Даша Пар – Равновесие крови (страница 60)
Король входит в нее, по-звериному кусая за шею, и она вскрикивает от нахлынувших чувств. Ее крик забивает тьма, а Никлос не останавливается – он уже ничего не слышит от барабанного грохота за стеклом. Невыносимая пульсация в ушах, перед глазами сплошь бордово-красное, и только тягостное исступление наслаждения как патока соблазняет повелителя, заглушая разум, не давая вернуться, замереть, прекратить это надругательство.
Ник следует по дороге безумия, и каждый шаг опускает его все ниже и ниже. Он чувствует, что под ним есть кто-то еще. Он не видит Кирнан, не чувствует ее боли и сладости. Только женское тело, трепещущее в мужских руках. И красный цвет блестит, сияет как рубины, а внутри пылает драконий огонь. Король движется все быстрее и быстрее, до крови целуя грудь девушки, вбивая в нее свою страсть. Ощущает, как расползается по телу огонь и как быстро он перетекает в их невидимого спутника. Он слышит женский сладкий стон, и в ответ пламя взрывается белой вспышкой. С королевских губ срывается имя:
– Селеста!
Утро началось поздно. Обычно Ник просыпался всегда самостоятельно. С помощью колокольчика призывал слуг, если ему что-то требовалось. И к завтраку всегда спускался вовремя.
Но не сегодня.
Король проснулся с дикой головной болью и ощущением, будто всю ночь пил с капитанами во время похода против песчаных демонов. Во рту стоял неприятный металлический привкус, и Нику казалось, что он с кем-то подрался, настолько ломило тело и неприятно было шевелиться. Когда он пытался вспомнить вчерашнее, перед внутренним взором возникал красный цвет, слышалась странная ритмичная музыка, и чувствовалось… он был с женщиной?
Оглянувшись, он заметил, что вся кровать смята, хотя обычно он занимал только часть и никогда не ворочался во сне. Притянув соседнюю подушку, король почувствовал легкий аромат женских духов. А осмотревшись, заметил под прикроватной тумбочкой женский чулок.
Не успев сопоставить факты, Ник был окончательно разбужен требовательным стуком в дверь, а после и вовсе бесцеремонным вторжением маршала с довольной ухмылкой на устах.
– Ник! Какого морвиуса ты еще в постели делаешь? – радостно заговорил с порога Артан. Он быстро пересек комнату и раздвинул тяжелые шторы на окнах, впуская яркий солнечный свет. – Сколько лет тебя знаю, а в последний раз ты так долго спал… лет шестнадцать назад. Ты в порядке?
Дождавшись кивка и заметив пустые стаканы, а также початую бутылку коньяка, Арт задумался, а затем просиял:
– Ты был не один. И явно это был не Вран и не Томар. С кем же ты мог пить в собственной опочивальне? Неужели нашлась прелестница тебе по душе? – Увидев смятение в глазах друга, Артан рассмеялся. – Ладно, не буду мучить. Захочешь – поделишься, кто это было. А ведь я пришел с хорошими новостями! Даже с отличными!
– Ну говори, говори, чего тянешь, – проворчал король, прикладывая холодную ладонь к пылающему лбу, когда Арт замолчал, выдерживая паузу.
– К Селесте вернулась чувствительность. Паралич сошел, и она снова может ходить, – восторженно выпалил Артан, а сам жестом пригласил в комнату слуг, несущих подносы с завтраком. – Теперь они все заткнутся! Она в порядке.
– Пусть это Томар подтвердит, – поблагодарив за завтрак, заметил Ник. В его груди поселился странный червячок сомнения. Ему показалось, что случившееся как-то связано с его частичной потерей памяти. Отложив эти мысли, он приступил к еде и одновременно раздавал приказы как Артану, так и подошедшим секретарям.
Он упустил так много времени, пора наверстывать. А еще – планировать официальный выход Селесты. Она точно должна будет открыть свадебный цикл. Таким образом все увидят, что она выздоровела. Но это если подтвердит Томар. Ведь не только физическое благополучие волновало короля. Гораздо важнее было состояние ариуса в ней.
И только когда Никлоса оставили одного и он поднялся, чтобы принять душ и одеться, он увидел под одеялом крупные следы крови на простыне. Затем в его памяти всплыл женский крик и имя.
– Селеста… – прошептал он, прижимая пальцы к губам.
Весь день король провел как на иголках. Он чувствовал, что случилось нечто непоправимое, но что именно – не знал. Окольными путями он разузнал, что Селеста не покидала своих покоев этой ночью, охрана не засыпала, все было тихо. Впервые Ник пожалел, что его комнаты без стражи и ночью на территории короля всегда безлюдно. Нориус в состоянии позаботиться о носителе.
И вопрос, с кем он был прошлой ночью, оставался открытым.
Его нервозность передалась окружающим. Ник буквально летал по дворцу, активно корректируя планы с учетом выздоровления Селесты. Были разосланы письма соседям с приглашениями посетить свадебный цикл и намеком, что с Каргатским королем лучше дружить, а не то… – и для каждой страны индивидуальный подход, что именно не то.
Ужин Ник собрался провести в компании Артана и Селесты, о чем отдал соответствующие распоряжения. Когда он уже завершал свои дела и собирался отправиться в малую обеденную комнату, его остановил испуганный Богарт. Он прошептал пару слов на ухо королю, вызвав у того легкий ступор.
– Ты уверен? Как он попал в мой кабинет?
– Не могу знать, Ваше Величество, – с изумлением ответил секретарь. – Но он вас ждет.
– Хорошо. Передай тогда Артану, что я задержусь, – сказал Ник, про себя напрягаясь – последнего, кого он ожидал увидеть в столице Каргатского королевства, так это эльфа.
Глава 22
И грянул барабанный бой
Настроение – хуже некуда. Ощущение непоправимого не отпускало, и на нервной почве казалось, будто десяток мелких противных букашек ползает по спине. Я постоянно расчесывала руки и запястья, тянулась поправить воротник платья, подтянуть корсет, расправить манжеты, разгладить некрасиво топорщившийся подол…
Я себя чувствовала как нашкодившая школьница в кабинете директора. Он не мог пройтись розгами по нашим с сестрой спинам за сорванный урок, а вот долго и нудно отчитывать до прихода наставника Брута – запросто. И именно такое чувство преследовало меня на протяжении всего дня после случившегося в академии. Ожидание наставника и наказания.
Плюс ко всему, меня накрывало с головой странное чувство голода, и ни один фрукт или булочка не могли утолить его, даже наоборот – от еды немного мутило, и я могла только пить соки.
После вчерашних и сегодняшних событий я была не готова принимать гостей, кроме самых близких. Поэтому вечернее чаепитие проходило в узком кругу: Мирта и Калиста присоединились ко мне, когда я вернулась из академии. Странное чувство – мы приехали зелеными драконицами, а в итоге оказались по разные стороны границ домов. Родные чужачки. И, несмотря на разный цвет, мы все равно чувствуем себя близкими подругами, связанными одной историей. И свадьбой. Без Милан можно было спокойно говорить на разные темы, а в центре внимания оказалась Калиста.
Сегодня передо мной открываются новые грани сестры, вскользь сказанные слова показывают ее уверенность в выборе. Она действительно готова стать женой кэрра Деяна Адегельского.
Пока мы с Миртой пили цветочный чай и лакомились булочками с шоколадом, Мирта послушной куклой вертелась в руках кэрра Маркла, подгоняющего по фигуре воздушное платье кремового оттенка. Это первый официальный наряд, в котором девушка имеет право обнажить верх груди через неглубокий вырез. Показать локти, туже затянуть корсет на талии, внести больше драгоценных камней, золота и серебра как в прическу, так и в декоративные элементы платья.
Вот и сейчас Кали с любовью поглаживает роскошный пояс с прекрасными изумрудами и серебряные подвески на плечиках, благодаря которым держалась невесомая ткань, прикрывающая руки чуть выше локтей.
В Калисте возникло столько силы, что и не скажешь, что совсем недавно она жалась ко мне, боясь остаться одной среди невест. Глядя на сестру, я жалела, что мамы нет рядом, ведь это и ее день тоже – первый ребенок входит во взрослую жизнь. За эти недели до меня дошло только одно письмо от нее: полное надежд и пожеланий, с кратким пересказом домашних событий и совсем крошечной припиской: как сильно она надеется увидеть нас вновь…
Чуть позже мы втроем обсуждали варианты причесок, соглашаясь со стилистом, что будет лучше, если сестра оставит волосы распущенными и лишь пару прядей украсит красивой фамильной подвеской. Маркл записывал наши замечания и пожелания, по ходу постоянно подбрасывал новые идеи, все время присматриваясь то ко мне, то к Мирте, и сетуя, что такие красавицы пропустят этот цикл. Мы лишь скромно переглядывались. Что поделаешь, я не имею права перечить королю. Если он считает, что нам с Артаном не стоит жениться – значит, так и должно быть.
Хоть я знала, что главный довод утратил свою актуальность, но понимала – это не переубедит Никлоса. Но попробовать стоит…
Наконец Маркл ушел, а мы решили выбраться на летнюю веранду. Майское солнце впервые одарило настоящим теплом, так что в вязаных накидках стало жарковато, и мы отложили их в сторону, оставшись в теплых платьях.
Буквально через пару минут на парковой дорожке появилась Паули, шедшая под ручку с Милан. Судя по их лицам, они помирились. Не дожидаясь приглашения, девушки поднялись на веранду и разместились за соседним столиком. К ним направились служанки с подносами, на которых лежала выпечка и стоял целый чайный сервиз с заваренным пахучим липовым чаем.