Даяна Райт – Мост между мирами (страница 10)

– Невринома головного мозга, – произнес юношеский голос призрака. – Редкое, но серьёзное заболевание, которое возникает из нейроэктодермальных клеток миелиновой оболочки нервных волокон, лежащих в непосредственной близости с различными структурами внутри головного мозга. Эти клетки начинают необъяснимо размножаться и образовывать опухоли. Опухоль невриномы может варьироваться по размеру и местоположению, и может быть как злокачественной, так и доброкачественной, что осложняет её лечение во втором варианте и исключает операцию в первом.

– Откуда у тебя столь глубокие познания в классификации новообразований? – Неожиданные познания брата в столь сложных областях медицины вызвали во мне искреннее удивление. – Может быть, ты мне ещё и точный диагноз назовешь без остальных обследований и анализов клеток новообразования?

– Мишаня, ты уверен, что стоит проверять наш спор на ней? – В реакции брата я заметил заминку и неуверенность. – Может, найдём кого-то постороннего и не будем подвергать твой разум излишним душевным пыткам?

– А разве она не посторонняя? – Я вновь позволил себе вспылить. – Я впервые в жизни вижу эту девчонку, но по воле случая она оказалась одной из моих пациентов и требует лечения грамотным нейрохирургом, каким по счастливому стечению обстоятельств являюсь я. Считаю своим долгом обследовать девчонку и провести операцию по удалению опухоли. Тем более что в большинстве случаев невринома является доброкачественным образованием и поддаётся хирургическому вмешательству и лечится путём удаления.

– Мишаня, я бы не хотел опускать тебя с небес на землю, но… – Брат запнулся, смотря на тело девушки с жалостью в глазах. – Опухоль злокачественная. Операция не даст никаких результатов, и она в любом случае уйдёт из жизни в ближайшее время.

– Ещё раз… – Медленным и неторопливым движением я повернулся к брату лицом. – Что значит «она уйдёт из жизни»? Хочешь сказать, что она…

– Обречена. Не могу назвать точный срок жизни, но её душа уже готовится покинуть плоть и имеет следы метки смерти, – Брат испустил тяжёлый вздох, хотя я и не понимал, зачем он это делал, будучи бестелесным призраком. – Миша, не стоит идти против судьбы. Случай с тем мужчиной должен был показать тебе, что смерть неизбежна, и она найдёт способ забрать своё.

– Но она… – Я не смог сформировать нужных слов и стоял с растерянным выражением лица.

Девушка, чей образ постоянно являлся мне во снах и которую я так давно мечтал увидеть, лежала передо мной. Не знаю, откуда взялись эти фантазии, но я начал воображать, как наше знакомство изменит наши жизни, как я обрету близкого человека и избавлюсь от одиночества. Этот внеземной женский образ занимал мои мысли и стал идеалом.

Однако сейчас я осознавал, что ангел, сошедший прямиком из глубин моего подсознания, должен уйти и оставить меня в одиночестве. Я смотрел на лицо незнакомки, пытаясь найти способ избежать этой ужасной участи для юной и невинной души. Нечто необъяснимое подсказывало мне, что она – мой единственный шанс избавиться от безразличия и отрешенности. В ней заключалась моя судьба и спасение.

Тело девушки зашевелилось, и меня охватило неконтролируемое волнение перед предстоящим разговором. Я так долго представлял себе ее голос, как волшебно звучат слова из ее пухлых губ. Сейчас я был взволнован как никогда прежде. В глубине души я мечтал произвести наилучшее впечатление на незнакомку и попытаться завладеть ее вниманием с помощью своего обаяния и харизмы.

С трудом преодолев волнение, я сглотнул ком в горле и обратился к девушке самым учтивым голосом, на который был способен:

– Вы меня слышите? Вы помните, что с вами произошло?

Некогда прекрасные черты лица исказились в гримасе. Хотя девушка хмурилась и потеряла былую красоту, она по-прежнему была прекрасна, даже с перекошенной и кривой гримасой на лице.

– Какого черта… – со стороны незнакомки посыпались гневные ругательства. Я был ошеломлен и растерян из-за ее реакции и внезапного всплеска. Мои фантазии разбились о бетонную стену реального мира и рассыпались вдребезги в глубинах подсознания. – Ты кто такой?

– Михаил Игоревич Безбожий, – все свои силы я тратил на то, чтобы сохранять спокойствие в разговоре. – Я нашел вас на улице и привез в Федеральный центр нейрохирургии.

Я не успел закончить рассказ, как незнакомка распахнула слипшиеся веки, взмахивая длинными ресницами. Первое, что бросилось мне в глаза, – это глубокий и пронизывающий до костей взгляд. Он был суров и таил в себе злость и ярость. Я долгие дни представлял, как мог выглядеть взгляд богини из снов и какой у нее был цвет глаз. Но все мои мечты вновь с треском провалились и не оправдали ожиданий. В озлобленном взгляде девушки не было и тени нежности и шарма, что я так долго рисовал в своих фантазиях. Скорее, это был взгляд загнанного в угол зверя, который был готов наброситься на преследователей без угрызений совести.

Однако что осталось неизменным, так это яркий цвет глаз. Он имел насыщенный синий оттенок, который при долгом рассмотрении и погружении в их бездонную глубину приобретал фиолетовые блики мистического пламени.

Вот уже пять минут я стоял как вкопанный, не отрывая взгляда от глаз девушки. Незнакомка внимательно осматривала меня с ног до головы, сохраняя неизменное выражение лица.

– Скажи честно, тебя вызвала мама? Она упекла меня на пожизненное в край пыток и безнадежности? – наконец, незнакомка перестала изучать меня и обратила внимание на окружающее пространство. – Хотя не похоже, чтобы мы были в больнице. Здесь слишком красиво, и для палаты ремонтик дороговат.

Поведение девушки и ее манера разговора в очередной раз ввергли меня в ступор. С каждой минутой мои мечты и фантазии разрывались в клочья, оставляя болезненный след разочарования в душе.

– Уверяю вас, в данный момент мы находимся в Федеральном Центре Нейрохирургии. Я доставил вас сюда сразу после того, как вас сбила машина… – я поймал себя на мысли, что не могу признаться в своей причастности к произошедшему столкновению. Это побудило меня придумать наиболее подходящую и правдоподобную ложь по поводу нашей встречи.

– Машина! – девушка вскрикнула и попыталась принять сидячее положение. Но ее тело тут же обмякло, и она упала на прежнее место. – Что с водителем? Он жив? Он в порядке?

– Что? – эмоциональный всплеск и град вопросов вогнали меня в еще больший ступор, чем грубые выражения незнакомки. – Для начала назовите свое имя и расскажите, что последнее вы помните перед потерей сознания.

– Заканчивай этот спектакль, – девушка иронично рассмеялась. – Я знаю, что мать намеренно отправила меня сюда, желая успокоить свою совесть.

– Я вас не понимаю, – мне было сложно уловить смысл разговора и посыл девушки. – Я увидел вас под колесами автомобиля и, как врач, выполнил свой долг перед нуждающимся человеком. Я даже имени вашего не знаю, не говоря уже о вашей матери и семье.

– Какое «счастливое» стечение обстоятельств, – сарказм был слишком ярким в каждом произнесенном незнакомкой слове. – Хочешь сказать, что ты моя судьба?

Я часто слышал высказывания коллег и знакомых о судьбе и предначертанных ей путях. Но почему-то слова девушки и упоминание судьбы заставили мое тело вздрогнуть. Я не хотел показаться навязчивым или выставлять себя законченным психом. Но разум упорно продолжал озвучивать положительный ответ на заданный девушкой вопрос.

– Я не верю в судьбу, – впервые за наш разговор я позволил себе улыбнуться. – Только человек вправе решать, какой будет его жизнь и как долго ему отведено в этом мире. И каждый день я борюсь против судьбы и самой смерти.

Не знаю, что конкретно изменилось между нами, но девушка замерла, осматривая меня большими и бездонными глазами. В ее еще недавно суровых чертах появилось нечто иное. То, что я мечтал увидеть все это долгое время.

– А ты не такой, как другие умники, – я заметил, как уголки пухлых губок искривились в слабой ухмылке. – Так что с водителем? Он в порядке?

– Вас интересует состояние сбившего вас водителя? – Меня все еще удивляла реакция девушки и ее необъяснимое поведение. – Вы хотите подать заявление в полицию?

– Зачем мне это? – девушка вновь рассмеялась, и звуки ее звонкого смеха еще долгое время раздавались громким эхом в моем разуме. – Я беспокоюсь об этом бедолаге, что оказался не в том месте и не в подходящий час на дороге, став случайно жертвой.

– Жерт… – я осекся и замолчал. Девушка явно была не в себе и вела себя слишком подозрительно. – Жертвой?

– Просто ответь мне, что с водителем и в каком он состоянии. Лишь после этого я пойду на дальнейший диалог.

Вновь меня пронзил суровый и настойчивый взгляд синих, словно холодный лед, глаз. Что-то внутри меня противилось возможности играть по чужим правилам и требовало хладнокровного и профессионального подхода к травмированному пациенту. Но разум считал иначе.

– Водитель в полном порядке, – ответил я после долгой и продолжительной паузы. Слова вырвались непроизвольно, словно были порождением иного разума, но не моего собственного. – Автомобиль двигался на низкой скорости, что помогло избежать травм как с вашей стороны, так и со стороны виновника этого происшествия.

– Ты сейчас снял гору проблем с меня, – девушка откинулась на подушку и закрыла глаза. – Если встретишь этого бедолагу и знаешь, кто он такой, принеси ему мои извинения. Он ни в чем не виноват, и я сама бросилась под колеса. Пусть водитель не винит себя. И я не выдвину никаких обвинений. Всё произошедшее – моя вина и следствие моих действий.