Даша Пар – Свора певчих (страница 59)

– Мне так спокойнее, – добавила она, видя, что не убедила брата.

За вещами в Лудус Реми решила вернуться на следующий день, а сама прямиком направилась в выбранное поместье, думая о горячей ванне и мягкой постели. Встречаться с Филином после их… поцелуя, она была не готова. Слишком странно думать, насколько он оказался горячим и спонтанным. Личным. Хотя должен был лишь позлить злючку Нелю. Ни Матвей, ни Реми не ожидали, что всё так выйдет, и девушка решила отложить это на потом.

Поместье встретило её тишиной и какой-то волнительной уединённостью. Кроме пары слуг, живших в пристройке, там никого не было. Ей приготовили ужин, пока она смывала с себя грязь и холод последних октябрьских деньков. Подобрали подходящее по размеру платье, а после оставили в покое, и она уединилась в библиотеке, на которую положила глаз во время прошлого визита в этот дом.

После телефонного разговора девушка подозревала, что цесаревич не оставит её просто так. Уж больно взволновала его эта операция, как и нахождение Рене в больнице. Так что его визит не удивил уставшую от потрясений Реми.

Закрыв на закладке книгу, она поднялась и сделала реверанс, улыбаясь пребывавшему в смятении Константину, и после короткого поцелуя, пара разместилась на диване.

– Ульрих уже доложил отцу о поимке Иерихона. Теперь хочу услышать, как ты оказалась в этом замешана, – со странной отстранённостью в голосе заговорил парень и Реми, скрепя сердце, выложила всю историю, стараясь сгладить углы, которые невозможно было смягчить.

Последовавшая вспышка была как удар молнии.

– Ты меня не послушалась! – воскликнул Костя, отправляя бокал вина в стену. – Ангелы, Реми как можно быть такой глупой?! Я же говорил тебе – не высовываться, я обо всём позабочусь сам! Почему ты сразу не связалась со мной? Контакт моего секретаря я дал тебе ещё в больнице! Вместо этого отправилась к этому треклятому Филину, а потом ввязалась в эту кашу с ревунами – ты что, дура?!

– Ну извините, Ваше Высочество, что я не из тех, кто бросается в объятия мужика, чтобы он оградил меня от всех бед! – поражаясь его вспышке, в тон ответила она.

Красное пятно на стене взбесило девушку, будто это был её собственный дом.

– Что, по-твоему, я должна была сидеть сложа руки и ничего не делать? У Своры певчих Вивьен и мой отец, и ангелы знают где находится Пашка! Рене предложил отличный план, ведь от тебя слышала только обещания. А где конкретика? Что ты уже сделал?! Примерял костюмчик к празднику? Начищал ботинки?!

Парень сжал добела кулаки и с чистой яростью воззрился на Реми, не понимая, почему она так легкомысленно бросается обвинениями.

– Я делал ровно то, что обещал, – процедил он. – Здание оперы безопасно. Отец лично спел сегодня на репетиции и знаешь что? Ничего не произошло! Но ради твоего спокойствия, я добился отстранения Арнольда от занимаемой должности и вернул прежнего инспектора, который также подтвердил, что с оперой всё в порядке. На поиски Виктора были направлены гарпии императора, они проверяют его контакты и допрашивают сослуживцев. И просто чтобы ты знала – девушка Павла находится в Вильнёве – она не приезжала в Ролльск, так что твой мнимый братец соврал. А теперь повтори, что я ничего не делаю. Давай, скажи это!

Стиснув зубы, Реми промолчала. Её взгляд застыл на отпечатке вина на стене, цепляя как вниз стекают капли, падая на битое стекло. Паша не оставил бы её. Он в беде, как и остальные.

– И повторю, – с вызовом заявила она, дерзко возвращаясь к цесаревичу. – Ты ничего не нашёл, не так ли? Они определённо что-то готовят к Новому году, но вы даже следов не обнаружили, а значит плохо искали или не знаете, что именно ищете. Гарпии? Тайная служба императора? Грозная организация. Но можно ли им верить? Ты им доверяешь? Уверен, что среди них нет шпионов Своры? Может они дезинформируют тебя? Оттого и не выходит отыскать Виктора!

– Не смей, Реми. Только не так, – холодно ответил он. – Всё это – я делаю ради тебя. Потому, что поверил твоим словам. Но если ты так видишь мою помощь – возможно не так уж в ней и нуждаешься. Я могу уйти. И разбирайся со своими выдумками как хочешь.

Она вскочила с места как отпущенная пружина и набежала на него, ударяя в грудь. Злость застилала глаза вместе с горячей обидой.

– Признайся, ты никогда не верил мне, да? Всё, что тебе нужно, – мой голос, чтобы впечатлить отца ради титула наследника! Вся забота – это гарантия, что я пойду с тобой в оперу…

– Так не иди! – оттолкнул её Костя. – Вали из моего дома и просто забудь, что мы знакомы. Забудь, что я делал ради тебя. Давай притворимся, что ничего не было!

Реми удивлённо моргнула, и на миг звон в ушах усилился, а в глаза будто песка насыпали – они покраснели, и она сморгнула вновь, отступая назад.

– Я согласилась приехать в этот город, надеясь найти отца и узнать, почему он похитил меня. Мне и в голову не приходило, что всё окажется так сложно, – тихо заговорила девушка, отворачиваясь, чтобы вновь не сорваться на дешёвый крик. – Будучи человеком, считала сэв небожителями. Сверхсильные, быстрые и талантливые, куда уж людям до них! Я думала, что моя жизнь изменится. Верила, что такая же сильная. Оказалось – это ложь. Сэвы не сильнее людей. Им также больно. И страшно. Мне так часто бывало страшно за эти месяцы, что уже забыла, каково это – просыпаться утром, не испытывая тревоги. Не видя странные сны, – девушка запнулась.

Реми всё дальше отходила от Кости, уже размышляя, куда теперь податься. Рене в больнице, к Матвею, после всего, она не вернётся. Как и в поместье Беркутов. На улице – глубокая ночь, денег с собой – кот наплакал, даже на дешёвую комнату не хватит. Как глупо. Разом всё стало примитивно и скучно.

Обернувшись, девушка уставилась на холодного, как айсберг, Костю, и поджала губы.

– Прежде чем уйду, ответь – почему ты бросил Ладу в опере?

От неожиданности парень опешил, мигом теряя собранный и ледяной вид. Такого вопроса он не ожидал, потому ответил, как есть:

– Она не та, за кого себя выдавала. Моя мачеха, императрица Марина Орлова, мечтает, чтобы её сын взошёл на престол. Ему всего шесть лет, до дебюта минимум два года, так что она всеми силами старается удержать нынешнее положение вещей. Если я женюсь, мой ребёнок подвинет Алека в очереди на престол. Отец может назначить меня консортом до дебюта первенца. Поэтому она подобрала подходящую, честолюбивую девицу, которая должна была мне помешать. Лада оказалась идеальной кандидатурой. Более того, она узнала, что я не могу петь и намеревалась прибегнуть к шантажу и обнародовать сведения. Только благодаря Ульриху ситуацию удалось уладить и Лада была выставлена из столицы, – бесстрастно, хотя по глазам было видно, как ему больно рассказывать об этом, ответил Костя. – По аналогичной причине, сестра всё ещё не замужем. Если императрица в вопросах женитьбы не имеет права влиять на меня, то сестра полностью в её власти. Кристи не меньше моего ждёт объявления наследника, так как Марина прочит ей в мужья заграничного принца в консервативной стране Билавия. Это лишит её возможности петь.

Пока он говорил, Реми достала из буфета чистые стаканы, налила в них какую-то неизвестную, но с привкусом мяты и эвкалипта, настойку, и в знак примирения протянула ему.

– Это единственное, что тебя волнует, не так ли? – печально спросила она. – Вопросы наследования? Правопреемство?

Он сделал пару глотков, а потом поставил стакан на стол, чуть опершись о поверхность кулаками.

– Кто, если не я? – также тихо ответил он. – Реми, я был вспыльчив, но только потому, что беспокоюсь о тебе. Ты не боевая сэва, во всяком случае пока. У тебя нет опыта, нет знаний, нет умений как вести себя в таких ситуациях. И всё равно – раз за разом ты ныряешь на самое дно. Просто посчитай сколько раз ты оказывалась на волосок от смерти за эти неполные два месяца? Три, пять… сколько раз?

– Раз десять, наверное, – Реми пришла в ужас, пытаясь сосчитать.

Запредельная цифра. Опустившись на стул, она зарылась руками в волосы, сжимая себя до состояния мячика, наполненного водой. Он не взорвётся, если не тронуть. Но цесаревич тронул, и она впервые за много-много дней, зарыдала во весь голос, вынимая иглу, прочно засевшую в мозгу: «Ты никогда не будешь в безопасности. Мир вокруг – в огне и ты сама бросаешь в него раз за разом бутылку, полную керосина».

* * *

В утренних сумерках её разбудил Костя, и девушка сонно перевернулась на живот, хмурясь спросонья и не соображая, где находится. Она увидела рядом с собой тень парня, почувствовала поверх одеяла его руку и вспомнила их примирение и всё последовавшее за ним.

– Что случилось? – невнятно пробурчала Реми, вновь переворачиваясь набок и подгребая под себя одну из подушек. – Я так сладко спала…

– Ты пойдёшь завтра со мной в оперу? – как будто от ответа зависела вся его жизнь, спросил Костя.

– Да, я же обещала, – протянула Реми, ощущая, как сладкие объятия сна возвращаются, унося её куда-то вдаль от ставших привычными кошмаров. Даже мелькнувшее лицо мальчишки из сюрреалистичного сна, не оттолкнуло её, воспринимаясь как мираж.

Костя подтянул одеяло выше, чтобы прижаться к ней, затягивая в свои объятия. Сердце парня стало биться медленнее, успокаиваясь.