведомился герцог.
— Конечно. Зачем же еще мне брать с собой лошадь? Нас ведь в гостинице разместят? Скажите адрес, я приеду позже.
— Но… — лицо ферентийца вытянулось от перспективы искать апийского принца по всему городу. — Ваше Высочество, куда вы собираетесь? Разве вы были раньше в Парсине?
— Нет, поэтому и хочу взглянуть на ваш замечательный город, — де Лобо одним движением взлетел в седло. Теперь стало ясно, почему он не стал менять дорожный костюм на парадный. — И начать стоит с самых прекрасных его уголков… Последние два дня я пребывал в обществе одних только мужчин, и у меня образовался острый недостаток женской ласки. Так какой адрес гостиницы?
Пока глава делегации пытался связать два слова, заместитель министра быстро продиктовал адрес и даже сказал, в какую сторону от вокзала лучше направиться, чтобы найти желанное общество.
— Благодарю, — апиец очаровательно улыбнулся, отвесил поклон и послал лошадь в обход здания вокзала, чтобы сразу выехать на улицу.
— Молодость… — неопределенно вздохнул Кристиан, беря уважаемого коллегу под руку и увлекая за собой. — Мы в том же возрасте были еще хуже, не правда ли?
Визит, можно сказать, начался…
Дитрих продолжал задаваться вопросом, зачем Ингемар взял его с собой, пока в холле гостиницы «Президентская» они не встретились с имперской делегацией.
Наставник, почему-то откровенно тянувший время и не желавший подниматься в номер, вдруг прервал дотошные расспросы портье и обернулся на звук голосов вновь прибывших.
— Ваше Высочество, какая встреча, — советник улыбнулся и шагнул к массивному мужчине с тронутыми сединой темными волосами и породистым, властным лицом, шествующим рядом с семенящим ферентийским министром, который встречал их на вокзале. Вот только бергов до гостиницы он провожать не стал.