Дайна Джеффрис – Ночной поезд на Марракеш (страница 21)
– Ты не могла бы присмотреть за Мадлен?
Клеманс передала мать Надии и, покинув комнату, вскрыла конверт по пути в кабинет. Вынула сложенный лист бумаги и, прочитав записку, бессильно опустилась на ближайший стул. У нее внутри все оборвалось.
Глава 17
Викки смогла заснуть лишь тогда, когда ее окончательно одолела усталость. А спустя пару часов внезапно проснулась от яркого солнца, села в кровати и сжала руками тяжелую голову. Путь домой был долгим. Кузины, казалось, целую вечность прятались под деревьями, дрожа от страха, что Патрис может в любую минуту их обнаружить.
Он стоял на террасе, напряженно оглядывая сад зоркими глазами. Мимо прижавшихся к земле девушек прокрался вислоухий кот с острой мордой и, фыркнув, выкатился из кустов на заросшую высокой травой лужайку. Должно быть, этот кот и привлек внимание Патриса своими криками.
Викки видела Патриса сквозь просвет в кустах. Он не двинулся с места, а продолжил стоять, всматриваясь в окутанный тьмой сад.
Хотя, конечно, если бы он заметил, что кто-то следит за ним из укрытия, то непременно спустился бы, чтобы обшарить сад. Ведь так? Второй мужчина окликнул его из дома, однако Викки не смогла разобрать, о чем идет речь. Она увидела, что после секундного колебания Патрис шагнул вперед и обвел кусты лучом фонаря, устремив напряженный взгляд в темноту. Но потом его снова позвал второй мужчина, и Патрис поспешно вернулся в дом. В комнате зажегся свет.
А несколько минут спустя девушки увидели, как Патрис с подельником выволакивают тело Джимми из комнаты. Когда послышался рев мотора отъезжающего на большой скорости автомобиля, Викки со стоном согнулась пополам.
– Пошли! – Беа потянула кузину за рукав.
– Погоди! Это, возможно, ловушка.
Девушки выждали какое-то время, после чего на неверных ногах бросились к дыре в заборе и, обдирая в кровь руки и ноги, пролезли через нее. После чего примерно с час, держась друг за друга и обливаясь слезами, шли по дороге, пока уже на рассвете их не подобрал грузовичок с фруктами, направлявшийся в центр Марракеша. Водитель высадил девушек неподалеку от площади, и они бросились домой, благодаря Господа, что все мучения остались позади.
Но мучения не остались позади. Джимми был мертв. Убит.
Передвинувшись на край кровати, Викки перевернулась и спустила ноги на пол. Перед ее мысленным взором снова возникло скрюченное тело Джимми. Викки зажмурилась. Джимми. Мертвый. Но почему? Если бы она не видела все своими глазами, то никогда не поверила бы.
Викки сделала глубокий вдох. И о чем они только думали?! Беа права: залезать в чужой сад оказалось форменным безумием. Нужно было просто перебросить альбом через стену. Викки бросила взгляд на свои сломанные ногти, затем обследовала царапины на запястьях и предплечьях. Эх, перевести бы часы назад! Но об этом можно только мечтать. Единственное, что им остается, – поскорее убраться из Марракеша. Другого выхода нет.
Преодолевая похмельную тошноту, Викки осторожно переступила через груду грязной одежды на полу. Затем потрясла за плечо Беатрис. Та сразу проснулась и уставилась на кузину.
– И что, блин, нам теперь делать?! – прошептала Беа.
У нее размазалась тушь под глазами, и вообще Беа выглядела так, будто всю ночь отрывалась на разгульной вечеринке.
Оцепенев от страха, Викки присела на край кровати кузины:
– Нам придется уехать из Марокко. Если останемся, то будем вечно ходить с оглядкой и переживать за свою безопасность.
В голове то и дело возникала картина убийства: кровь, упавший на пол Джимми, его безжизненное тело, глухое «стук-стук-стук» головы об пол. И кошмарный взгляд Патриса, казалось устремленный прямо ей, Викки, в глаза. Можно ли быть уверенной, что он не видел их с Беа?
– Нужно обратиться к Этте. В аэропорту, возможно, говорят только по-арабски. Пожалуй, спущусь к ней прямо сейчас.
Беа схватила кузину за руку:
– А как насчет поезда? На поезде будет дешевле.
– Я узнаю, – стряхнув руку Беа, сказала Викки. – Запри дверь.
Она сбежала вниз, постучалась к Этте и, когда хозяйка, как всегда в черном, провела ее на кухню, попросила помочь им купить билет на самолет.
– Нам необходимо прямо сейчас улететь в Англию.
Нахмурившись, Этта пристально посмотрела на девушку:
– Где ты умудрилась так расцарапать лицо?
– Упала в кусты ежевики, – солгала Викки. – Слишком много выпила.
Этта продолжала хмуриться:
– Солнышко, почему тебе приспичило уехать прямо сегодня? К чему такая спешка? Мне казалось, тебе здесь нравится.
– Нравится.
– Тогда в чем дело?
– Пожалуйста, Этта. Я не могу объяснить. Не сейчас.
– Хорошо. Выпей-ка на дорожку кофе. Угощайся круассаном.
Этта сняла телефонную трубку и набрала номер. Пока Этта ждала ответа абонента, Викки рассеянно смотрела по сторонам, практически не обращая внимания на мешанину из жизнерадостных картин на покрытых марокканской штукатуркой стенах, разросшиеся пальмы в горшках, плафоны из разноцветного хрусталя. Она была слишком расстроена, чтобы любоваться всей этой красотой.
Этта начала говорить по-арабски. Разговор продолжался несколько минут, и она все больше хмурилась, слушая ответы собеседника.
– Вы уверены? И во Францию тоже? – раздраженно спросила она, переходя на французский. – То есть до тридцатого числа ничего нет? Но это ведь только через три дня.
Послушав секунду-другую, Этта швырнула трубку.
– Что? – заволновалась Викки.
– Англия вчера вышла в полуфинал чемпионата мира по футболу, и поэтому все билеты на самолет из Касабланки или Рабата проданы.
– Но даже до Рабата поезд идет много часов. А здесь разве нет местного аэропорта?
Этта покачала головой:
– Боюсь, здесь у нас только военный аэропорт. Похоже, все от мала до велика, включая и мужское население Марокко, едут на стадион «Уэмбли» или собираются смотреть матч по телевизору в Англии или в Германии.
– Нет! – зажмурившись, застонала Викки.
– Во Францию тоже ничего не летит. Туда и в лучшие времена очень мало рейсов. Но с этим… – Когда Викки, схватившись за голову, принялась в отчаянии раскачиваться, Этта положила ей руку на плечо. – Да ладно тебе, Викки! Все обойдется.
– Вы не могли бы повторить, что вам ответили?
– Мне сказали, что все рейсы забиты туристами и местными жителями, – пожала плечами Этта. – Кто мог предвидеть, что и хиппи, и приличные люди настолько любят футбол?
Викки тяжело сглотнула, пытаясь обуздать страх.
– А не могли бы вы узнать, как там насчет поездов?
Этта набрала нужный номер и полчаса оставалась на линии, а Викки тем временем нетерпеливо расхаживала туда-сюда по кухне, рассматривая гобелены, кипы журналов и затейливую ширму, отделяющую одну часть помещения от другой.
Наконец Этте ответили. Поговорив несколько секунд, она покачала головой и положила трубку.
– К сожалению, все поезда из Марракеша полностью забиты.
Викки отчаянно заморгала, пытаясь сдержать слезы.
– В чем дело? Викки, ты выглядишь ужасно. Что случилось?
– Я не могу вам рассказать. Честное слово! Но мне нужно срочно увидеть Клеманс. Она подскажет, как нам быть.
Вихрем взлетев по лестнице, Викки выложила кузине нерадостные новости.
– Ой, нет! Что нам теперь делать? – Высокий пронзительный голос Беа буквально звенел от страха.
– Возможно, Патрис нас не видел.
– Возможно?! – взвыла Беа. – Мы не можем сидеть и ждать, когда Патрис постучится к нам в дверь. Викки, мы просто не можем!
Беа была права. Викки задумчиво прищурилась:
– Попробую разыскать Тома. Боже, какая жалость, что здесь не у всех есть телефон! Так или иначе Тома следует поставить в известность о том, что случилось с Джимми. А затем попытаемся как можно быстрее выбраться из Марракеша.