Даша Романенкова – Из России, с любовью... (страница 11)
— Логично, она же маленькая.
— Нет, ты не понимаешь… — растерянно произнесла Хельга. — В какой-то момент я была готова выставить самый мощный щит, несмотря на то, как сильно бы он тебя отбросил. И только фамильная честь не позволила мне это сделать. А что ты вообще о ней знаешь?
— Она единственная дочь моего дяди Антона, — ответил Долохов. — Признаться, я даже не спросил — кто её мама, знаю только, что из русских эмигрантов. Воспитывали её приемные родители — обычные врачи: Джин и Роберт, отличные люди, кстати. Если бы не проснувшиеся дары, то мы о ней и не узнали бы. А так, дед сорвался в Англию, но вернулся один. До сих пор не понимаю, почему он не забрал её домой. Кстати, ты заметила, что она говорит по-русски без толмача?
— А разве кулон на шее — это не он? — озабоченно спросила Хельга.
— Нет, это другая игрушка, — усмехнулся Стас. — Неужели ты так сильно переживала, что прозевала явление Некроманта народу?
— Что? — девушка встала, как вкопанная. — Ты серьезно?
— Абсолютно, — серьезно ответил Долохов. — Она меня одной энергетикой чуть в брусчатку не вкопала.
— Не заметила, — честно призналась Соболева. — Зато я заметила, что мы с ней похожи…
— Чем? — удивился Стас.
— Ты просто на меня не смотрел, когда я девчонкой была, — усмехнулась Хельга. — А вот я смотрела, знаешь, как я ненавидела свои густые брови и лошадиное лицо?
— Даже не представляю, — хмыкнул парень. — Значит, у нашего утенка есть шанс превратиться в лебедя?
— Шут ты гороховый… — покачала головой девушка. — Ладно, пойдем уже, а то сейчас всё раскупят!
А вот предмет их разговора сейчас получала настоящее удовольствие, всласть торгуясь со старым евреем.
— Ефим Яковлевич, таки не надо делать из меня блондинку! — возмущалась девочка. — Я уже и так почти!
— Деточка, таки «Навьи Кувшинки» по тысяче! — не сдавал позиций продавец. — И то исключительно потому, что вы девушка!
— Да вы дядя, издеваетесь! — парировала она. — Они же прошлогодние! Им красная цена сотня!
— Таки, если вы найдете свежие, — хмыкнул еврей. — Я вам эти бесплатно подарю!
— Таки придется рассказать Яге, как вы прибыль накручиваете, — выдержала удар Хелена. — Как думаете, она обрадуется? Ну, хорошо — двести.
— А может, Яга Веевна мне сама цены нашептала? — продолжил нападение торговец. — Хорошо, восемьсот!
— Ага, конечно, так вас Стражница в Заповедный лес и пустила! — став в позу, заявила Хель. — Двести пятьдесят!
— Пока вы все Новый Год отмечали, — повторив позу девочки, отбил еврей. — Я за ними самолично в Навь ходил. Семьсот пятьдесят.
— Ой-вей, таки вы Некромант? — притворно изумилась Хель. — В Праздники завесу преодолеть… Двести шестьдесят!
— У нас, торговцев свои тайные тропы, — усмехнулся еврей. — Не каждый Богатырь пройдет. Семьсот!
— Да ну нафиг! — пошла Ва-Банк Хелена. — Сама схожу!
— Таки вы слишком юны для таких прогулок, барышня! — сдался Хейфец. — И только по этой причине — пятьсот!
— Укатали Сивку лихие горки, — раздался голос Миры за спиной Хелены. — Малышка, ну таки зачем ты разоряешь старого бедного еврея?
— Скучно мне, — честно призналась девочка. — А вы уже всё купили?
— Ага, даже яблочки молодильные, — кивнула Люба. — Ты представляешь, всего пятнадцать рублей штука!
— Вот так и знала, надо было сразу к Рабиновичу идти, — сокрушенно выдохнула Хель.
— К этому старому скряге? — взвыл Хейфец. — Берите уже по двести пятьдесят! Вам сколько?
— Десятка хватит, — мило улыбнулась младшая Долохова.
В целом каникулы пролетели быстро и весело, и вот уже завтра Хелена должна была покинуть Москву, чтобы вернуться в Туманный Альбион. Но одно дело она так и не сделала, хоть и очень хотела, но всё откладывала и откладывала, вот и деваться больше некуда. Ну, разве что признаться деду, что она спасовала и свалить этот разговор на него.
— Мелочь, привет! — хлопнул её по плечу Стас. — Чего опять хмурая, аки Лондон в ноябре?
— Поговорить надо, — всё же решилась Хелена. — Наедине.
— Пошли в библиотеку, — отбросив маску веселого идиота, произнес Станислав.
Там их уже ждал горячий самовар и поднос с пирожками, Хель вдруг отметила болезненный факт — Стас сел в её любимое кресло.
— Ты ведь у деда уже спрашивал, откуда я такая взялась, — скорее утвердительно, чем вопросительно, произнесла она, стараясь не смотреть в глаза.
— Спрашивал, — согласился тот. — Он сказал, что ты сама расскажешь.
— Расскажу, куда я денусь… — обреченно ответила девочка. — Меня зовут Хелена Станиславовна Долохова, я родилась 18 декабря 1995 года. Мои родители: старший лейтенант ФСБ Станислав Ярославович Долохов и целитель-педиатр Хельга Харальдовна Долохова, в девичестве — Соболева…
Она долго рассказывала, а затем и показывала, всё же Легилименция великая вещь. Стас перелистывал воспоминания, как книгу, подолгу задерживаясь на различных моментах, что-то спрашивал, где-то уточнял. Маленькая ведьмочка становилась всё старше и в какой-то момент он понял, что она его больше не увидит. Было что-то в глазах того уставшего мужчины, в котором Стас с трудом узнавал себя, что-то кричащее, что он уже не вернется. Он смотрел, как его дочь растет, вот она закончила Смольный, а вот и первые курсы Дурмсманга. А вот она уже получает первые офицерские погоны, не узнать родную Академию он просто не мог. Вот не стало в её жизни жениха, а вот и тот последний день…
Перед глазами Стаса всё поплыло, и он понял, что Хелена плачет. Она сидела неподвижно всё это время, слезы катились по мраморно белому лицу, но сейчас их стало слишком много, чтобы удержать зрительный контакт. Парень быстро пересел на диванчик рядом с девочкой, и крепко её обнял, позволяя разрыдаться ему в рубашку. А Хелен, впервые в жизни обнимая родного отца, просто не могла сдержать слез, она пыталась ему что-то сказать, но выходили лишь сдавленные хрипы. Стас утешающее гладил её по голове, обещая, что всё будет хорошо. Они ещё долго тихо переговаривались, когда Хель успокоилась, и лишь когда она нещадно начала клевать носом, будущий отец, не терпя возражений, фактически за шкирку отволок её в спальню. Убедившись, что девочка заснула, Стас покинул родовое гнездо. Ему многое предстоит обдумать. А ведь права оказалась Хельга, девочка и правда на неё похожа, особенно когда была старше…
Провожали их всей семьей, приемных родителей еле оторвали от Веры Борисовны, с которой они успели запланировать несколько совместных проектов. Бабушка расцеловала на прощание всех. Стас же обнимал Хель дольше всех, и когда им уже настойчиво намекнул дед, что пора закругляться, быстро произнес:
— Мы тебе с Хельгой подарок купили, он тебя в Лондоне встретит. Обещай, что будешь пользоваться им так часто, как только получится?
— Обещаю, — согласилась девочка.
— Посадка на рейс 569 Москва-Париж-Лондон заканчивается. Пассажирам просьба пройти на выход.
— Ну, полетели? — Роберт подхватил сумку девочки. — Спасибо за гостеприимство!
— Ждем в гости на летние каникулы! — хором произнесли Долоховы.
Серебристый аэробус стремительно набирал скорость, оставляя Москву по правому борту. Впереди Хель ждал второй семестр в Хогвартсе.
Глава 9
11 января 1992 г. Москва. Хорошевское шоссе, 76.
В совещательном зале Главного Разведывательного Управления собирались старые боевые товарищи, они прошли вместе не одну войну, побывали в таких переделках, на которых гриф «Совершенно Секретно» не снимут ещё лет двести. Ждали только Долохова, вопросов к нему набралось множество. Ветераны боевых действий тихо переговаривались, сравнивая версии, что до них донесли собственные внуки. «Танцы» Долоховых в Новогоднюю Ночь встревожили всех, если от Станислава подобного ожидали, то вот от английского приобретения семейства — нет. Антона тут все помнили, если бы он лично воспитывал свою дочь, они бы ещё поняли, но её вырастили обычные люди…
— Здравия желаю, товарищи! — в зал зашел генерал-лейтенант Долохов. — Думаю, все уже догадались, зачем я вас тут собрал?
— Мы снова должны предотвратить Мировую Войну? — хмыкнул генерал-полковник Смирнов. — А не староваты?
— Ну, Мировую… Это ты, Олег, загнул, — хмыкнул Архип, товарищи слегка расслабились, но он продолжил. — Всего-то Гражданскую!
— Вот умеешь ты настроение испортить! — Мрачно отозвался полковник Поляков. — Рассказывай уже.
И Архип рассказал, как получил Свидетельство о Рождении внучки, как встретился с ней в Хогвартсе и кого он там встретил. Заявление о том, что в теле двенадцатилетней девочки оказалась матерая оперативница сначала повергло слушателей в шок, а затем вызвало закономерное недоверие. Долохов жестом активировал штатный проектор, выводя на него сильно отредактированные воспоминания Хелены. Хмурые мужчины смотрели на уже взрослую девушку, вот она сдает экзамен по новейшей истории, рассказывая про конфликт на юге страны — «Первая Чеченская Кампания». А вот она уже получила диплом Голицынского пограничного института ФСБ, а вот всем знакомое здание на Лубянке, где капитан Долохова делит кабинет со своей оперативной группой. Последний день из жизни капитана все смотрели очень внимательно, и они увидели то, что не смогла вспомнить сама Долохова — один очень интересный символ, что и спровоцировал взрыв вертолета.
— Семь человек, — мрачно отозвался генерал Соболев. — Они вообще там охренели?