Давид Самойлов – Ранний Самойлов: Дневниковые записи и стихи: 1934 – начало 1950-х (страница 52)
Пристукивая, с арками вокзала
Вагоны затевают болтовню.
«Люблю!» Зачем ты раньше не сказала!
Ах, слишком поздно я тебя виню.
Я вспоминаю детские романы.
Не жалко ли, что невозможны вновь
Почти неощутимые обманы,
Почти не тяготящая любовь.
И – душу в душу, точно руку в руку,
Без поцелуев, без сомнений, без
Летающих по замкнутому кругу
Снижающихся ветреных небес.
Когда вдвоем бродили по Миусам[179],
Расталкивая заросли дождя.
Там капли были с запахом и вкусом
Черемухи. Немного погодя
Из ливнем зацелованного мрака
Спешили в скользкий отсвет городской
И подтверждали строчкой Пастернака
Неясность, не грозящую тоской.
Но все прошло. И мы теперь иные.
Бушует пламя непочатых дел.
Нас ожидают женщины земные,
Земные страсти и земной удел.
Иным ветрам поручим наше судно.
Неблизкий путь начертан кораблю.
Но позабыть не хочется и трудно
То пущенное по ветру «люблю».
Передний край.
Пространства нежилые
Одни обстрелы в памяти хранят.
Живут в земле солдаты пожилые,
Запал не вынимая из гранат.
Здесь каждый день –
дуэль без секундантов,
Привычный случай правит бытием.
Грызем сухарь. Ругаем интендантов.
Вполглаза спим. Вполголоса поем.
И говорим про ночи Ленинграда,
Когда, пытаясь оседлать шоссе,
Морской пехоты славная бригада
Погибла на нейтральной полосе.
Слетают с нас фальшивым опереньем
Полутона домашнего житья.
Живи с своим стрелковым
отделеньем –
Все перед пулей братья и друзья!
Я постигал ряды простейших истин,
Простейших слов, которым нет цены.
Меня дышать учили бескорыстьем
В пехоте русской нижние чины.
Меня учили бревна брать под комель,
Копать окоп, не спать, делить сухарь.
Меня с водой и птицами знакомил
Иван Васильич Каботов – волгарь.
Загадывали, жили по приметам,
Что девки – к диву, яблоки –
к слезам.
И был окоп мне университетом,
Где обучают по своим азам.
Был первый бой.
Не первый бой ружейный,
А первый бой с инстинктом и с собой.
Он нарастал предельным напряженьем,
Чугунным ритмом, дымом и пальбой. 
