Даша Пар – Равновесие невест (страница 59)

Он упустил так много времени, пора навёрстывать. Как и планировать официальный выход Селесты. Она точно должна будет открыть свадебный цикл. Таким образом все увидят, что она выздоровела.

Но это если подтвердит Томар. Ведь не только физическое благополучие волновало короля. Гораздо важнее было состояние ариуса в ней.

И только когда короля вновь оставили одного и он поднялся, чтобы принять душ и одеться, под одеялом он увидел крупные следы крови на простыне. А перед глазами всплыл женский крик и имя:

— Селеста… — прошептал он, прижимая пальцы к губам.

* * *

Весь день король провёл как на иголках. Он чувствовал, что случилось нечто непоправимое, но что именно — не знал. Окольными вопросами он разузнал, что Селеста не покидала своих покоев этой ночью, охрана не засыпала, всё было тихо. Впервые Ник пожалел, что его комнаты без стражи и ночью на территории короля всегда безлюдно. Нориус в состоянии позаботиться о носителе.

И вопрос, с кем он был прошлой ночью, оставался открытым.

Его нервозность передавалась окружающим. Ник буквально летал по дворцу, активно корректируя планы, с учётом выздоровления Селесты. Были разосланы письма соседям с приглашениями посетить свадебный цикл и лёгким напоминанием, что с Каргатским королём лучше дружить, а не то… и для каждой страны индивидуальный подход, что именно не то.

Ужин Ник собрался провести в компании Артана и Селесты, о чём отдал соответствующие распоряжения. И когда уже завершал свои дела, и собирался отправиться в малую обеденную комнату, его остановил почти испуганный Богарт. Он прошептал пару слов на ухо короля, вызвав лёгкий ступор.

— Ты уверен? Как он попал в мой кабинет?

— Не могу знать, Ваше Величество, — с изумлением ответил секретарь. — Но он вас ждёт.

— Хорошо. Передай тогда Артану, что я задержусь, — кивнул Ник, про себя напрягаясь — последнего, кого он ожидал увидеть в столице Каргатского королевства, так это эльфа.

Глава 22. И грянул барабанный бой

Настроение — хуже некуда. Ощущение непоправимого ползало по спинке будто десяток мелких противных букашек. Я постоянно расчёсывала руки и запястья, и тянулась поправить воротник платья, подтянуть корсет, расправить манжеты, разгладить некрасиво топорщившийся подол…

Я себя чувствовала, как нашкодившая школьница в кабинете директора Переяцкого. Дядечка не мог пройтись розгами по нашим с сестрой спинкам за сорванный урок, а вот долго и нудно отчитывать до прихода наставника Брута — запросто. И именно такое чувство преследовало на протяжении всего дня после случившегося в академии. Ожидание наставника и его твёрдой руки наказания.

Плюс ко всему, меня накрывало с головой странное чувство голода в районе живота и ни один фрукт или булочка не могли утолить его, даже наоборот — от еды немного мутило и я могла только пить соки.

После всех вчерашних и сегодняшних событий, я была не готова принимать гостей, кроме самых близких. Поэтому вечернее чаепитие проходило в узком кругу: Мирта и Калиста присоединились ко мне, когда вернулась из академии. Странное чувство — мы приехали зелёными драконицами, а в итоге оказались по разные стороны границ домов. Родные чужачки. И не смотря на разный цвет, всё равно чувствуем себя близкими подругами, связанные одной историей. И свадьбой. Без Милан можно было спокойно говорить на разные темы, а в центре внимания оказалась Калиста.

Сегодня передо мной открываются новые грани сестры, вскользь сказанные слова показывают её уверенность в выборе. Она действительно готова стать женой кэрра Деяна Адегельского.

Пока мы с Миртой пили цветочный чай и лакомились булочками с шоколадом, Мирта послушной куклой вертелась в руках кэрра Маркла, подгоняющего по фигуре воздушное платье кремового оттенка. Это первый официальный наряд, в котором девушка имеет право обнажить верх груди через неглубокий вырез. Показать локти, туже затянуть корсет на талии, внести больше драгоценных камней, золота и серебра как в причёску, так и в декоративные элементы платья.

Вот и сейчас, Кали с любовью оглаживала роскошный пояс с прекрасными изумрудами и серебряные подвески на плечиках, благодаря которым держалась невесомая ткань, прикрывающая руки чуть выше локтей.

В Калисте возникло столько силы, что и не скажешь, как совсем недавно она жалась ко мне, боясь остаться среди невест одной. Глядя на сестру, я жалела, что мамы нет рядом, ведь это и её день тоже — первый ребёнок входит во взрослую жизнь. За эти недели до меня дошло только одно письмо от неё: полное надежд и пожеланий, с небольшим пересказом домашних событий, и совсем крошечной припиской: как сильно она надеется увидеть нас вновь…

Чуть позже втроём обсуждали варианты причёсок, соглашаясь со стилистом, что будет лучше, если сестра оставит волосы распущенными и лишь пару прядей заберёт в красивую фамильную подвеску. Маркл записывал все наши замечания и пожелания, и по ходу постоянно подбрасывал новые идеи, всё время присматриваясь то ко мне, то к Мирте, и сетуя, что такие красавицы пропустят этот цикл. Мы лишь скромно переглядывались. Что поделаешь, я не имею права перечить королю. Если он считает, что нам с Артаном не стоит жениться — значит всё так.

Хоть я знала, что главный довод утратил свою актуальность, но понимала — это не переубедит Никлоса. Но попробовать стоит…

Наконец Маркл ушёл, оставив в узком девичьем кругу. И мы решили выбраться в парк на уютную летнюю веранду. Майское солнце впервые одарило настоящим теплом, так что в вязанных накидках было жарковато и мы отложили их в стороны, оставшись в тёплых платьях.

Буквально через пару минут на парковой дорожке появилась Паули, шедшая под ручку с Милан. Судя по их лицам, они примирились друг с другом. Не дожидаясь приглашения, девушки зарулили на веранду и разместились за соседним столиком. К ним направились служанки, раскладывая с подносов свежую порцию выпечки и чайный сервиз с заваренным пахучим липовым чаем.

Первым делом, Милан извинилась за вчерашний скандал, объяснилась, что была не сдержана из-за волнения перед неожиданной свадьбой и вообще расстройство чувств и всё такое. А Паули, быстро освежив голос горячим напитком и закусив медовым рулетом, завела любимую тему — сплетни:

— Ой, я сегодня такое услышала! — патетично заявила она, и замолчала, вновь уткнувшись носом в фарфоровую чашечку. Мы с сестрой переглянулись, синхронно улыбнувшись. За эти недели, все успели привыкнуть к манере разговора Паули, так что уже не спешили выуживать из неё новости, чем немного раздосадовали девушку, любящую быть в центре внимания.

— Представляете, впервые за очень много лет, король проспал, — заговорщически поделилась она громким шёпотом. Дождавшись нашего недоумения, усмехнулась и разъяснила: — А ещё уборщица нашла под королевской кроватью дамское исподнее. Не дешёвое.

Мирта слегка напряглась, она со звоном поставила чашечку на блюдце и недовольно обратилась к Паули:

— Хочешь сказать, король… был ночью не один?

— А почему тебя это так удивляет? — вопросом на вопрос лукаво ответила Паули. Сидевшая рядом Милан прыснула со смеху:

— Наша Мирта очень высокого мнения о короле. Видит в нём почти святого. Даже в мыслях не допускает, что и ему ничего низменное не чуждо, — напоровшись на мой укоризненный взгляд, потупилась и переключилась на десертное желе.

— Значит можем порадоваться за повелителя, что спустя столько лет, он нашёл близкого человека, — я попыталась быть рассудительной, но по глазам невест прочитала: «Дурочка». Ну да, столько лет, близкий человек… я, как и Мирта, — слишком наивна.

— Есть ещё один деликатный момент, — добавила Паули, поочерёдно оглядывая каждую, когда все немного успокоились, переваривая новость и гадая, кто же это мог быть. — Может и пустяк, но пропало постельное бельё, причём горничные отчётливо почуяли в комнате запах гари, а в камине было подозрительно много свежего мелкого пепла.

— Зачем королю сжигать постельное? — вступила Калиста. Только Паули хотела ответить, как её перебила напрягшаяся Милан:

— Потому что оно было испачкано чем-то непозволительным. Недопустимым. Порочным, — задумчиво заговорила она. Девушка отодвинула в миг опротивевшее лакомство и с неприязнью уставилась на него, продолжая говорить. — Неужели не видишь ассоциацию, Кали? По традиции, новоиспечённые мужья сжигают простыни после первой брачной ночи. Из пепла в пепел.

— Из пепла в пепел, — протянула следом Мирта и мы все как прозрели. — А кто сегодня внезапно отправился домой?

— Кирнан, — прошептала я, до боли сжимая запястье. Иное встревожило меня.

* * *

По окончанию чаепития, перехватила у выхода сестру, дождалась, когда остальные отойдут подальше и спросила в лоб:

— Где наш брат?

Калиста облизнула губы, немного растеряно глянув в ответ, а затем выдала старую байку:

— Он на экзаменах. Много занимается, Крис отказался от королевской стипендии, а Вест показывает отличные результаты, вот брат и учится изо всех сил. Ему нужна Гадельерская стипендия.

Я не разделяла спокойствия сестры, и больно ухватив за локоток, притянула к себе:

— Кали, хватит врать, это оскорбительно! — прошипела ей в лицо и она поморщилась. — Либо ты говоришь правду, либо я обращусь к королю!

— Не надо, — мгновенно побледнев, пробормотала она, а после воровато огляделась, и, убедившись, что Владис в сторонке и не подслушивает, разъяснила: — Он нашёл работу. Только это тайна! Кристан решил, что если не сможет получить стипендию, то будет работать до тех пор, пока не заработает на обучение.