Даяна Райт – Мост между мирами (страница 7)

– Кого? – седые брови Тищенко сошлись на переносице, а лоб покрыли глубокие мимические морщины. – Миша, что с тобой?

– Кроме меня, вы никого здесь больше не видите? – я продолжал смотреть на брата, всем сердцем мечтая услышать отрицательный ответ. – Вы разве не видите его?

– Меня никто кроме тебя не видит, упрямец, – голос брата вновь казался мне игрой воображения. – Ты сейчас выглядишь как сошедший с ума псих. Я бы на твоем месте помалкивал и не ухудшал свое положение.

– Замолкни! – я даже не понял, как обратился к брату в присутствии заведующего. – Я теперь старше тебя и не нуждаюсь в твоих комментариях!

– Миша, я ничего не говорил, – лицо Тищенко выражало недоумение и растерянность. – Что… Что с тобой происходит? Ты из-за Преснякова позволил себе напиться прямо в отделении?

– Я… – слишком поздно я осознал свою ошибку и тот хаос, который застал Тищенко. – Прошу прощения, Иван Фёдорович. Я действительно позволил себе лишнего и немного переборщил, – мой взгляд скользнул по осколкам стекла, которые разлетелись по полу. – Такого больше никогда не повторится. Обещаю вам.

– Я надеюсь на это, – мужчина продолжал хмуриться, но его голос заметно потеплел. – Мне сообщили о случае с Пресняковым. Ты должен понимать, что в случившемся нет твоей вины. Да и ничьей вины нет. Пациент упал и тем самым спровоцировал кровотечение. Можно сказать, что это была его судьба.

– Вы уже третий, кто говорит мне о судьбе, – я бросил мимолетный взгляд на образ брата, который продолжал стоять молча в углу кабинета. – Но я не могу мириться с подобными вещами. Мы боремся со смертью, а не тупо идем на поводу у судьбы. Не в этом ли наша главная обязанность? Спасать жизни вопреки всем правилам высших сил и самой смерти.

– Мы спасаем жизни, но делаем это только в том случае, если человек действительно имеет шанс продолжить свою жизнь, – мужчина испустил обреченный вздох. – Миша, с завтрашнего дня отправляйся в отпуск. Отдохни, наберись сил, приведи мысли в порядок и возвращайся к работе с чистой головой.

– Но я не…

– Зайди ко мне в кабинет через полчаса. А пока наведи порядок в своем кабинете, – строгий взгляд заведующего не оставил мне другого выбора, как покорно следовать его указаниям. – Порядок в разуме начинается с порядка в доме. У хирургов инструмент и мысли должны быть всегда стерильно чисты. Не забывай об этом.

Тищенко бросил на меня обеспокоенный взгляд и, не сказав ни слова, вышел из кабинета. Я снова остался наедине с хаосом мыслей, которые теснились у меня в голове.

Спустя пару часов я покинул отделение, держа в руках сумку с вещами. Как я и предполагал, Тищенко не стал слушать мои оправдания и отправил меня в незапланированный отпуск, несмотря на мои возражения. Моё поведение было списано на усталость и эмоциональное потрясение из-за смерти пациента. Спорить или доказывать свою правоту было бессмысленно, и я покорно согласился с доводами заведующего отделением, отправляясь на заслуженный отдых.

Перед уходом медсестра очистила мою кровь от остатков алкоголя, что позволило мне сесть за руль, несмотря на недавнее употребление спиртных напитков. Раствор натрия хлорида творит чудеса и является универсальным средством от любого вида похмелья.

После ухода заведующего образ моего брата исчез из кабинета, и я воспринял недавний разговор как временное помутнение сознания. Капельница и витамины внутривенно помогли мне окончательно прийти в себя и привести мысли в порядок.

Я забросил немногочисленные вещи на заднее сиденье и занял место за рулём. Перед тем как выехать с парковки медицинского центра, я прибавил громкость музыке и начал движение. В тот момент, когда я тронулся с места, на пассажирском сидении появился знакомый образ молодого парня. Он раскинулся на поверхности кожаного сидения с довольной улыбкой на лице.

– Классная игрушка, – салон автомобиля наполнился юношеским смехом. – И не совестно тебе брать деньги с тех, кого ты так яростно пытаешься спасти и кем прикрываешься в своей деятельности?

Я резко нажал на педаль тормоза, испугавшись внезапно материализовавшейся персоны. Меня подбросило на месте, в то время как призрак продолжал сидеть неподвижно.

– Какого… – я повернулся в сторону пассажирского сидения. – Ты же исчез и должен был оставить мой разум в покое!

– Не надейся, – парень усмехался. – И это по твоей вине я вот уже двадцать лет живу бок о бок с упрямым глупцом, привязанный словно тень к твоей персоне.

– Это что ещё значит? Какие ещё двадцать лет?

– Ты думаешь, кто охранял твою жизнь все эти годы? – призрак повернулся ко мне лицом, и наши взгляды вновь встретились. – Ты сказал, что я нужен тебе и ты никогда не позволишь мне покинуть тебя. Со дня своей смерти я выполняю роль твоего ангела-хранителя, оберегая тебя от идиотских и глупых поступков. Прямо как в тот вечер, когда ты хотел переспать с Ингой, но у тебя…

– ЗАМОЛЧИ! – подобные фантазии лишили меня обретенного спокойствия. – Не смей говорить, что ты всюду следовал за мной и всё видел.

– Видел. И иногда позволял себе вмешиваться в твою жизнь, пусть и из тени, – парень подмигнул мне. – Я спас тебя от заражения венерической заразой. Мишаня, ты мне знатно задолжал.

– Твою мать… Твою мать! – я сжал руль так крепко, что костяшки пальцев побелели. – Почему ты появился именно сейчас и почему я вижу тебя? Разве ты не должен уйти на покой и оставить тленный мир?

– Должен, но, как я уже сказал ранее, ты привязал меня к себе и не отпустил на покой. И теперь я вынужден следовать за своим младшим братом, не имея шанса на упокоение.

– Хочешь сказать, что ты не можешь уйти из-за… из-за меня?

– И как ты окончил медицинский с такими логическими навыками? – глаза парня подкатились. – Homines amplius oculis quam auribus credunt (Люди больше верят словам, чем ушам (лат.)). Не так ли?

– Ты ещё и латынь знаешь? Чего ты хочешь? Зачем ты преследуешь меня?

– Глупый вопрос, – брат вновь подкатил глаза. Где-то за пределами автомобиля раздался звук автомобильного гудка, который испускал стоящий за мной автомобиль. – Может, закончим с разговорами и отправимся в путь? Не стоит создавать проблем другим участникам движения.

– Сам как-нибудь разберусь, как мне вести себя на дороге, – я открыл окно и высунулся в сторону стоящего позади меня автомобиля. – Засунь свой сигнал себе глубоко в…

– Мишаня, не веди себя как законченный чудак. Ты не прав, но набросился на невиновного человека с оскорблениями. Осуждаю.

– Молчи! Просто сиди и помалкивай, пока я не врезался в ближайший столб и не отправился в твою призрачную компанию.

Я резко нажал на газ, и автомобиль сорвался с места, войдя в поворот в боковом заносе. Скорость и адреналин, хлынувшие в кровь, отрезвляли лучше, чем физраствор, который я ввёл себе ранее. Я мчался по дороге, не обращая внимания на светофоры и других водителей.

Этот день был похож на кошмар: первая за многие годы смерть пациента, нелепые оправдания ординатора, моё сумасшествие в глазах заведующего и незапланированный отпуск. К тому же меня продолжала преследовать слишком живая и осязаемая галлюцинация, чьи насмешки стали выводить меня из себя. За двадцать лет одинокой жизни я привык полагаться только на себя и свой разум. Но видеть старшего брата и слышать его замечания, будучи взрослым и состоявшимся мужчиной, было нелегко.

Домой я добрался в том же паршивом и возбуждённом состоянии. Оставив автомобиль на парковке, я поспешил в родные стены. Вопреки моим ожиданиям, призрак повсюду следовал за мной. Я был благодарен ему за продолжительное молчание и возможность не вести беседы с пустотой в присутствии других людей.

Как только я захлопнул дверь, брат прошёл внутрь и начал расхаживать по квартире, словно по собственному дому.

– Неплохо ты устроился. По сравнению с твоей квартирой наш домик в Краснодаре выглядел как свалка мусора, – взгляд брата оценивающе осматривал убранство комнат и дизайн квартиры. – Совесть не мучает?

– С чего меня должна мучить совесть? – комментарии фантома вызывали у меня раздражение. – Я спасаю жизни и день за днём вытаскиваю людей из лап смерти. В том, что семьи пациентов выражают мне свою благодарность материальной поддержкой, нет ничего постыдного. – Я не хотел продолжать этот неудобный разговор и решил перевести его в другое русло. – Давай лучше поговорим о том, что ты делаешь рядом со мной и как возможно всё это?

– Для нейрохирурга ты слишком рассеян, и твоё внимание явно нуждается в лучшей концентрации.

– Даже если предположить, что ты появился по моей вине и именно я привязал тебя к себе, вопрос теперь в том, как мне отвязать тебя и вернуться к нормальной жизни?

– Не могу знать, – фантом брата упал на ближайшее кресло. – Я такой же заложник обстоятельств, что и ты.

– И что нам делать? – я сел на край дивана, наклонившись в сторону лежавшего на кресле призрака. – Так не может продолжаться всю жизнь. Рано или поздно меня сочтут сумасшедшим и отправят в заведение для душевнобольных.

– Могу сказать только одно: делай вид, что меня нет рядом, и в присутствии живых людей старайся не замечать моей персоны, – брат усмехнулся. – Ты сегодня знатно облажался в глазах своего заведующего. Видел бы ты его лицо в тот момент, когда ты кричал своё гневное «заткнись». Мужика за малым инфаркт не настиг.