Давид Фриман – Воин Рода. Том 1 (страница 9)

––

```═══════════════════════════════════════════════════════

[СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ]

Обнаружен неизвестный субъект.

Магическая сигнатура: иллюзия / маскировка.

Угроза: низкая.

Намерение: установить контакт.

ЗАДАНИЕ ОБНОВЛЕНО:

«Найти Никиту Звонарёва» – ПРОГРЕСС: обнаружен ✓

Следующий шаг: встретиться лично.

СИСТЕМНОЕ НАБЛЮДЕНИЕ:

До отъезда в Академию: 6 дней.

Рекомендация: использовать время для подготовки.Приоритет: физическая форма, изучение мира,разведка структуры Академии.

═══════════════════════════════════════════════════════```

––

Шесть дней.

Хватит, – решил я. – Надо работать.

Глава 5. Первая победа

Шесть дней до Академии. Поместье Святозаровых.

Утро началось в пять часов.

Не потому что кто-то разбудил – просто тело само открыло глаза в привычное время. Старая привычка, въевшаяся за пятнадцать лет службы. Подъём в пять, независимо от того, где ты, что вчера было и что сегодня предстоит.

Темно. Тихо. Поместье спит.

Я встал, оделся, вышел в сад.

Холодно – не по-зимнему ещё, но осень уже взялась за дело всерьёз. Трава седая от инея, дыхание облачком. Я встал под яблоней, закрыл глаза, начал с дыхания.

Четыре счёта вдох. Семь задержка. Восемь выдох.

Потом – разминка. Не та, которую делают в спортзале для проформы. Настоящая – суставы, связки, позвоночник, шея. Каждый элемент осознанно, с вниманием. Тело прошлой жизни умело это делать за десять минут. Это тело тратило двадцать – и жаловалось.

Ничего. Привыкнет.

Потом – стойки. Потом – перемещения. Потом я взял шест, который вчера принёс Тихон, и начал работать с ним.

Шест – не моё оружие. В прошлой жизни я работал с ножом, с пистолетом, с автоматом, с голыми руками. Шест – это другая механика, другой баланс, другое ощущение пространства. Но принципы те же: дистанция, угол, точка приложения силы.

Я делал базовые удары. Медленно, с полным контролем.

Тело запоминает. Это главное. Не скорость сейчас – правильность.

Краем глаза засёк движение у забора.

Остановился. Не резко – плавно, как будто просто закончил серию.

У забора стояла Светлана Горнич.

Опять без приглашения. Опять с утра пораньше. На этот раз – в простом тёмном платье, волосы заплетены, в руках что-то завёрнутое в ткань.

Смотрела на мою работу с шестом с выражением человека, который оценивает лошадь на торгах. Профессионально, без лишних эмоций.

– Хват неправильный, – сказала она.

– Доброе утро, – ответил я.

– Хват неправильный, – повторила она, входя в сад. – Ты держишь как дубину. Шест – не дубина.

Я посмотрел на свои руки. Потом на неё.

– Покажи.

Она остановилась на секунду – не ожидала, что соглашусь так просто. Потом подошла, взяла шест из моих рук – уверенно, без «можно» – и встала в стойку.

Стойка была хорошая. Очень хорошая. Вес низко, баланс идеальный, шест лежит в руках легко – не зажат, не болтается.

– Видишь? – сказала она. – Не сжимай. Держи свободно. Шест должен жить в руке, а не быть пойман в ловушку.

Она сделала несколько движений – быстро, чисто, с хорошей техникой. Я смотрел внимательно. Не на неё – на технику.

Школа хорошая. Либо частный учитель высокого уровня, либо сама очень много работала. Скорее всего – и то, и другое.

– Откуда? – спросил я.

– Отец настоял, – она вернула шест. – Говорил, что боярышня должна уметь защитить себя. Особенно в наше время.

– Умный отец.

– Когда как. – Она отступила на шаг. Пауза. – Ты уезжаешь в Академию через шесть дней.

– Пять теперь, – поправил я.

– Пять. – Она смотрела на меня с тем же изучающим выражением, что и вчера. – Борислав Черноволков уже знает о тебе. Отец получил письмо от их рода вчера вечером.

Вот как. Значит, она пришла не просто так.

– Что в письме? – спросил я.

– Я не читала, – сказала она. – Но после того как отец прочитал, он велел мне держаться от тебя подальше.

Пауза.

– А ты пришла, – заметил я.

Что-то мелькнуло в её глазах – то ли раздражение, то ли что-то другое, что она быстро убрала.

– Я пришла сказать тебе, что в Академии ты будешь один против людей, у которых больше силы, больше связей и больше времени на подготовку. – Она положила на скамью то, что принесла – завёрнутое в ткань. – И ещё вот это.

Я развернул ткань.

Книга. Старая – кожаный переплёт, потёртый, без названия на обложке. Страницы пожелтевшие, рукописный текст.

– Что это?

– Устав Академии. Настоящий, не тот, что выдают новичкам. Там написаны все правила – официальные и неофициальные. Что можно, что нельзя, как работают дуэли, как устроена иерархия, кто с кем в союзе. – Она повернулась уходить. – Прочитай до отъезда.

– Светлана.

Она остановилась.