Давид Кон – Заложник (страница 15)

Заложник помедлил несколько секунд, словно размышлял над ответом, затем, неловко опираясь на скованные руки, приподнялся с табурета.

— Простите, доктор, мне страшно неудобно, но самому не справиться… У меня в заднем кармане лист бумаги. Не поможете достать?

Юсуф помедлил. Заложник терпеливо ждал в неудобной позе. Юсуф обошел стол и запустил два пальца в задний карман модных васильковых джинсов. Нащупал бумагу и потянул. Лист, сложенный вчетверо. Юсуф вернулся на место и вложил бумагу в руку заложника. Зашевелились металлические браслеты.

— Здесь несколько цитат, — объяснил заложник, развернул лист и расправил бумагу на столе. — Я их выписал для своих друзей. Они хотели поговорить со мной на ту же тему. Вот послушайте. — Заложник поднял глаза на Юсуфа и, убедившись, что тот готов слушать, начал читать: — «Люди погружены в земное, они безоглядно гонятся, кто-то за деньгами, кто-то за женщинами. У них нет времени думать о Боге и высших духовных ценностях. Солнце восходит, и разум снова начинает гонку по привычным рельсам: за едой, питьем, развлечениями и сном. День прошел. Так проходит вся жизнь».

Заложник поднял голову. Юсуф пожал плечами, не понимая, к чему клонит этот человек. Заложник перевернул лист.

— «Мысль о Боге — единственная мысль, которая всегда должна быть в голове человека. Она позволит преодолеть все преграды. Подлинная победа — это победа над разумом. Только это дает настоящую свободу». — Заложник осторожно свернул лист.

— Как вы думаете, доктор, кто написал эти строки?

Юсуф пожал плечами.

— Не знаю. Наверное, кто-то из ваших мудрецов?

Юсуфу показалось, что в глазах заложника мелькнула искра торжества. Почти восторга.

— Нет, это не так! — торжественным голосом произнес он. — Эти строки написаны столпами буддизма. Последователями того самого Будды, сына индийского раджи. Согласитесь, сходство этих идей с идеями наших мудрецов удивительное.

Юсуф неловко пожал плечами, но ничего не ответил. Впрочем, заложник и не ждал его ответа. Он раскрыл книгу и зашуршал страницами, продолжая говорить. Конечно, его заинтересовали причины такого совпадения взглядов и мыслей столпов буддизма и иудаизма. И он решил этот вопрос прояснить. Ответ он нашел, разумеется, в книге. Это тоже история жизни Авраама. Или, если доктор настаивает, он может называть его Ибрагимом. Вот это место. Заложник развернул книгу, провел ладонью по странице и поднял глаза на Юсуфа.

— После смерти своей жены Сары Авраам женился еще раз. На женщине по имени Ктура. И у него родились еще шесть сыновей. А когда сыновья выросли…

Заложник еще раз разгладил страницу.

— Вот, послушайте!

Он поднес книгу к глазам и прочел нараспев:

— И отдал Авраам все, что у него, Исааку. А другим сынам дал Авраам подарки и отослал их от Исаака, сына своего, еще при жизни своей на восток.

Заложник поднял голову.

— Как вы думаете, доктор, какие подарки дал своим детям Авраам? Золото и серебро? Конечно. Он был человеком не бедным и мог обеспечить детей всем необходимым. Но главными подарками были знания по устройству мира, которые он ранее передал своим старшим сыновьям Ишмаэлю и Исааку. А отправил он своих сыновей, заметьте, на восток. Что произошло с детьми Авраама на востоке? Местные жители переняли их знания. Но распорядились ими по-своему. Назначили своих богов из числа смертных. И чистая вера превратилась в новую религию, которую назвали буддизмом. По имени сына раджи, оказавшегося самым способным учеником.

Заложник оживился, его глаза блеснули в свете тусклой лампы. Юсуф был готов поспорить, что этот человек на мгновение забыл о том, что находится в подвале, в плену, в ожидании смерти.

— То есть все эти медитации, лечение иглами и прочие восточные премудрости, все из вашей книги? — недоверчиво спросил Юсуф.

Заложник энергично кивнул.

— Но главное, полное слияние в человеке двух составляющих — духовной и материальной, которое буддисты называют просветлением. Это и есть настоящая гармония.

Заложник хотел сказать еще что-то, но за дверью послышались шаги и глазок в двери открылся. Чей-то внимательный глаз несколько секунд рассматривал врача и пациента, после чего глазок закрылся. Юсуф понял, что пора уходить, и взял со стола саквояж.

— А что с четвертым потоком? Неужели вы готовы утверждать, что ваша религия тоже исказила истину?

Заложник быстро кивнул, понимая, что время визита истекает, и взял со стола книгу.

— Пророк Моисей получил от Творца эту книгу вместе с объяснением каждого ее слова. Он предполагал, что эти знания будут передаваться устно из поколения в поколение. Но этого не произошло. Войны, распри, ссоры и скандалы, завоеватели, глупые правители, продажные священники. Все это привело к тому, что знания искажались и терялись. Частично их удалось восстановить. Но часть знаний оказалась потеряна навсегда. И вот результат. Мы далеки от истинного понимания книги так же, как и другие народы. Возможно, наша вина даже более очевидна. Мы были очень близки к истине, мы владели ею, но удержать не смогли. Отдалились и потеряли даже те знания, которыми обладали. И заменили чистую веру религией. Которая, может быть, очень похожа на чистую веру, но по сути дела ею уже не является.

Заложник кончиками пальцев провел по обложке, по бордовой коже и желтым завиткам.

— За последнее столетие все только усугубилось, доктор. — Заложник поднял глаза на Юсуфа. — Многие постановления наших раввинов противоречат духу и букве этой книги. Мы перестали соизмерять свои действия с тем, что записано здесь. Так что возвращаться от религии к вере придется и нам. Как и всем другим.

Заложник виновато развел руками, насколько позволили кольца наручников. Юсуф молча смотрел на него. Ему очень хотелось сказать, что общее возвращение к истине невозможно. Людям никогда не договориться между собой. Не найти общего языка. Это абсурд. Утопия. Но в двери вновь открылся глазок. Под внимательным взглядом черного глаза охранника Юсуф подошел к двери и стукнул ладонью по гулкому металлу. Щелкнул замок.

Не оглядываясь и не произнося ни слова, Юсуф перешагнул порог. Дверь за его спиной закрылась. Чернобородый охранник равнодушно запер дверь и вернулся к столу. Юсуф оглянулся на металлическую дверь, перевел взгляд на два автомата, лежащих на столе, и решительно зашагал к лестнице.

Третий день плена (воскресенье)

Утром Юсуфа срочно вызвали в больницу. Операция по удалению опухоли из желчевыводящих путей шестидесятилетнего мужчины оказалась слишком сложной для местных хирургов. Юсуф провел четыре часа у операционного стола и вернулся домой совершенно обессиленный. Он отказался обедать, позволил Заре стянуть с себя пиджак, брюки, рубашку, туфли и носки и свалился в кровать. Но, коснувшись головой прохладной подушки, Юсуф не заснул, а вспомнил о заложнике. Вопреки его ожиданиям, Тайсир, провожая его вчера до машины, был совершенно спокоен и не сказал ни слова о затянувшемся визите. Выслушал рассказ Юсуфа о психологических проблемах израильтянина и понимающе кивнул. Конечно, Юсуф может работать с заложником, сколько понадобится. Врачу лучше знать, как выводить пациента из состояния шока. А этот пациент слишком дорог, чтобы позволить ему разболеться. Возможно, на каком-то этапе его придется фотографировать, чтобы показать миру, что он жив и здоров.

Дверь спальни приоткрылась.

— Не спишь?

Юсуф поднял голову. Зара перешагнула порог, тихо прошла к кровати, присела на краешек. Положила на одеяло газету. Израиль угрожает военной операцией, требует освободить заложника. Уже была перестрелка на границе. Три человека погибли. Одна из погибших — ни в чем не повинная женщина, убита шальной пулей. Юсуф нахмурился. Ему очень жаль, но он никак не может повлиять на этот процесс. Зара не отвела глаз. Зачем Тайсир захватил этого человека? Юсуф укоризненно взглянул на жену. Зара! Он не собирается обсуждать этот вопрос. И вообще, он слишком устал. Он полдня провел у операционного стола. И это в свой законный выходной день. Юсуф перекатился на бок, но Зара заставила его перевернуться на спину. Им нужно поговорить. Она больше не намерена ограничиваться недомолвками. Чего хотят от него люди Тайсира? Почему они приезжают каждый день? Что они делают с заложником? Они пытают его? У них совсем нет совести: он же ранен. Израильское радио сообщило, что в его сожженной машине нашли следы крови. Зара! Юсуф повысил голос. Он не собирается беседовать на эту тему. Это не только совершенно не нужно, но это еще и опасно. Все! Точка! Зара заплакала. Он может зарывать голову в песок, а ей страшно. Если начнется военная операция, израильские танки пойдут мимо их дома. И если им окажут сопротивление, они просто откроют огонь. Куда она денется с двумя детьми? У них даже подвала надежного нет. Юсуф резко сел на кровати. Тут Зара права. Другой дороги к Газе для танков нет. Он погладил жену по голове. Поезжай к родителям, пока ситуация не успокоится. А когда успокоится эта ситуация? Через месяц, через год? И все это время она будет у родителей? Нет. Зачем надо было захватывать этого заложника? Зачем Тайсир провоцирует войну? Юсуф рассердился. Развернул Зару лицом к себе. Она не должна так говорить. Такие разговоры ослабляют волю народа к сопротивлению. Тайсир никого не провоцирует. Он борется за их землю, за их свободу. И Юсуф иногда ему помогает. Потому что считает эту борьбу справедливой. Зара смотрела на мужа невидящими глазами, и по ее щекам текли слезы. Если танки пойдут мимо их дома, она просто залезет под кровать с мальчишками и будет лежать, пока их не убьют. Она боится танков, она боится выстрелов, она боится, когда летят пули. Глупости, взвился Юсуф. Его жена не будет лежать ни под какой кроватью. Он вывезет и ее, и детей. Куда? Зара всхлипнула и закусила губу. Куда они поедут? Кому и где они нужны? Неужели нельзя жить в мире? Не захватывать заложников, не взрывать автобусы. Ведь их же никто не выгоняет из дома. Почему же… Юсуф энергично рубанул ладонью воздух. Потому что это борьба. Потому что они должны отвоевать Палестину. Им завещал это пророк Мухаммед и… Юсуф осекся. Чертов заложник. «Не оскорбляйте пророка, Юсуф. Он никогда не говорил об убийстве людей». Много понимает этот тип о пророке Мухаммеде! Юсуф закутался в одеяло. Зара удивленно смотрела на внезапно замолчавшего мужа. Что-то с ним происходит? Переживает. Это понятно. Страшно подумать, что он видит там, у этого проклятого Тайсира. Зара свернулась в клубок. Юсуф протянул руку и коснулся волос жены. Неужели мир устроен совсем не так, как он представлял? И их общий Бог смотрит на них со своей непостижимой высоты, укоризненно качает головой и удивляется. Когда же они поймут простые истины? Когда они наконец вернутся в райский сад из темных закоулков своей материальной логики, заставляющей их развязывать конфликты и войны, чтобы отвоевать то, что им не принадлежит или совершенно не нужно? Нет, он не поддастся этой минутной слабости. Принять то, о чем говорил заложник, значит изменить себе, предать все, что ему было дорого вчера. Он к этому не готов. Он этого просто не хочет. Его не поймут те, кто рядом. От него отвернутся вчерашние друзья. Нет, он не станет делать никаких выводов. И менять свою жизнь он тоже не станет. Юсуфу очень понравилась собственная твердость. Мужчина никогда не идет на нелепые компромиссы. Не идет и точка! В памяти всплыло сморщенное, похожее на пустой целлофановый мешок лицо профессора Майданникова, преподававшего у них общую хирургию. «Человек есть создание пассивное, — говорил профессор, вытягивая губы трубочкой и оглядывая будущих врачей тусклым взглядом. — Возможно, самое пассивное из всех живых существ. Он никогда не станет предпринимать активных действий даже для собственного блага. Тактически, когда ситуация станет невыносимой, например, навалится тяжелая болезнь, начнет цепляться за жизнь, стараться выкарабкаться. Но никаких стратегических решений от него не ждите. Человек не станет изменять стиль жизни и привычные устои персонального бытия, даже если от этого будет зависеть его существование в этом мире. Каждый знает, что вредно переедать, но переедают почти все. Каждый слышал, что медитация творит чудеса с нашим мозгом, но медитируют единицы. Человек отмахнется от всего, что не принесет ему сиюминутную выгоду или осложнит ему привычное существование. Человек никогда не признается, даже самому себе, в собственной неправоте и не развернет свою жизнь на сто восемьдесят градусов. И каждому из вас придется учитывать это в своей практике. Не рекомендуйте пациенту заняться спортом. Этого не будет. Поищите другой способ активизации его сердечной мышцы». Тогда на третьем курсе Юсуф не согласился с профессором. Он очень уважал Майданникова за энциклопедические знания во всех областях человеческих знаний, но здесь профессор явно переборщил. Погорячился. Обобщил без всяких на то оснований. Человек — не какой-нибудь баобаб, уныло стоящий тысячу лет на одном и том же месте. Про себя Юсуф точно знал — он никогда не превратится в баобаб. Он будет двигаться, будет идти вперед, чего бы ему это ни стоило. Так он думал всего шесть лет назад. А теперь? Он называет «минутной слабостью» желание выслушать то, чего он никогда не слышал? Неужели он так изменился? Значит, все-таки баобаб? Нет. Дело не в этом. Он просто не уверен, что все, сказанное этим человеком, истина. Вот и все. Он не может поверить на слово, что в этой книге записаны правила управления энергиями. Если это так, то почему об этих правилах ничего не известно? Почему о них не пишут и не говорят? И вообще, что это за правила и как они работают? Он должен получить ответы на эти вопросы. И тогда он будет готов еще раз все обдумать. Юсуф опустил глаза. Голова Зары лежала у него на коленях. Черные волосы красивой волной раскинулись по простыне. Юсуф погладил жену по щеке. Не бойся, маленькая. Твой муж во всем разберется и примет верное решение. Он докопается до истины. Он не даст в обиду ни тебя, ни детей.