Даша Пар – Свора певчих (страница 70)

– Кто мой отец, мама? Очевидно, это не граф Беркут.

– Твоего отца зовут Балвор си’Брах. Он – главнокомандующий якшараской армии. Великий мужчина, – Алисия всё-таки коснулась руки Реми, но та отодвинулась, жёстче смыкая губы.

– Значит мы с братом – дети греха распутной женщины, помогавшей якшарас вторгнуться в наш мир?

Вот тогда её проняло. Эту сверкающую спокойствием женщину, которая так хотела быть счастливой, что поставила на кон целый мир.

– Ремия, ты не понимаешь. Как можешь думать, что всё так просто? Мой грех – ничто по сравнению с грехами, в которых погрязла земля. Мой грех – это следствие грехов тысячелетней давности. Мой грех – в том, что меня выдали замуж за мужчину, чьи родители искали такую, как я. Женщину с безупречной родословной. Женщину, в чьей крови остались пятна греха Аллейн. Знала бы ты всё, то ужаснулась бы тому, что было тогда и что происходит сейчас, – она говорила с горячностью, с сожалением и печалью, находясь на той самой грани, на которой так трудно балансировать, чтобы оправдывать себя и свою жизнь. Но иного ей не было дано. Не было уготовано с самого детства.

– Так расскажи. Убеди меня, что всё это – единственный выход. Какова цена предательства, маменька?

* * *

Ей было семнадцать лет, когда к её родителям посватались родители Романа Беркута. Неслыханное счастье, ведь за юную Алисию не давали хорошего приданого. Девушка не обладала редкими талантами, её семья не владела связями при дворе и большую часть времени обреталась в Североморске, промозглом городе, главным достоинством которого являлись торговые морские пути.

Вся ценность Алисии умещалась в её родословной. Её прабабушка по материнской линии была родом из царской семьи. Смешалась кровь Беркутов и Ястребовых. К тому же в семействе её матери ходила легенда, что они ведут род от самой Аллейн. Разумеется, такие сказки рассказывали во всех родовитых домах. Однако последующие события указали на правдивость этой легенды.

Алисия навсегда запомнила знакомство с Михаилом и Агафьей Беркутами, когда будущий свёкор потребовал от неё спеть. Голос у девушки – прелестный. Звонкий, как степной ветер, запутавшийся в ковыле. И сама она была чудо как хороша.

Вот только жених равнодушно смотрел на невесту, ведь он не желал этой свадьбы, однако не посмел пойти против воли отца. Так они поженились. А потом переезд в столицу, каскад новых впечатлений, светская жизнь, знакомство с высшим светом и императорской семьёй.

Алисия плавала по волнам счастья, поначалу не замечая холодности мужа. Роман строил карьеру и не уделял внимания молодой жене, хотя со стороны казалось, что брак чудо как хорош! Они изумительно подходили друг другу.

Плохо было то, что Алисии не удавалось забеременеть. И редкие визиты мужа только усугубляли её положение. Между молодыми участились ссоры. В итоге Роман попросту сбежал от жены, воспользовавшись волнениями на границе с Урласком. Алисия осталась одна.

Почти сразу как отбыл Роман в городе случился разрыв и в дом Беркутов прибыл дальний родственник откуда-то из-за рубежа. Господин Балвор плохо говорил на ролльском языке, но поразительно быстро учился.

Красивый, умный, настоящий мужчина, уделявший много внимания скучающей девушке. Будто случайно, они постоянно сталкивались в поместье, да и Беркуты словно поощряли их общение, настаивая, чтобы именно Алисия знакомила Балвора с достоинствами столицы.

– Я влюбилась, Реми, – закончила Алисия. – Понимаешь, что это такое, найти человека, с которым ты на одной волне? Он понимал меня, понимал так, как никто другой. А мне было так одиноко! Близких подруг рядом нет, родители Романа заняты делами семьи, в которой меня не жаловали, ведь за два года брака я так и не забеременела.

Трогательно нахмурившись, женщина подобрала ткань платья с колен, сжимая в кулаке.

– Племенная кобыла, вот кем я была. С самого начала меня готовили ко встрече с Балвором, чтобы я родила ребёнка якшарас, который войдёт в высшее общество, чтобы в нужный момент спеть в Аллейской опере и открыть порталы в Лаберию. Одна из тысячи сэвушек по всему миру. Но первая и от самого Балвора, – горделиво улыбнулась женщина. – Так вы появились на свет. Самые особенные дети на всей планете.

Женщина вновь коснулась девушки, и та не отдёрнула руку. Она была поглощена историей, и даже не слышала, что происходит за пределами комнаты.

– Я никогда не хотела бросать тебя. Мы должны были вместе перейти в этот мир, – со всей возможной нежностью сказала Алисия, с надеждой глядя в глаза дочери.

– Да, теперь многое стало ясно. Пускай это было желание Беркутов, но ты сама сделала этот выбор и изменила мужу. Забеременела. И намеревалась бросить сына, чтобы быть вместе с возлюбленным, в чьи планы входит вторжение в наш мир. Может, я и не знаю всего, но картинка сложилась гадкая, – холодно ответила Реми. – Более эгоистичного проявления любви я и представить себе не могу.

– Только полюбив, узнаёшь на что способен, – раздался голос от двери. Развернувшись, Реми увидела брата и Балвора, держащего руку на плече спокойного Рене. – Рад увидеть тебя невредимой, дочка. Пора нам поговорить.

* * *

По просьбе Рене, их с сестрой ненадолго оставили наедине. Реми явно была на грани и в любой момент могла наброситься на Балвора, выплёвывая тысячу и одно проклятие. Кажется, что девушка дошла до точки. А вот сам Рене – наоборот успокоился. Будто сбросил внутреннее напряжение, расслабленно реагируя на бесчисленное количество вопросов сестры.

– Ты можешь сказать, что там случилось?! – наконец рявкнула Реми, когда он опять отмахнулся от вопросов: где остальные, как его поймал Виктор, что случилось в Опере, куда его перенесли и что всё это значит.

В ответ брат как-то странно ухмыльнулся.

– А что тут говорить? В соседней комнате наши родители. Нас обоих использовали, чтобы начать вторжение на Землю. Всё было спланировано до нашего рождения, и мы не в силах это остановить. Более того, если мы не пойдём навстречу настоящему отцу, то Земля будет уничтожена. Также наших друзей держат в заложниках на случай, если Балвор не сможет убедить нас добровольно продолжить начатое в Опере. Говоря простым языком, мы в ловушке и от наших дальнейших действий зависит будущее двух миров.

У него даже голос был такой философский, что Реми поморщилась, раздражаясь на его пассивность. Казалось, что Рене больше интересует комната матери, чем всё то, что он говорил.

– Надо отыскать наших, и вместе вернуться домой, – возбуждённо заговорила девушка, прохаживаясь по комнате. У неё немилосердно чесалась спина, отчего она ещё больше заводилась. – Честно говоря, у меня никаких родственных чувств к «родителям» нет. Наверное, потому что это не первое откровение, которым меня одарили за последние месяцы. Одно скажу наверняка – желание спасать Лаберию отсутствует. Да и от чего её спасать?

– От морликаев, – брат серьёзно посмотрел на сестру, и со вздохом выдал новую порцию новостей.

– Я сам во всём ещё не разобрался, но вроде как наши предки, Аллейн и её последователи, были учёными, которые в поисках силы и ради победы в забытой войне разрезали ткань междумирья и фактически создали то место, откуда приходят морликаи. А когда их попытались призвать к ответу, открыли порталы на Землю. Вот только монстры последовали за ними.

– Аллейн и Люциан разработали проект здания Оперы, благодаря которому сэвам удавалось закрывать разрывы все эти годы. А вот якшарас так и не придумали, как это сделать. С тех пор их мир медленно разрушается. И тут вступает случай! – Рене даже в ладони хлопнул, вставая с дивана и подходя к дверям. Он на секунду выглянул наружу, проверяя что их не подслушивают, а потом вернулся и продолжил рассказ.

– Сорок лет назад во время переворота в Урласке сэвы, которых позже будут именовать Сворой певчих, случайно открыли портал в Лаберию. Так у якшарас появился шанс выжить. За прошедшую тысячу лет они сильно продвинулись в изучении ткани междумирья и появление «землян» оказалось кстати. Сэвы выступили якорями для порталов на Землю, – тут Рене нахмурился, видимо ему не всё рассказали, вот он и сбился. – Якшарас разработали довольно простой план, как спастись. Используя Свору певчих, похитив Птицееда, антиквара, который годами разыскивал и расшифровывал дневники Аллейн, они намеревались изменить Оперу, чтобы разом открыть порталы с Лаберии на Землю и начать полномасштабный исход, ведь этот мир уже не спасти. И всё это с помощью детей, в чьих жилах течёт кровь двух миров. То есть таких, как мы.

* * *

– Ты была слишком маленькой, чтобы помнить об этом, но всё это правда. Ты так много болела, мы думали, что тебя отвергает эгрегор Земли, поэтому и решили перенести в Лаберию. Ведь это место – твой настоящий дом, родная! – горячилась мать, когда Реми отвергла предложение отца сесть вместе с ними за стол и потребовала вернуть её домой.

Алисия расстаралась, подбирая блюда, похожие на земные, желая угодить детям, а тут такая неблагодарность! И если Рене как-то подсознательно тянулся к ней, то Реми как ёжик колючками наружу раздражала родителей.

– Птицеед, назвавшийся твоим отцом, помешал этому и разлучил с семьёй. Он похитил тебя, изначально планируя забрать вас обоих, но Рене уберегли члены Своры певчих. А тебя мы утратили. Хочешь сказать, что навсегда? – холодно произнёс Балвор.