Даша Семенкова – Чудовищный бизнес леди попаданки (страница 37)

— Ты всегда была безнадежной дурой, — припечатала она и окончательно развеяла мои сомнения. — Отправься ты в мир иной, как было запланировано, этот замок перешёл бы отцу. Им ничего бы не оставалось, кроме как передать мне земли и позволить нам с Рейнером пожениться. И уж со мной бы он не был вынужден скрываться в этой глуши... Как же он тебя ненавидит, неужели не видишь, идиотка? Он ждал твоей смерти, а ты липнешь к нему. Убожество.

Нет. Только не Рэй. Он терпеть не мог Иви и не хотел на ней жениться, но он ведь не убийца. Даже если любил другую, убивать ни в чем не виноватую безобидную девчонку он ведь не стал бы.

— Он так огорчился, узнав, что случилось, — пробормотала я, вспоминая, как его ругань на врачей стала первым, что я в этом мире услышала. — Испугался, что свадьба может сорваться.

— Да, он злился. Разумеется. Потому что действительно все сорвалось, но он никому не признается. Не выдаст меня, — усмехнулась Мина. — Но ты конечно же не поверишь. Слишком глупа и труслива для этого. Что же, ты получила свое. И каково быть в объятьях того, кто тебя ненавидит и желал твоей смерти? Нравится?

Чувствуя, как лицо застывает равнодушной маской, я пыталась успокоить мысли, метавшиеся как белки в кроне горящего дерева. Верить ей? А почему я не должна ей верить? Я почти не знаю того, кого называю мужем, а из того что знаю можно сделать неутешительные выводы.

Но можно и не делать...

В памяти возникло его лицо. Напряжённый взгляд, когда всматривался в мои глаза, словно что-то важное надеясь увидеть.

"Неужели тебе совсем безразлично?"

— Да, мне безразлично, — проговорила решительно. Для того чтобы раскручивать мужчину на деньги, вовсе не обязательно пылать к нему безумной любовью. Я-то знаю. Ну а когда речь идёт о таких деньгах и такой ситуации, можно вытерпеть что угодно.

Но как же всё-таки горько... Давно ни в ком так не разочаровывалась. Возможно, потому что и не очаровывалась давно?

— Что?! — тявкнула Мина. Эта точно не стоит нервов. Мелкая пакость.

— Вернись к гостям и не позорь семью, — прорычала я в ответ. — Мое терпение не безгранично, сестрёнка.

Она уставилась на меня открыв рот, как на говорящую статую. Воспользовавшись минутой молчания, я вышла в бальный зал.

Все словно с ног на голову перевернулось. Или наоборот, встало на свои места? А я была такой наивной, что ничего не замечала. С чего-то вдруг взяла, будто сумела все изменить, возомнила о себе. Словно я чем-то лучше Иви и заслуживаю другого просто потому что я — это я.

Словно, заскучав после того как выставил за порог надоевшую любовницу, Рэй внезапно прозрел. Увидел во мне нечто... Что-то почувствовал...

А он просто смирился, что не вышло от меня избавиться. Или и не смирился вовсе?

Остаток вечера я пристально следила за каждым его жестом. Каждым взглядом. И начинало казаться, что он себя выдает. То чересчур нарочито избегает Мины, то смотрит на нее дольше чем положено. То вдруг заявляет, что пригласил мою семью переночевать в замке, чтобы не ехать в город по размытой дороге.

Эта вроде бы обычная любезность убедила меня окончательно. Я готова была сама уехать отсюда, забрать Иви и рвануть прямо сейчас, пусть скоро ночь, льет дождь и дорогу размыло, а ехать нам в общем-то и некуда. Лишь бы не оставаться здесь, не заставлять себя любезничать с ее убийцами.

28.1

Рэй разыскал меня в кабинетике, где пряталась и набиралась моральных сил. Весь их запас ушел на то, чтобы прощаться с гостями, стоя на крыльце под ручку с мужем и изображая счастливую пару. Теперь мне предстояло скрыть разочарование от Иви: я ещё не решила, стоит ли ей знать о том, что гибель ее была вовсе не несчастным случаем. Если бы она ненавидела Мину, как эта дрянь того и заслуживала, было бы проще. Но для Иви все они были семьёй...

— Вот ты где. — Он захлопнул за собой дверь и по-хозяйски сел на край моего стола. — Устала?

Его ладонь опустилась мне на плечо. Я дернулась, стряхивая ее. Рэй нахмурился, но руку убрал. Помнит, что лучше от меня отстать после первого предупреждения. Хорошо, значит, поддается дрессировке.

Я умудрилась высокомерно посмотреть на него снизу вверх. Сейчас это не составило труда. Горькая обида вспыхнула ненавистью. Ощущение близости его тела и притягательности его светло-карих глаз, казавшихся самым ярким, что есть в моем скромном кабинете, лишь подпитывало ее.

— Если что-то нужно, скажи прямо. У меня нет ни времени, ни сил, ни тем более желания тебя развлекать, — процедила сквозь зубы. Чтобы голос не дрожал.

— Я упускал тебя из вида всего на несколько минут, и то нечасто. Что же такое успело произойти, что привело тебя в ярость, Оливия?

Сказал мягко, с нежной полуулыбкой на губах. Мазнув по мне взглядом. В нем почти ничего не осталось от циничного грубого подонка, каким был со мной раньше. Тем обиднее осознать, что тогда-то он и был собой настоящим. Тем, кто способен подстроить убийство Иви. Глупой доверчивой Иви, самого доброго и безответного человечка на свете, за свою короткую жизнь никому не причинившей зла.

— Ты прав, я устала. Оставь меня, пожалуйста. После поговорим.

С утра можно и уехать. Прихватить с собой наличку, сколько найду — не обеднеют. Взять Иви и бежать в город. Или купить билеты на ближайший поезд, хотя до станции далеко и наверное дорого...

— Оливия, — Рейнер слов не понимал и уходить не собирался. — Ты меня пугаешь. Что случилось?

Хотела сдержаться, но сил не осталось. Меня будто прорвало. Все, на что выдержки хватило — говорить, не повышая голоса. И сдержать слезы досады.

— Я все знаю, Рейнер Бирн. И никого ни в чем не намерена обвинять, все в прошлом. Просто давай разведемся, на любом удобном для вас основании. Оставляй себе замок, взамен ничего не нужно, все, чего хочу — никогда больше тебя не видеть. Тебя и оба ваших семейства.

— Дорогая, меня они тоже порядком... Погоди-ка, ты что... Все это всерьез?

— Да, — кивнула, откидываясь на спинку кресла. Чтобы хоть как-то от него отдалиться.

— Но в чем причина? Прекрати говорить загадками, я не понимаю!

— Все ты понимаешь, чертов лицемер. Раз до тебя слова не доходят, уйду сама.

Протиснувшись мимо него, схватилась за дверную ручку — заперто. Ключ, оставленный в замочной скважине, не поддавался, словно приржавел. Но я прекрасно знала — никакая это не ржавчина.

— Кончай свои фокусы, — произнесла, не оборачиваясь. — Открывай, ну?!

— Оливия, — раздался над ухом бархатный шепот. Руки легли на талию. Никогда ещё с той памятной первой брачной ночи он не подходил так близко. Но теперь вызывал совершенно другие эмоции, как бы ни пыталась их побороть.

— Да, я теперь по твоей милости Оливия, а Иви мертва. Но я не допущу, чтобы жертвы оказались напрасны, вы ведь так ловко все подстроили, так рисковали, вы заслужили счастливое воссоединение, тем более что друг друга достойны, если немедленно не откроешь долбаную дверь, я за себя не отвечаю! — выпалила на одном дыхании.

Рэй застыл. Ключ сам собой повернулся в замке. Я всем телом вышибла дверь, едва не сорвав с петель. Бросилась прочь, в полутемный коридор, вон из этого дома. Всего какой-то час назад казавшегося самым уютным на свете, но теперь я здесь задыхалась.

Порыв ветра швырнул в лицо холодную влагу, капли слезами растеклись по стёклам очков, заслоняя обзор. Но я тут и с закрытыми глазами пройти смогла бы, все вокруг наизусть помнила. Отбежала в спасительную темноту, в дождь, чтобы привел в чувство.

Ненадолго. Меня окружил рой слабо светящихся пылинок. Закутали коконом и исчезли. Невидимый плащ укрыл теплом. Магия. Рэй всё-таки вышел следом.

— Я ведь не отстану, — раздался его голос за спиной. — Рассказывай. Должен я хотя бы знать, в чем меня обвиняют.

Резко обернулась и увидела его силуэт в свете окна. Мокрые очки не позволяли разглядеть как следует, но я и не хотела.

— Как погибла Оливия Нейт?

— Не говори так. Ведь ты жива, — начал было он, но присмотрелся ко мне и осекся. — Упала с лестницы. По крайней мере, мне так сказали, я приехал после. В тот момент рядом никого не было, ничего, обо что она могла споткнуться или поскользнуться, не нашлось. Обычная неуклюжесть, ей, говорят, это было свойственно. Ты что-то узнала?

Не сводя с него взгляда, пусть ничего и не видя толком, я пересказала все, что слышала от Мины. Он молча слушал, застыв столбом. Если бы возмущался, перебивал и отнекивался, было бы легче.

— Я не стану мстить или предавать все огласке. Просто дай мне спокойно уйти. Вы свое получите...

— Да как ты могла поверить в этот бред?! — взорвался Рэй. — Зная, какая она, ей поверила, а меня и слушать не желаешь? Неужели всерьез считаешь, что я способен на такой чудовищный поступок?

— Я не хочу верить, — проговорила вполголоса. — Ты прав, я достаточно ее знаю. А вот тебя — не очень. Если рассуждать объективно, у тебя были причины так поступить. И причины, и выгода, и возможности. Что тебе мешало...

— Честь, — возразил он. — Всего одна причина. Не знаю, достаточная ли для тебя, но для меня — единственно важная.

Он подошёл ближе, медленно и осторожно, будто боялся, что снова сорвусь с места. Но я бежать не собиралась. Проблемам нужно уметь смотреть в лицо, сама же говорила.

— Кажется, я понял, в чем дело, и моя вина здесь тоже есть, пусть и косвенная. Но любые объяснения ничего не значат, если априори не веришь. Да, я не сделал ничего, чтобы заслужить твое доверие. Я и тебя не заслужил, — он сделал ещё один, последний шаг, чтобы оказаться совсем рядом. Под невидимым плащом, который для меня создал. И дождь перестал хлестать его по плечам. — Ты досталась мне по воле нелепого случая, но я не собираюсь тебя отпускать, слышишь? Я тебя не отдам, Оливия Бирн, и никакого развода ты не получишь.