Дайре Грей – Любительский шпионаж (страница 73)

Фрау Бауэр собрала корзинку для пикника, герцог одолжил автомобиль, и вот они уже в парке, в уединенном месте на берегу пруда, где плавают дикие утки. Основные дорожки для прогулок находились в стороне, на другой стороне водоема мальчишки запускали кораблики, и никого другого видно не было.

Аннабель устроилась на расстеленном пледе и грызла печенье, не спуская глаз с уток, но пока не торопясь знакомиться с ними поближе. Герр Шенбек сбросил шляпу и вытянулся на боку с краю, теребя травинку. Клара смотрела на блеск воды под лучами солнца и вспоминала озеро недалеко от Ельна, куда бегала купаться в жару будучи ребенком.

— Клара, — неожиданно позвал ее мужчина.

— Да?

Она обернулась и наткнулась на внимательный взгляд, такой пронзительный, что стало не по себе. У нее прическа растрепалась? Или с лицом что-то не так?

— Ты еще хочешь быть няней Аннабель?

— Конечно! Меня все устраивает.

— А если у тебя появится собственная семья?

— Но мои родные далеко и совсем не мешают…

— Я о другой семье, — мягко перебил герр Шенбек.

— О… Но я пока не собираюсь замуж. Да и… не за кого.

— А если бы появился тот, кто сделал бы предложение?

Что за странные вопросы? Неужели во дворце ей кто-то заинтересовался? И попросил кузена герцога узнать ее мнение?

— Тогда сначала я предпочла бы выслушать его, а потом решить.

Отказывать лучше не сразу, чтобы не обидеть и не задеть чужие чувства. Замуж она не собиралась. И вовсе не потому, что никого подходящего не было рядом, просто…

— Кхм… В таком случае есть кандидат с хорошим доходом, из уважаемой семьи, добрый и в меру терпеливый, который был бы рад, если бы ты ответила согласием на его предложение.

Клара не сразу нашлась, что сказать на подобное и уставилась на собеседника совершенно неприличным образом.

— И почему же тогда он сам со мной не заговорил?

Ответом стал вздох, потом мужчина сел, и их глаза оказались на одном уровне.

— Заговорил.

— Вы… — в горле пересохло, и слова не шли с языка. — Вы… Вы… что?

Поверить в реальность происходящего не вышло бы ни при каких обстоятельствах.

— Ты сама назвала меня добрым и сказала, что ценишь доброту выше других качеств. Я состоятелен и смогу обеспечить тебя и согласен поддерживать твоих родственников, потому что тебе они важны. Матушка уже благословила мой выбор, поэтому ее реакции ты можешь не опасаться.

Няня украдкой ущипнула себя за ногу сквозь юбку. Больно. Значит, все и правда происходит. И…

— Вы с ума сошли! — воскликнула она, почувствовав, как лицо запылало. — А как же фройляйн Ланге? Что она подумает?!

— Что я — идиот и слишком долго тянул.

Клара прижала ладони к щекам и в ужасе уставилась на мужчину.

— Она знает?!

— И знала еще раньше, чем мы оба… Сабина предполагала, что мы поженимся, когда уезжала.

Захотелось немедленно провалиться сквозь землю. Какой же ужасно неосторожно она была, если фройляйн догадалась! И… неожиданная мысль пришла в голову.

— Вы ради Аннабель хотите на мне жениться? Но я не собираюсь уходить!

Юстас закатил глаза и тихо выругался.

— Аннабель бесспорно важна, но я хочу жениться не из-за нее.

— А почему тогда?

Так не бывает. В реальной жизни сыновья герцогов не женятся на нянях. Разве что в постель их укладывают. Но… герр Шенбек вовсе не такой. Он не стал бы. И не стал. Ведь выгнал ее в тот раз. И…

Ее ладони накрыли мужские пальцы и отвели от лица. Юстас оказался вдруг совсем рядом. Очень близко. Так, что даже дышать стало неловко.

— Потому что я не встречал такую, как ты. Добрую, понимающую, честную, терпеливую… Потому что я очень жадный и хочу сделать тебя только своей. Хочу возвращаться домой и знать, что ты меня ждешь. Хочу семью. Свою семью. И пусть она будет большой или какой угодно, но чтобы в ней была ты.

— Но… я же совсем обычная, — теперь голос сел и не поднимался выше шепота, а руки задрожали, и сердце забилось быстро-быстро.

— Не для меня. Ты согласна?

— Я… я…

Согласится было так просто и так невозможно трудно. Хотелось так много спросить и остаться благоразумной, но близость мужчины кружила голову. И… она ведь много думала о нем. Постоянно. А теперь…

Плеск воды и громкие крики уток заставили вздрогнуть и вернуться в реальность.

Клара распахнула глаза и повернулась к пруду, ища глазами Аннабель. К счастью, девочка не успела отойти от пледа и стояла всего в паре шагов от них, а из воды на берег медленно выползало нечто. Зубастая пасть сомкнулась, поймав лишь воздух, на землю опустилась крупная когтистая лапа, серая кожа матово блеснула под солнцем, стремительно меняясь и обрастая чешуей.

Герр Шенбек вдруг с силой сжал ее руки, причинив боль. Фройляйн вскрикнула, а мужчина одним движением оказался на ногах и дернул ее следом, подхватил дочь одной рукой.

— Бежим! Быстро!

Голос стал резким, в воздухе отчетливо запахло грозой. Няня едва успела подобрать юбку, как ее потянули за руку. В следующий миг они уже бежали в сторону дорожек, а сзади раздался рев, которому вторил сильный порыв ветра и отдаленный крик, похожий на птичий…

Крюгер оказался типичным военным. Резким, жестким, прямолинейным. Он был не склонен к длительным разговорам, поэтому быстро подписал прошение и отправил к адъютанту, у которого Вилли тоже не задержался. В итоге встреча, на которую он запланировал полдня, заняла едва ли час.

Особняк встретил тишиной и пустотой. Все разъехались, и в доме осталась лишь Великая герцогиня. Мешать почтенной вдове Адлер не собирался и направился к лестнице, но был остановлен тихим голосом:

— Майор Адлер.

— Ваша Светлость, — он обернулся.

Вдовствующая герцогиня вышла в холл из гостиной. Безупречная прическа, платье приглушенного серого оттенка, холодное выражение лица. Даже без украшений и где-нибудь посреди улицы эта женщина производила бы неизгладимое впечатление, а в старинном доме в центре столицы оно лишь усиливалось.

— Я собиралась пить чай. Не могли бы вы составить мне компанию? Если вам несложно.

Отказывать витиевато майор не умел. Пришлось улыбаться, соглашаться и плестись следом. Почему-то с герцогом общаться оказалось легко, как и с бывшим разведчиком, и даже с принцем! Но Великая герцогиня внушала ему какую-то робость, которая раздражала.

Дворецкий принес груженый поднос и удалился, оставив их вдвоем.

— Вы любите сладкий? — женщина наполнила чашки и вопросительно взглянула на него.

— Нет, спасибо.

Сейчас Вильгельм и обычный-то чай вряд ли сможет выпить. Но чашку пришлось брать и даже пригубить напиток, чтобы не обидеть хозяйку.

Интересно, через сколько будет прилично заявить, что он должен заняться какими-то делами? И какими? Что бы такое придумать, чтобы она поверила?

— Как прошла ваша встреча?

— Прекрасно, спасибо. А ваша?

— Простите? — она вежливо удивилась.

— В смысле… ваш день. Как ваш день?

Да он ведет себя хуже старой девы на выданье!

— После фронта здесь кажется очень тихо. Непривычно спать на мягкой кровати и есть вкусную еду. Но вам это должно быть знакомо, не так ли?

Она взглянула поверх чашки неожиданно прямо и открыто. И Вилли невольно глотнул больше, чем собирался. И даже впервые почувствовал вкус. Весьма приятный.