Давид Гай – Формула мудрости (страница 17)

В течение десяти дней ушло около ста тридцати профессоров, приват-доцентов и преподавателей, более трети всех работников университета! Таков был ответ на действия Кассо. «Московский университет сделал усилие, чтобы устоять от напора мутной волны повального раболепия», — писал Тимирязев.

В правительстве торжествовали по поводу «освежения науки». Пуришкевич в Государственной думе приветствовал Кассо за твердость проводимой им политики. Иной выглядела реакция передовой части общества. В сатирическом журнале «Будильник» Дмитрий Моор опубликовал злую карикатуру «Сеятели». За решеткой ограды маленький, черный, как жук, с коротко остриженной головой министр Кассо идет за плугом, погоняя палкой быков. По другую сторону ограды несколько толстозадых городовых что-то вынюхивают, высматривают. Под карикатурой подпись: «Кассо — «Университетскую ниву я вспахал основательно, теперь детки, ваша очередь: сейте благонадежное, тихое, вечное, сейте, спасибо вам скажет сердечное — русский народ».

Расставшись с университетом, Чаплыгин продолжал отдавать все силы женскому образованию. Влияние его росло с каждым годом. В самом начале 1917 года в Москве состоялись выборы городского головы. Была выдвинута кандидатура директора курсов, снискавшего уважение и авторитет без преувеличения выдающимся организаторским талантом. Кандидатура «не прошла» — власти не могли забыть Чаплыгину его ухода из университета в знак протеста против произвола Кассо.

Талант Чаплыгина-организатора, равно как и его научные достижения, вскоре понадобились революции, народу, ее совершившему.

СТРАДНОЕ ВРЕМЯ

У нас есть материал и в природных богатствах, и в запасе человеческих сил, и в прекрасном размахе, который дала народному творчеству великая революция, чтобы создать действительно могучую и обильную Русь.

УЧЕНЫЕ СЛУЖАТ РЕСПУБЛИКЕ

Чаплыгин живет с семьей на углу Плющихи и Девичьего поля. Дом окнами смотрит в сад. Летом стены обвивает плющ, а в саду благоухают розы. Нынче же зимой в доме замерзает вода. Комнат много, а топят одну. Сергей Алексеевич в валенках, то и дело прикладывает руки к железной печурке, почему-то называемой «буржуйкой». Много новых слов принесла с собой революция...

1918 год Москва встретила холодом и голодом. Новорожденная Советская Республика только приступила к переустройству хозяйства. В тот тяжелейший момент многие надежды она связывала с участием в созидательной работе научной интеллигенции. А в самой среде ученых все клокотало, шел естественный и неизбежный процесс размежевания. Одни ринулись на защиту старого строя, другие пошли служить народу, третьи в панике метались между двумя группами; четвертые пытались пережить трудные времена, заняв позицию сторонних наблюдателей.

Чаплыгин, как уже отмечалось, безоговорочно встал на сторону революции. Ему неоднократно приходилось слышать разговоры вроде того, что высшая интеллигенция, элита общества принимает в штыки власть рабочих и крестьян, средняя интеллигенция — нейтральна, а низшая — лояльна к новой власти. На деле все обстояло сложнее, запутаннее.

Крупный эпидемиолог Заболотный, едва возникла холера, предложил Петроградскому Совету план борьбы с нею и возглавил чрезвычайную комиссию по ликвидации эпидемии. Ученый с мировым именем Бехтерев предложил свои услуги с целью организации курсов фельдшеров для Красной Армии. Шагнувший в восьмой десяток жизни Жуковский шел пешком на лекции через всю заснеженную Москву. Знаменитый юрист Кони, больной и голодный, на костылях добирался в рабочие клубы Петрограда, неся знания в массы. А ведь все они причислялись к той самой элите...

В первые месяцы 1918‑го Наркомпрос по указанию В. И. Ленина устанавливает контакты с Академией наук, предлагая принять участие в организации изучения естественных богатств страны. Общее собрание академии принимает решение: «Академия наук полагает, что значительная часть задач ставится самой жизнью, и... всегда готова по требованию жизни и государства приняться за посильную научную и теоретическую разработку отдельных задач, выдвигаемых нуждами государственного строительства, являясь при этом организующим и привлекающим ученые силы страны центром».

Владимир Ильич Ленин пишет «Набросок плана научно-технических работ». Это и впрямь краткий набросок, но какое богатство идей, какая широта и глубина постановки проблем государственного масштаба!

Наука должна питаться жизненно важными запросами, помогать в исследовании природных запасов сырья — газа, угля, нефти, водных ресурсов, без чего республика не сможет существовать.

При Высшем Совете Народного Хозяйства создан совет экспертов, реорганизованный затем в НТО — научно-технический отдел. Задачей его становится централизация научной и технической работы в народном хозяйстве. Во главе НТО — коммунист, инженер Н. П. Горбунов.

Декретом СНК от 1 октября 1918 года ликвидируется сложная иерархическая лестница ученых степеней и званий. Профессорско-преподавательский состав подлежит новому избранию на должности по гласному и публичному конкурсу. Этим попыталась воспользоваться враждебно настроенная к новому строю профессура для борьбы с теми, кто его поддерживал. В Московский университет забаллотирован ученый-большевик Штернберг, а Тимирязев избран профессором лишь незначительным большинством голосов.

Борьба идет и на идеологическом фронте. Московский союз научных деятелей, впоследствии распущенный, выступает с заявлением, в котором решительно возражает против идейного вмешательства партии и государства процесс преподавания. Происходит это уже в 1920 году, когда начинается массовое поступление в вузы и вводятся рабфаки.

А тем временем передовые ученые активно берутся за дело. Один за другим создаются институты по изучению платины, физико-химического анализа, Оптический, Керамический, Рентгенологический и радиологический, Гидрологический. Крупный химик, бывший народоволец А. Н. Бах организует Центральную химическую лабораторию при ВСНХ, И. М. Губкин и его помощники разрабатывают сланцевую проблему. Академия наук во главе с президентом А. П. Карпинским осуществляет практические шаги по изучению естественных производительных сил страны, в частности запасов Курской магнитной аномалии. Под руководством А. Е. Ферсмана начинается исследование Кольского полуострова.

Важнейший акт — организация Государственной комиссии по электрификации России (ГОЭЛРО), объединившей около двухсот видных ученых и инженеров. И это в гражданскую войну, во время белогвардейских и тифозных атак, в голод, холод, разруху...

Государство делает все, чтобы хоть в какой-то мере облегчить положение ученых. Отдельным группам ученых выдаются красноармейские пайки. В самом конце 1919‑го принимается постановление СНК об улучшении положения научных специалистов. Предусматриваются усиленное питание, освобождение от трудовой повинности, создание необходимых жилищных условий. Создается Центральная комиссия по улучшению быта ученых (ЦеКУБУ), в буквальном смысле спасшая многих ученых от голодной смерти. В Москве она начинает действовать с ноября 1921 года. В следующем году пайки получают уже более двадцати двух тысяч деятелей науки и техники.

В. И. Ленин вмешивается в каждый становящийся ему известным факт притеснения каких-либо ученых, ущемления их интересов.

Но ситуация с обеспечением крупных городов всем необходимым продолжает оставаться тяжелой. ЦК профсоюза работников просвещения обратился к X Всероссийскому съезду Советов: «Даже в столицах не только рядовые просвещенцы, но и профессора высшей школы, распродав весь свой скарб, добывали средства к жизни ноской дров, работой в порту (Петроград) и даже нанимались в прислуги — все это в порядке совместительства с основной работой».

На встрече с тремя представителями Академии наук, как вспоминал С. Ф. Ольденбург, Владимир Ильич говорил:

— Пусть ученые поймут, что мы хотели бы сделать для них гораздо больше того, что можем пока сделать. Но когда голодают все, мы не можем, даже для самых ценных и нужных нам людей, сделать сколько-нибудь значительно более, чем для других. Скажите нам, что вам всего нужнее для работы, не забывайте только, что средства наши пока малы и спрашивайте теперь только самое необходимое.

По словам Владимира Дмитриевича Бонч-Бруевича, в 1919 году уже выдавались совнаркомовские пайки ученым, литераторам, художникам. Почему совнаркомовские? О выдаче пайков было принято решение на заседании Совнаркома. Отсюда и название. Сами члены Совнаркома такие пайки не получали.

Но и с совнаркомовскими пайками бывало всякое. «Случилось так, — пишет Бонч-Бруевич, — что не было возможности никому выдать никакого хлебного пайка. Всем был выдан обыкновенный, необмолоченный овес, и мы дома старались из этого овса приготовить кофе, варить из него кисель, сусло и вообще старались как-либо приспособить, чтобы обратить в продукт, годный для питания. Как-то раз мне пришлось в это время поехать в Наркоминдел к Чичерину по какому-то срочному делу. Когда я зашел к нему в кабинет, то увидел странную картину: Чичерин занимался своим делом, а около него на чистенькой тарелочке был насыпан обыкновенный лошадиный овес. Он брал его с тарелочки по нескольку зерен и жевал.