Даша Пар – Царство сумеречных роз (страница 63)

Мой успех — гибель Дардена. Ничто в этом мире не остановит вампиров от убийства ступившего на путь дикости. Особенно, если на этой дорожке оказались сотни трупов и сотни восставших упырей. А ведь я знаю, как спасти Дэна. Его мать подсказала. Тайна Елизаветы должна была стать его спасением, а не погибелью. Но, когда Ян выложит свою правду Шестиугольнику, это станет неважным.

Запустив руки в волосы, облокотилась о край стола, уткнувшись носом в полупустой стакан.

Нелогично. Неправильно. Как Дэн мог оказаться тем самым вампиром-убийцей? Я была уверена в словах Офортоса о проснувшемся вечном! В этом была логика. А в раздвоении личности Дардена — нет. Только слова, прозвучавшие в моём сознании, говорили об обратном.

«Не приближайся. Пошла прочь!»

В них было много от чувств самого Дардена. И упыри не нападали, пока я не бросилась за ним.

— О чём так тяжко думаешь, душа моя?

Я почувствовала приближение вампира задолго до того, как он прошёл через зал, находя угол, в котором я спряталась.

Савелий собственной персоной. На удивление, в весьма неприметном наряде: кожаная куртка и брюки, заправленные в высокие ботинки. Никаких страз и шокирующих блёсток. Жёлтые волосы убраны в гладкий хвост. На глазах солнцезащитные очки, которые он снял только сев напротив.

— Как ты меня нашёл? Ты следил за мной? — с обвинениями набросилась я.

— А если и так, то убежишь? — с иронией спросил он, знаками показывая бармену, что будет то же, что и я. — Дарья, я следил за тобой с нашего знакомства, когда наш общий друг узнал о тебе, — в подтверждении своих слов, он вытащил из-за ворота голубой рубашки медальон со скарабеем. — Офортос высоко ценит тебя. Ему важна твоя безопасность.

Я залпом допила водку. К нам подошёл бармен, открыл новую бутылку и поставил чистые стаканы, пожелав приятного утра. Тем временем, я пыталась прийти в себя. Что сказать — меня огрели пыльным мешком. Дружба, верность, товарищество. Всего лишь слова в мире, где всё имеет свою цену. Вопрос в том, как воспользоваться новыми приобретениями.

— Спасибо за запоздалую честность.

Язык немного заплетался, хотя я не была пьяной, ведь у вампиров хороший метаболизм. Только кровь медленно переваривается. А по моим венам течёт настоящая отрава, коей и был Ярослав. Меня бросило в дрожь от мысли, что он теперь под моей кожей. В этом было нечто отвратительное, поэтому я выпила ещё.

— Так с чем ты пожаловал? — мрачно поинтересовалась я, раскуривая сигарету.

— Ты не отвечаешь на сообщения Офортоса, он переживает, — говорит Савелий, помогая мне с огнём.

Ему видно, как мне плохо, поэтому вампир деликатничает, не уточняя, что именно случилось.

— Прости, телефон разбился, — хмыкнула я. — А новый я теперь вряд ли получу. Слышал, что случилось с Елизаветой?

— Виват королеве! Виват королю, — он поднял стакан будто говоря тост и выпил. — Ян всегда был умным паршивцем, правда он плохо разбирается в людях и вампирах. И с друзьями ему не везёт.

— С девушками тоже, — желчно ответила я, опуская глаза. — Знаешь, если бы я была параноиком с высоким самомнением, то сочла бы, что всё это — операция Офортоса по извлечению меня из Великограда. Избавление от привязанностей, а в финале — побег к нему под крыло. Разбитое сердце, растоптанная душа.

— Что случилось с Дарденом?

Я фыркнула. Рассказывать новости не было желания. Но под его вопросительным взглядом выложила всё. К чему скрытность — завтра, а вернее уже сегодня, часов через девять, Ян во всеуслышание объявит о безумии Дардена.

— Дикость бродит рука об руку с дикостью, — пробормотал Савелий, чуть нахмурившись. — И Роза, и Дарден, и даже сам Ян, который так уверенно играет со своими силами… вокруг него — тьма, и все, кто дорог ему, в неё спускаются. Даже по твоим глазам видно, что ты уже начала этот спуск.

Я скривилась, холодно обжигая его взглядом. Моя тьма всегда со мной. Спуск — всё равно что подъём на Олимп. Знакомая дорога.

— Всё повторяется, — пояснил Савелий. — Говорят, что должность Потентата проклята. Она забирает близких. Август потерял внучку. Елизавета — сына. Ян, который наверняка станет следующим, теряет тебя. А ведь ещё до Августа Елисей Патрициан, занимавший эту должность пятьдесят лет и лишившийся всей семьи из-за стычки с Конгрегацией, говорил, что право управлять Сумеречным царством приносит слишком много бед. Обычный вампир может позволить себе слабости и вольности, но такой высокий титул обязывает карать и родную кровь. Чтобы уберечь Царство от развала.

Он рассуждал, я же продолжала напиваться, не чувствуя ни опьянения, ни вкуса, ни спокойствия. Мысли тонули в воде, тело устало от дрожи, что поселилась в день, когда я обратилась и всё перевернулось вверх дном. После признания стало легче. После раскрытия я больше не обязана носить клеймо шпиона. Но кто остался? Я? Девчонка без семьи и клана? Не охотница, не вампир. Впору и правда звонить Офортосу, что предлагает своё наставничество и пристойное будущее.

А потом меня осенило.

— Август потерял внучку?..

Савелий поморщился, катая стакан по столу.

— Он собирался вынести Розе другой приговор. Август намеревался оставить её в живых, чтобы исследовать то, как Ян остановил дикость. Но встала на дыбы Конгрегация. Их судья, Птолемей, был резко против. Дикость есть дикость. И девочке вынесли приговор.

Я сидела с открытым ртом. В это было невозможно поверить. Призрачная нить надежды. Последний узелок. Все имена уложились в схему. Птолемей. Всё дело в этом ублюдке. Кажется, я знаю, что на самом деле происходит в Сумеречном царстве.

— Мне нужен новый телефон, — обескураживающе улыбаясь, сказала я, отодвигая бутылку. — Я знаю, как всё исправить.

Глава 32. Фальшивая роза

Как только я расставила всё по своим местам и совершила несколько важных звонков, время тотчас ускорилось, и я вместе с ним. Уже через час к забегаловке подъехал автобус с тонированными стёклами, заполненный соррентийскими боевиками.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сказал Савелий, когда из автобуса выглянула Алина. Девушка смерила его острым взглядом и выжидательно скрестила руки на груди. — Помни, помощь Офортоса — на расстоянии телефонного звонка.

— Вопрос в том, что он потребует за неё, — сумрачно изрекла я, поёживаясь. — Не переживай. Мы едем в западню, но с припрятанными козырями в рукаве.

— Ты такой заядлый игрок? Любишь карточные метафоры и адреналин, — усмехнулся он, подмигивая Алине. Та фыркнула в ответ.

— Что наша жизнь — игра, — и я чмокнула его в щёку. От неожиданности он оступился, прикладывая руку к щеке, и удивлённо воззрился на меня. — Не всё тебе Алине глазки строить. Она девушка серьёзная, ей такие глупости неинтересны.

— Удачи, Дарья.

Мы обменялись рукопожатиями, и Савелий отправился на поиски такси. Я знала, что он будет делать. Знала и не возражала.

Когда я зашла в салон, Грег окинул меня странным взглядом, но слов было достаточно сказано и по телефону, так что он не стал повторяться в присутствии соррентийцев.

Собрать команду оказалось непростым делом. В Цитадели проходили обыски, пока Елизавета находилась под стражей до суда. На полдень назначено первое слушание и по слухам есть доказательства, что соррентийцы виновны в исчезновении Ярослава. Самым тяжёлым ударом оказалась пропажа Дардена. Поначалу Грег решил, что Дэн со мной, и был неприятно удивлён новостью, что это не так.

— Говоришь, он похищен? Кем?! Яном?

— Это был бы подарок для всех нас, но нет. Его похитил наш неизвестный вампир. Грег, ты мне нужен. Вы все мне нужны. У нас есть время до полудня, чтобы спасти Дардена и привести в зал суда убийцу. Вы сразу всё поймёте, когда увидите, кто это. Просто поверь мне.

И это была лишь малая часть того, что пришлось использовать, чтобы убедить Григория помочь мне.

Чем плоха клановая власть, так это вертикальностью. Только Елизавета с сыном могли управлять своей семьёй. Соответственно, лишившись Хозяйки, клан утратил свою силу, ведь её подчинённые способны выполнять только возложенные на них функции. Никто не может брать на себя ответственность за весь клан.

Именно в смуту вроде этой всё идёт вверх дном. Выползают вампиры, желающие воспользоваться случаем, чтобы подмять под себя всю семью. В этой ситуации, Грегу пришлось постараться, чтобы собрать боевиков, готовых покинуть клан в такой ответственный и опасный период.

— Надеюсь, что это того стоит, — проворчала Грета, когда я прошла мимо неё к свободному месту.

— Ещё как, — ответила я.

Конечно, я не могла им сказать, что мы едем в заброшенный санаторий, чтобы поймать Розу-Лею Патрициан. Они бы попросту не поверили в то, что убитая много лет назад внучка Августа, воскресла и превратилась в монстра, способного обращать людей в упырей. И что она, под руководством Птолемея, пытается порвать Вуаль, чтобы захватить власть в Сумеречном царстве.

Да-да, я абсолютно уверена, что Птолемей, так вовремя исчезнувший в самом начале заварухи, стоит за всем этим. Охотник, что пытался создать супер-существо по заветам своего наставника Валериана. Охотник, что использовал меня ради этой цели. Может, мне и неизвестны подробности его планов. Неизвестно, какую роль во всём этом сыграл Ян, но я начала свою партию в тот день, когда влезла в дом Птолемея и увидела некоторые документы в его тайнике в спальне.