Стихотворения
«Берлин в просветах стен без стекол…»
Берлин в просветах стен без стекол
Опять преследует меня
Оскалом сползшего на цоколь,
Как труп, зеленого коня.
Продуты смертным сквозняком
Кривые пальцы мертвых сучьев.
Над чем смеешься, страшный конь,
По уши тучи нахлобучив!..
Романс
Последний раз я плакал на вокзале
Тому назад почти уже пять лет.
Какими равнодушными глазами
Вы поезду тогда глядели вслед.
Я глаз не видел. Я тот холод чуял.
Он, как декабрь, студил наверняка.
И после, долго по свету кочуя,
Его я ощущал издалека.
Вы не любили? Нет, за то не судят.
И я любви не требовал от вас.
Но пожалей, Господь, кого остудит
Безмерный лед таких, как ваши, глаз.
В шесть часов вечера после войны
Вот когда припомнились друзья!
Вот когда пошли терзать разлуки!
Вспомнили про души – ведь нельзя,
Чтоб всегда натянуты, как луки.
И куда помчится мой двойник
Через все пределы ожиданья?
С кем он в шесть часов после войны
Побежит на первое свиданье?
Он устал… Иных давно уж нет…
Камни у разбитого Рейхстага…
В тишину, как лекарь в лазарет,
Ночь идет, не замедляя шага.
Кислой медью крыши зеленя,
Ночь идет в просветы стен без стекол.
Медный труп зеленого коня
Скалится, поваленный на цоколь.
Здесь в тиши накрыт наш скромный стол.
Шесть часов… Мы празднуем победу.
Но никто на праздник не пришел.
Те, кого позвал бы я к обеду,
Где они, поэты и друзья!
Кто убит, а кто пропал без вести.
А который, может быть, как я,
Пьет коньяк в проклятом Бухаресте.
Трудно в тишине дышать и жить…
И сосед сказал, вздохнув глубоко:
– Может, этот праздник отложить –
Здесь ведь до Парижа недалеко…
Божена
Нас обнимали украинки,
Нас целовали польки…
Кто сосчитает, сколько
Было их, нежных и грустных:
Бандитские жинки под Сарнами[170],
Под Ковелем – брови черные,
Под Луковом[171] – очи чарные,
Под Седлецом – косы русые.
Но все равно не утолить
Душе бессмертной жажды.
И как болело, так болит
У любящих однажды. 
