Даша Пар – Царство сумеречных роз (страница 39)

— До всего этого, — со значением заговорила я, добавляя щепотку грусти в свой голос, — моя дубрава пыталась выкрасть документы из здания, принадлежащего давинскому клану. Я работала под прикрытием. Даже случайно столкнулась с этим вампиром на вечеринке. Однако задание не было выполнено, так как нас атаковали дикие вампиры.

— И ты больше с ним не виделась?

Вот опять. Та самая интонация, что так удивляла меня в Яне. Он казался прагматиком, желающим только усиления своей власти. Но когда дело доходило до Дардена, в его голосе звучали такие ноты… злость, обида, разочарование, даже какая-то страстность. Словом весь спектр личных эмоций, свойственный только близким людям/вампирам. Впервые я услышала аналогичный накал со стороны Дардена, и тотчас ухватилась за это.

— Что вас связывает? — осторожно спросила я, чуть наклоняя голову, стараясь казаться участливой.

— Ничего, — грубо ответил он, проверяя сообщения на своём телефоне. — Забудь, Дари. Ян остался в прошлом. Однако если он или его вампиры попытаются связаться с тобой — сообщи мне, хорошо?

Я кивнула, поглядывая на теряющую терпение девушку у дверей.

— Знаешь, с венерийцами я сама разберусь. Не маленькая. Не хочу быть обязана твоему клану больше, чем сейчас. Вы и так сделали так много для меня.

— Дари, прекрати! — ударив руками по рулю, воскликнул Дарден. В его глазах зажглись красные огоньки. — Неужели ты не понимаешь, что я боюсь за тебя? Я не могу действовать так, как если бы ты была частью моего клана. Не могу надавить на Севастьяна, чтобы Конгрегация от тебя отстала. Не могу отвадить венерийцев. Даже разобраться с Велмой, пытающейся вызвать тебя на новый поединок. Так что, пожалуйста, хватит отталкивать меня, когда я пытаюсь тебе помочь.

Схватив его за руку, я наклонилась к нему, впиваясь в губы, гася весь этот горький пыл. Боже, мне так нравилось целовать его! На вкус он напоминал чёрное вино, немного мёда, и очень много кленовых листьев, пожелтевших поздней осенью. Его запах забирался глубоко-глубоко внутрь, дразня моё сердце.

Я веду подушечками пальцев по его шелковым косичкам, запутываясь в своих мыслях, оставляя на поверхности только тепло его губ, ощущая, как его язык медленно скользит у меня во рту, а его руки, держащие моё лицо, чтобы я не смела разорвать тягучий, как смола, поцелуй, греют обещанием любви.

Оторвавшись от него, вижу, как гаснут красные точки на дне его чёрных глаз. Я чувствую, как прерывисто он дышит. Ощущаю, как сильно ему не хочется отпускать меня.

— Дэн, на самом деле, ты просто боишься того, кем я оказалась. С той самой минуты, как мы встретились. Помнишь, как ты держал дистанцию? Никто не знает, чего можно ожидать от человека, ставшего вампиром… — мягко заговорила я, запечатывая пальцем его уста, чтобы остановить поток возражений. — Но это нормально. Я сама себя боюсь. Сама не знаю, что выкину. Давай просто не будем бежать впереди паровоза, хорошо? Будем разбираться с проблемами по мере их поступления.

— Чума на моё голову, — простонал Дарден, хватая меня за руку и целуя пальчики, отчего внутри разлилось блаженное тепло. — Ты хоть знаешь, куда я тебя привёз?

— Господину Офортосу не терпится встретиться со мной. Он даже поспособствовал моему освобождению из-под стражи.

Стоящая вампирша улыбнулась, помахав нам рукой и всем видом показывая, с каким нетерпением нас ожидают.

— Одного звонка хватило, чтобы следователь Ярослав Садов вскинул лапки и отдал приказ, чтобы тебя отпустили.

При упоминании Ярослава, я внутренне скривилась. Его имя колется, как змеиный яд, распространяющийся от места укуса. А он искусал меня всю. Помню, как тяжело было привыкать к миру, в котором есть такие, как Ярослав. Топчут, калечат, словом убивают. А потом живут, как ни в чём не бывало! Ненавижу.

— Ты чего? — заметив перемену, спросил Дарден, а я отмахнулась.

— Идём, нельзя заставлять вечного ждать.

Глава 20. Амброзия на моих губах

Блондинистая вампирша в сером тёплом платье приветственно улыбнулась нам, когда мы подошли. Её зелёные с ореховым отливом глаза сияли в тусклом свете посеревшего неба. На шее она носила тяжёлый медный медальон с изображением скарабея. С вежливым приветствием она пропустила нас внутрь, а затем обратилась к Дардену:

— Вы можете быть свободны.

Сначала он не понял, о чём речь, а потом нахмурился:

— Я не оставлю Дарью одну. Она под защитой моего клана.

— На данный момент её статус неопределён. Ради него господин Офортос и уделит ей время. Не волнуйтесь, с Дарьей здесь всё будет хорошо.

— Вы не понимаете. С час назад на неё было совершенно покушение…

Девушка вела себя слишком уж хладнокровно с этой своей улыбочкой и мягкостью в голосе. Настоящее озеро без дна. Немного рассеянный взгляд, безмятежность в тонких чертах лица, прямая спина, ровная осанка и поведение как у служителя церкви.

— Успокойтесь. Дарье ничего не грозит. Никто не осмелится напасть на дом господина Офортоса.

— Иди, Дарден. Я справлюсь, — тронув его за локоть, сказала я.

Он только посмотрел мне в глаза, мысленно передавая: «Если не хочешь оставаться — так и скажи, уйдём вместе». Но я отрицательно мотнула головой. Мне нужно было поговорить с вечным. Я же не знала, что он хочет от меня. Эту встречу не стоит откладывать в долгий ящик.

Ещё раз с сомнением оглядев вампиршу, Дарден, поцеловав меня в щёку, ушёл. Незнакомка сразу засияла лучезарной улыбкой, хватая меня за руки и целуя в обе щёки, что я стерпела скорее от неожиданности.

— После стольких испытаний, вам наверняка хочется освежиться и сменить одежду? — заговорила она. — Кстати, меня зовут Николь. Я помогаю гостям господина Офортоса. Если вам что-то нужно, обращайтесь.

Кивнув на все её предложения, позволила себя отвести в симпатичную комнатку в голубых тонах. Николь ушла распорядиться насчёт обеда.

Сбросив грязные шмотки, я залезла в душ, где нашла все необходимые дамские принадлежности. После высушила волосы, завернулась в мягкий белый халат, и вышла из ванной. Вместо моей одежды на кровати лежало серое шёлковое платье с рукавами до локтей и с неглубоким вырезом. А также мягкие туфли на невысоком каблуке и приятный комплект нижнего белья. Взяв в руки платье, нашла под ним точно такой же, как и у Николь, медальон со скарабеем.

Нет уж. Это украшение останется здесь. Мне есть что носить на своей шее.

Переодевшись, я уложила волосы, сбрызнула запястья и ключицу найденными духами с запахом полевых цветов, а после вышла из комнаты. Там меня уже ожидала Николь. Заметив меня, девушка просияла, отмечая, как к моим золотым волосам подходит платье. Немного расстроилась, что не стала надевать медальон, но настаивать не стала. А потом повела за собой в столовую комнату. И вот там мне на мгновение стало страшно.

В прохладном зале за длинным обеденным столом, накрытым пустой фарфоровой посудой и столовыми приборами из серебра, через стул сидели двенадцать молодых мужчин и женщин. Абсолютно бездвижно с невообразимо счастливым выражением на своих прекрасных лицах. Они были одинаково одеты в светло-серые рубашки и свободные штаны. У каждого на шее виднелся знакомый медальон.

— Кто это? — прошептала я.

— Вам необходимо перекусить. Вы очень бледны, — заговорила Николь, подходя к одному из них и трогая того за плечо.

Ко мне поднялся высокий блондин не старше тридцати лет с шикарной фигурой и милыми ямочками на щеках. Заметив мой взгляд, он широко улыбнулся и даже подмигнул, вызвав оторопь.

— Не переживайте, они — добровольные доноры, считающие за радость делиться кровью с господином Офортосом и его друзьями, — мягко и убедительно сказала девушка, а парень подошёл ко мне, двигаясь плавно, будто я пуганый зверёк.

Было что-то эротично-пошлое в его движениях и взгляде. Он смотрел с таким вызовом, но, в то же время, и приглашением. Одежда подчёркивала широкую грудную клетку, расстёгнутая рубашка обнажала мускулистую грудь, на которой покоился скарабей с золотистым напылением на брюшке. Я видела, как проступают вены на запястьях и шее мужчины. Чувствовала странный сладкий аромат, исходящий от его бархатистой кожи.

Он излучал острое вожделение. Его сердце билось слишком быстро. Я почти слышала, как несётся кровь по его венам. Ходячий афродизиак. И как же он этого хотел! Буквально изголодался по объятиям вампира. Был готов на всё, лишь бы я одарила его вниманием.

Они все были такими. Жадно ловили мой взгляд, и готовы были выпрыгнуть из штанов, чтобы дотронуться до меня, чтобы я тронула их. Я не чувствовала на них чар, пускай была и неопытна в определении очарования. Но понимала, что их желание — это результат иного воздействия. Как будто очутилась на мессе в секте, где сектанты приветствуют свою мессию.

— Смелее, — прошептала Николь, облизывая губы.

Видимо, чтобы придать мне решимости, она присела на свободный стул рядом с очаровательной брюнеткой, аккуратно убрала волосы с её шеи, а потом прижала к себе, впиваясь в кожу, вызывая сладострастный вздох девушки.

Подходя совсем близко, мужчина приобнимает меня за талию. Рядом с ним чувствую себя дюймовочкой, крошечной малышкой, настолько большим он оказался. Он вёл себя крайне деликатно, нежно. Его глаза лучились обожанием, а прикосновения трогали струнки моей вампирской души. Я оказалась оглушена его открытостью и жаждой принадлежать мне.